начала отступать, а испарина покрыла лоб, я уселся обратно на кресло и тяжело задышал. Мои губы тронула широкая улыбка, а взгляд устремился к звёздам и ночному небу. Сила… Часть моей силы, что забрал себе чёртов Эмиссар Неназываемого, вернулась. Стремительно и беспощадно, принеся с собой отрезвляющую боль, но это была она. Невероятно, немыслимо и до безумия невозможно, но ошибки быть не могло. Я уже и забыл за всё время, которое живу в этом мире, что такое… ощущать себя по-настоящему целым.
— Брат Сандр… — прошептал я, чувствуя отголосок энергии того, кто одолел Бордена. — Молодец… Так держать…
Да, это действительно был слабый и едва-едва ощутимый отклик, но он взбодрил меня. Напомнил, что мы, Охотники, сражаемся не против людей, а за людей. Во имя Кодекса! С Кодексом в душе!
— Похоже, — моя улыбка переросла в оскал, — мне пора догонять молодняк. Раз Неназываемый вновь начал действовать, то медлить больше нельзя!
Глава 3
На следующее утро… Московский Центр Охотников…
Подув на горячий кофе, князь Багратион Владимир Львович с хлюпом сделал глоток. За окном его кабинета раздавался голос заместителя, что проводил утреннее построение личного состава на плацу. Назывались имена тех, кого приставят к награде за особые заслуги, а также шло перечисление погибших на благо империи. Да… Это была дань в память о традициях, а подобные построения случались раз в несколько недель.
Окинув взглядом кучу бумаг на столе, глава Центра не сдержал тяжёлого вздоха и приступил к работе. Порой на него накатывали прошлые воспоминания, и ему хотелось бросить всё, схватить свою секиру и ринуться в какой-нибудь Разлом. Там ему было спокойно, и он чувствовал, что не просиживает задницу в кресле в кабинете, отчего та становилась чуть ли не квадратной.
Неожиданно в дверь постучали, а когда мужчина разрешил войти, в кабинет забежала взбудораженная секретарша.
— Аллочка, что такое? — приподнял бровь Багратион. Он очень редко видел свою работницу в таком состоянии.
— Владимир Львович, тут это… Вот это… — не могла женщина найти слов. — Белов… Вы сказали докладывать вам любую информацию о нём!
Услышав фамилию талантливого новичка, с которым у Тихомирова были проблемы и в которых Багратион хотел разобраться в ближайшие дни, он насторожился. Неужели парень погиб? Это было первой мыслью, что промелькнула в его голове.
Секретарша быстро подошла к столу главы и положила бумаги, которые тот шустро взял в руки и зачитал. Глаза мужчины забегали по тексту, и чем дольше он в него вникал, тем шире становилась его улыбка.
— Вот… хитрый шельмец! — громко засмеялся князь. — А строил из себя невесть кого! Как давно пришла информация?
— Двадцать минут назад, — поправив чёлку, ответила Аллочка. — Пока обработали для архива, пока закрыли сводки…
— Ладно, неважно, — Багратион вновь засмеялся. — Ох, хорош парень! Вот она! Удаль молодая! — помахал он листами с отчётами и начал кого-то передразнивать. — Слабак, недисциплинирован, идёт против приказа! Трижды Ха! Где сейчас Тихомиров⁈
— На построении, Владимир Львович, — напомнила женщина и кивком указала на окно кабинета.
— А, ну да, — стушевался князь и почесал затылок. — Как освободится, направь его ко мне! Пусть сам почитает и посмотрит! А то, видите ли, важным себя почувствовал! Хочу увидеть, как его морда скуксится!
Алла приняла приказ главы и покинула кабинет, находясь в странных чувствах. Редко она видела Владимира Львовича в таком расположении духа, зная, что работа в кабинете его угнетала. Успехи молодых ребят радовали его сердце, но в редкие моменты, ведь в большинстве своём приходили лишь известия об их гибели.
Поддавшись эмоциям, женщина улыбнулась и посмотрела на копию документов, которые должна будет отнести в архив.
Ф. И. О: Белов Дмитрий Борисович.
Возраст: 19 лет.
Класс Охотника: Пятый.
Количество официальных выходов: 1.
Количество закрытых Разломов:…
Ещё вчера и в течение довольно долгого периода времени значение в графе закрытых Разломов оставалось неизменным. Но сегодня, с самого утра, начало приходить всё больше уведомлений от аналитиков. Их штаб буквально разрывался и терялся в догадках, а среди сотрудников всё чаще звучал вопрос: «Кто такой этот Белов и как ему удалось за утро закрыть уже три Красных Разлома⁈»
* * *
— Удал длакона! Ки-йа! — воинственно выдал Славик и, пародируя мастеров кунг-фу из фильмов, вдарил лапой по башке сороконожки-переростка.
Тварь сдуло, и она улетела к своим товаркам, а я ловко запрыгнул на загривок малого и толчком отправил себя в полёт.
— Гримлок, на шесть часов!
Зверюга издала рёв, от которого задрожала земля, и начала смещаться. Нас окружили, заваливали толпой и давили насекомые, но мы не чувствовали, что проигрывали. Отнюдь! Мы побеждали и мочили жуков направо и налево!
Приземлившись в толпе тварей, принял на Жёсткий Барьер плевок скарабея, размером с минивэн. Кислота ударилась о Барьер и стекла на пересохшую и потрескавшуюся землю, плавя её.
На моём лице растянулась улыбка, энергия забурлила в теле и вырвалась на волю, порождая Барьеры Молний. Два… Четыре… Восемь…
В воздухе запахло озоном, он начал дрожать и свистеть в ушах, а небо внутри Разлома заволокло тучами. Молния искрила и трещала, а Барьеры напитывались силой и постепенно меняли свой цвет с синего на фиолетовый.
— Кто не спрятался, — мой громкий хохот звучал в буйстве стихии, — я не виноват!
БАХ!
Барьеры взорвались, множество разрядов молний ударили во все стороны волной. Они сжигали и разрывали насекомых, испепеляя крепкий хитин и проделывая в особо больших жуках огромные дыры.
Запах палёной плоти ударил в нос, но я не мог сдержать улыбки. Это чувство… О Кодекс, как же я рад! Безмерно рад, что часть моей силы вернулась! Что кусочек пустоты внутри меня наконец-то закрыт и больше нет этого зудящего чувства!
— Чувствую, если мы встретимся с Сандром, — продолжал я улыбаться и ударом ноги раскрошил пасть ещё одной сороконожки, — то надо будет отдавать долги!
Пусть меня и поджимало время, а дела требовали внимания, я не мог отбросить желание пойти в Разлом и проверить свои силы. Хотелось действовать, рвать и метать, ощутить, каково это… стать прежним! Это был четвертый Разлом, который мы со Славиком и Гримлоком закрывали за… А сколько сейчас времени? Ай, да похер! Главное, что записку оставил, и Лилит предупредит старика, куда я отправился!
Тем более, что Славику и Гримлоку тоже надо было погулять!
