– Я тоже не знаю тебя, не забывай.
Он убрал свои руки с ее бедер, но Орла немедленно захотела вернуть их обратно. Затем он вытащил ремень и стал расстегивать свои брюки. Орла с шумом выдохнула, увидев его возбужденный член. Маленькая капелька сверкала на кончике.
– Видишь… – сказал он напряженно, – как я хочу тебя? Это взаимно.
Огонь в его глазах разгорался все сильнее, он отодвинул в сторону ее трусики и провел пальцем по увлажнившейся плоти, произнеся фразу на французском языке. Орла закрыла глаза, и ее тело натянулось словно струна, и потом его палец вошел в нее. Спина Орлы изогнулась, она громко выдохнула, руками сжимая край простыни.
Антонио лег рядом с ней, кровать прогнулась под весом его тела. Губами он нашел ее грудь, и Орле захотелось кричать. Она все быстрее приближалась к пику наслаждения, и совсем скоро ее накрыли мощные волны оргазма. Марко продолжил свои ласки, но Орла долго не могла прийти в себя от пережитого наслаждения. На время она потеряла связь с реальным миром, когда же она открыла глаза, ей показалось, что перед ней предстал греческий бог. Антонио с легкостью избавил Орлу от платья, помогая стянуть его через бедра. На ней оставались лишь трусики, но и от этой последней преграды он быстро избавился. Орла увидела, как он за чем-то потянулся, и услышала звук рвущегося пакета: презерватив. Ее переполняло желание, с трудом сдерживая себя, она сказала:
– Подожди.
Антонио остановился и посмотрел на нее с невыразимой мукой на лице. Капельки пота сверкали на лбу, и тогда она поняла, чего ему стоило прерваться.
– Позволь мне, – томно произнесла Орла.
Этой ночью она была Кейт. Сегодня для нее не существовало преград и запретов. Она встала на колени, радуясь, что они не подкосились, и забрала презерватив из его рук, подвинувшись ближе к краю кровати. Антонио был так возбужден, что ей не составило никакого труда это сделать.
Едва она дотронулась до его члена, как Антонио взял ее за запястья и, мягко опрокинув, пригвоздил к кровати.
– Дорогая, если ты продолжишь и дальше ко мне так прикасаться и так смотреть, все закончится, едва начавшись. Я не могу больше сдерживаться.
Марко опустился на нее, Орла почувствовала, как тугая головка входит в нее, растягивая ее лоно и проникая все глубже.
– Ты такая узкая. Я не хочу навредить тебе.
Что-то в его заботе и доброте к ней заставило ее дрогнуть. Она никак не ожидала подобно отношения от случайного знакомого.
Он вошел еще глубже, и на секунду боль вернулась, но тут же сменилась вспышкой наслаждения. Медленно Марко начал двигаться, его грудь скользила по ее груди, заставляя гореть чувствительные соски. Дыхание Орлы снова участилось, она крепко сжала его бедра своими ногами, и он проник еще глубже. Затем он накрыл своим ртом ее губы и проник в нее до конца, затрагивая каждую нервную клеточку ее изможденного тела. Ее ноги рефлекторно сжались еще плотнее вокруг его талии, тело содрогалось в сладкой агонии, их языки сплетались, изучая друг друга. Орла действительно не знала, где заканчивается ее тело, а где начинается тело Марко.
Темп их движений увеличивался, и тело Орлы словно предвкушало новый оргазм, еще более сильный, чем предыдущий. Их тела стали скользкими от испарины. Орла вонзила ногти в сильную, мускулистую спину Антонио, и тот с рычанием завершил движения. Жилы на его шее напряглись. Они одновременно преодолели последний рубеж, и это было похоже на разбушевавшуюся природную стихию, сметающую все на своем пути, уничтожающую воспоминания о прошлом в ослепляющем блеске наслаждения.
На мгновение Антонио ослеп, буквально потеряв рассудок. Придя в себя, он все еще тяжело дышал. Он чувствовал судорожную пульсацию лона Кейт, а затем вышел из нее, содрогаясь от удовольствия.
Она смотрела на него с таким же потрясенным выражением, которое, он подозревал, было и у него на лице.
Он отрывисто прохрипел:
– Все хорошо?
Орла молча кивнула. Ее щеки раскраснелись, волосы спутались и огненным ореолом лежали вокруг головы. Антонио хотел подвинуться так, чтобы натянуть одеяло на нее.
– Я вернусь через секунду, – сказал он.
Антонио встал и, к своему удивлению, почувствовал слабость в ногах. Стоя над раковиной, в зеркале он увидел, как пылало его лицо, а глаза ярко сверкали. Он и раньше предпочитал легкие знакомства на одну ночь со взрослыми и опытными женщинами, но сейчас все было по-другому. Брызнув в лицо воды, он вернулся и посмотрел на спящую Орлу. В очередной раз он подумал, что, наверное, причинил ей боль своими резкими движениями.
Скользнув в кровать и придерживая одеяло, Антонио увидел ее напряженные плечи, и что-то внутри него оборвалось. Ему нужно было увидеть ее. Он положил руку на ее плечо, чувствуя ее хрупкость, и нежно потянул. После некоторого сопротивления она повернулась к нему, прикрывая грудь простынею.
Сейчас она казалась бледной и нервно покусывала свои губы.
– Я сделал тебе больно?
Она покачала головой:
– Нет. Просто… со мной никогда такого не было.
Антонио почувствовал облегчение. Он едва удержался от глупой улыбки и машинально убрал непослушную прядку с ее щеки.
– Со мной тоже.
– Могу поспорить, что ты говоришь это всем женщинам, – произнесла она язвительно.
– А я могу поспорить, что ты тоже говоришь это всем мужчинам.
– Возможно, – пожала плечами Орла.
Приятное освещение создавало уютную атмосферу, рассеивая напряжение последних минут, и Антонио нежно прорычал:
– Ты пожалеешь об этих словах!
Неожиданно мысль о другом мужчине, который к ней прикасался, заставила Антонио покраснеть. Заключив ее в свои объятия, он крепко поцеловал Орлу, не сдержавшись от легкого стона. Он не хотел даже думать о каком-то другом мужчине. И он хотел оставить на ней свой след.
С мягким вздохом он почувствовал, как ее сопротивление улетучилось, по мере того как их поцелуи становились все настойчивее и жарче. Отбросив одеяло, он приподнял Кейт и посадил ее на себя.
– Тебе очень больно?
Кейт положила свои ладони на его грудь, понимая, что Антонио уже близок финалу. Она тряхнула своим шикарными волосами, откинулась назад на подушки и развела ноги в стороны, дразня его.
Антонио мучительно медленно вошел в ее горячее лоно. Их взгляды встретились, а затем она начала двигаться самостоятельно, и Антонио ничего не оставалось делать, как подчиниться и согласиться на еще одну дикую и отчаянную гонку.
* * *
Когда Орла проснулась, лучи утреннего солнца наполняли роскошную спальню слабым розоватым светом. Было слышно пение птиц, и через открытую занавеску она увидела террасу.
Воспоминания о прошлой ночи нахлынули на нее. Вместе с осознанием того, что все ее тело болит, она все еще чувствовала трепет внизу живота.
