Натянув до предела веревку, Керр-сай рывком дернул ее на себя, вырывая из горла гигантского червя окровавленную мякоть. Рыж зарычал, низко наклонив голову, и начал царапать когтистой лапой пол. Другие керсы тоже вели себя беспокойно, словно чувствовали беду. Еванна сжимала рукоять короткого меча, вынутого из ножен, но, повинуясь предостерегающему жесту Мирта, в бой не лезла. Надья, что-то бормоча, то и дело прикладывалась к своей заветной фляге. Я, прижимая к груди "навигатор", осторожно сползала с седла, боясь, что Рыж, не выдержав напряжения, сорвется и скинет меня. А Мина, порхая на небольшом расстоянии от нас, методично "выращивала" прямо из камня высокие колья, призванные оградить от чудовища. Рил шипел, требуя всех замереть и заткнуться, чтобы не отвлекать профессионалов, но его никто не слушал.
Это можно было назвать дикой пляской, цель которой — увернуться от хаотичных ударов тяжеленного хвоста и не попасть в плен окровавленной пасти, изрыгающей кровь и какую-то мерзкую слизь. Мужчины… огромные, плечистые великаны, сейчас словно гибкие танцоры, перемещались вокруг окровавленной туши, легко уклоняясь от смертельных атак. Мне показалось, что страшный танец длился вечность, на деле же не прошло и десяти минут, как покрытое каменными наростами тело упало неподвижной глыбой на забрызганный всякой гадостью пол.
— Получилось! — победно воскликнул Керр-сай, утирая со лба пот и алые брызги.
— Он позвал самку, — напомнил Йен-ри, тяжело дыша и, выставив вперед ладонь, призвал Лааша.
— Рано его прятать, — сказал темноволосый, — не так он много и сделал, чтобы подзаряжаться.
Огненный элементаль кивнул на вопросительный взгляд напарника, после чего обернулся и показал язык Керру, который, впрочем, ничего не видел, так как шел к нам. По телу убитого "червя" прошла судорога. И я, неотрывно следящая за стоящим рядом с ним Йеном, тоже невольно вздрогнула, на что получила насмешливое:
— Не трясись, мышка. Никто тебя не съест, — подмигнув мне, сай взял из сумки меч, похожий на тот, что по-прежнему держала в руке Еванна, и направился к поверженному зверю.
Но не успел дойти всего несколько шагов, как был сбит ворвавшимся в пещеру вихрем. Судя по тому, как далеко отлетело тело нашего предводителя, чудовище, пришедшее на зов маленького (потому что по сравнению с застывшей напротив Йена тварью, убитый монстр был именно что маленьким!) "червячка", не уступало по силе удара автомобилю.
Как-то вдруг стало особенно тихо. Или это просто время замерло? Рыжий норд стоял, не двигаясь, словно статуя и, не мигая, смотрел в глаза гигантской зверюге. Три прорези над приоткрытой пастью горели алым. На лоснящейся черной шкуре в хаотичном порядке были налеплены слои серого камня, плесени, земли и даже листьев. Самка "каменного червя", изломанной скульптурой лежащего у ног норда, напоминала огромную змею. Она поднялась над своими кольцами и начала угрожающе покачиваться, продолжая гипнотизировать взглядом моего тамана, над плечом которого завис Лааш. И никто из этой троицы не делал первый шаг.
От инстинктивного стремления рвануть к любимому мужчине избавила тяжелая рука Евы, буквально впечатавшая меня в холодную каменную стену, возле которой мы все стояли. Мой сдавленный вскрик отвлек чудовище от Йена, и этого короткого мгновения мужчине хватило, чтобы уйти с линии удара убийственно тяжелого хвоста. Рил и Мина, не сговариваясь, метнулись к монстру, которого окатил огненной волной Лааш. В тот же миг Илис бросился к потерявшему сознание Керру, на ходу разрывая ворот своей рубахи.
Дальше все происходило как в замедленной съемке. Ослепленная световым заревом и обожженная огнем, змееподобная самка принялась метаться по пещере, натыкаясь на стены, камни и труп своего самца. Норд же, позволяя элементалям загонять животное в каменную ловушку, уходить с поля боя не спешил. И, как только "червь" рухнул в глубокую яму, второпях устроенную Миной, а "светлячок" с "огоньком" отлетели прочь, запустил "кошку" в оскаленную пасть пытавшегося выползти монстра.
Снова рывок, еще один… и на подсвеченный бледно-зеленой плесенью пол упали брызги крови и слизи вперемешку с ошметками плоти. Жуткое месиво, от созерцания которого к горлу подступила тошнота. И мне следовало бы зажмуриться, но я была не в силах оторвать взгляд от происходящего.
Там ведь мой таман! И он до сих пор в опасности. А рядом со мной стоят притихшая вивьера и вооруженная до зубов Еванна. И холод каменной стены касается спины… скользит по плечу и замирает на запястьях… обхватывает щиколотки и… Ева резко развернулась, замахнулась, и нанесла всего один стремительный удар мечом. На этот раз я зажмурилась. Вдох, второй, третий… Грудь нервно вздымалась под плотной тканью рубашки, а ожидаемой боли все не было. Громкий скрежет металла об камень, раздавшийся со стороны Надьи, заставил меня резко открыть глаза.
— Ушла, твар-р-рь, — досадливо рыкнул Мирт, оттеснивший в сторону окончательно заткнувшуюся вивьеру.
— К-какая тварь? — прошептала я, заикаясь.
— Вот эта, — убрав в ножны наскоро вытертый клинок, Ева поддела ногой какую-то окровавленную тряпку, валявшуюся на полу. И только присмотревшись, я поняла, что это вовсе не кусок материи, а похожее на полупрозрачную медузу существо с длинными лентами-щупальцами, на концах которых располагались присоски. — Каменный спрут, — представила мне труп брюнетка и, окинув меня нарочито пренебрежительным взглядом, проворчала: — Жаль, не промахнулась.
Я сглотнула, представив последствия ее возможного промаха. И тут же забыла обо всем этом, заметив, что Йен, бросив "каменного червя" умирать в заполненной огнем ловушке, направляется к нам. Рыжий норд лишь мельком посмотрел на пришедшего в себя Керра, над которым хлопотали Илис со Скилом. Судя по тому, как раненый от них отмахивался, отделался он довольно легко. А ушибы и ссадины этого больного на голову сая не сильно беспокоили. И все же наиболее опасные, с точки зрения красноволосого норда места, его наплечный эелементаль залечил с помощью своего "волшебного" языка.
— Каменный спрут? — поймав меня в объятия, непонятно у кого уточнил "медведь".
— Да, — хором ответили Еванна с Миртом.
— Один? — сердце моего спокойного с виду мужчины гулко билось, и я, прижавшись к его груди, с каким-то маниакальным наслаждением слушала эти удары. Живой… главное, что он живой! И этот придурок Керр тоже.
— Второй ушел, — виновато пробормотал молодой меченный и тут же сам задал вопрос: — С чего они вообще повыползали на толпу народу-то? Они ж на одиночек охотятся.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
