— Господин, — снова начал Арлинг, намереваясь предложить одурманенному Сейфуллаху фокусы Халдуна, но устроить подлянку походному магу не удалось.
Облако гвоздичного аромата вплыло в шатер и заинтересованно приблизилось к людям, собравшимся вокруг капитана. Когда Вазир подавится своей жвачкой из оссиджика, Арлинг не откажет себе в удовольствии осквернить его могилу.
— Ты, халруджи, лучше сам нам спой, — придумал, тем временем, Сейфуллах. — Помнишь, как там? Однажды днем драган напился пива, а кучеяр во след ему кричал… Ну, или про кипяток моего сердца, про любовь!
— Спой нам, Арлинг, душа моя, — сказала Тереза, томно откинувшись на кушетку. — Даже не думай отказывать. Даррен рассказал, как ты изумительно пел прошлой ночью. Для той сумасшедшей девицы из Мастаршильда. Она завивает волосы на углях, дорогой друг, и закрашивает прыщи желтой пудрой. А ее отец забивает свиней и потрошит куриц. Она даже не может отличить синскую тюль от балидетского шелка. Не водись с такими девушками, Арлинг, кровь так легко запачкать. Лучше развейся у Доброй Лусси. Человеку такого ранга, как ты, не нужна дочь мясника.
— У тебя мягкий господин с добрым сердцем, — заявил Вазир, выдыхая в лицо Арлингу облачко журависного дыма. — Он так жалеет тебя. На что еще может пригодиться слепой халруджи, как не для веселья? Я одел бы на тебя монисты, раскрасил щеки и забрал джамбию. Удивительно, что ты до сих пор не порезался.
Похоже, в карты начальник стражи все-таки проигрался.
— Вы как всегда правы, Вазир, — тут же ответил Арлинг, не собираясь позволять врагу завладеть вниманием Сейфуллаха. — Капитан очень добр. И не только ко мне. Позволю себе дерзость заметить, что кроме развлечений слепой халруджи умеет еще кое-что. Господин, помните, как я побрил джамбией пуделя вашей тети в Лаэзии? Кажется, она осталась довольной.
Арлинг протянул руку ибыстро коснулся горячей щеки Вазира.
— Тяготы пути заставили вас отрастить бороду, — заметил он, обращаясь больше к Сейфуллаху, чем к начальнику стражи. — Завтра мы возвращаемся в Балидет. Вы же не хотите оскорбить почтенного Рафику Аджухама и других членов нашей славной гильдии? Я могу побрить вас прямо здесь — быстро и аккуратно. Вы сами убедитесь, что наш добрый капитан находится в надежных руках.
Борода была слабым местом Вазира. Каждый вечер он тщательно мыл ее, смазывал маслом и расчесывал густой щеточкой. Начальник стражи был кучеяром лишь наполовину. Его матерью была керхийка из Восточного такыра. Своей дикой кровью Вазир гордился. У керхов борода считалась признаком зрелости мужчины. Кучеяры же излишнюю волосатость на лице не любили и считали ее дурным тоном.
Начальника стражи выручила маленькая нарзидка, у которой выдался не самый удачный вечер. Подливая Аджухаму настойку из кислых карликовых яблок, она неловко приоткрыла крышку сосуда, и вместе с терпкой жидкостью в чашу капитана плюхнулся сморщенный плод, щедро обрызгав его, а заодно и Арлинга, которого с колен никто не поднимал.
Пару секунд они молча слушали протяжные стоны лютни, и халруджи подумал, что девчонке грозит провести остаток ночи во дворе с братом.
— Дура безрукая! — опомнился Вазир, хватая служанку за волосы. — Я научу тебя вежливости.
— Оставь ее, — махнул Аджухам, вытирая лицо платком, который услужливо подал Арлинг. — Эти нарзиды мне уже надоели. Вернемся в Балидет, всех из дворца разгоню. Толку от них никакого. Пускай идет в обоз и на глаза мне не попадается. Так что там с песней? Или с бородой. На чем мы остановились?
Арлинг с Вазиром заговорили одновременно, но начальник стражи оказался громче.
— Вот развлечение, достойное этой прекрасной ночи! — воскликнул он, не отпуская нарзидку. — Раз халруджи утверждает, что так ловок, пусть покажет нам свое мастерство. Настоящий воин может попасть ножом в любую мишень с закрытыми глазами. Под силу ли слепому халруджи разбить сосуд, скажем, на голове у этой девчонки? Разве это зрелище не интереснее какого-то бритья?
У Регарди на языке вертелась пара колких ответов, но Сейфуллах наступил ему на руку, приказывая молчать.
— Ну… — глубокомысленно протянул капитан, вылавливая пальцами упавшее в чашу яблочко. — Похоже, скучать нам сегодня действительно не придется. А что скажут мои дорогие гости? Думаю, будет справедливо, послушать и их мнение тоже.
Свою бороду Вазиру все-таки спас. Купцы были в здравом уме. Никто не хотел перечить начальнику стражи, которому предстояло охранять их еще целые сутки. К тому же, ни одно зрелище так не услаждало взор кучеяра, как то, где могла пролиться кровь. Устав от сладких танцев, кучеяры хотели пощекотать себе нервы.
Арлинг вытащил пальцы из-под туфли Аджухама и крепко обхватил его за лодыжку.
— Полагаю, вы пошутили, господин, — прошептал он, стараясь, чтобы его слышал только Сейфуллах. — Медовая речь Вазира слишком глубоко проникла вам в голову. Умерьте свои желания, мы еще не в Балидете, чтобы расслабляться.
— Я ослышался, или ты мне перечишь? — вспылил Аджухам. — Делай, что велят, или в Балидете отправишься обратно к иману!
— Я пою лучше, чем метаю ножи, — пошел на попятную Арлинг, мечтая намять бока начальнику стражи.
— Поставьте девчонку у столба, — распорядился Сейфуллах, не слушая Регарди.
Нарзидка, похоже, сообразила, что в нее будет целиться слепой, и заголосила на весь шатер. Нервная и перепуганная мишень — что может быть лучше для испытания мастера? "Кем ты не являешься", — напомнил себе Арлинг, поднимаясь с колен и жалея, что не может окинуть Аджухама, а заодно и Вазира, гневным взглядом.
— Держи, "воин", — начальник стражи протянул ему нож, но халруджи его проигнорировал. Если он и устроит потеху публики, то со своим оружием.
Приблизившись к девчонке, Арлинг присел на пятки и крепко взял ее за плечи.
— Тебя как зовут? — спросил он самым дружелюбным голосом, на какой был способен.
Кажется, служанка онемела от страха, так как в ответ послышался стук зубов. Если бы он был уверен, что она простоит без движения еще несколько минут, возни было бы меньше.
— Дддия, — наконец прошептало создание, от которого пахло не лучше, чем от нарзида у шатра.
— Слушай меня внимательно, Дия, — произнес он, заставив себя дотронуться до грязных волос девчонки. От того, насколько точно удастся определить ее рост, зависело многое.
— Ничего сложного тебе делать не надо. Просто стой и не двигайся. Можешь зажмуриться, только не качайся. Я поставлю тебе на голову кувшин, будешь держать его снизу, у донышка. Смотри, чтоб осколки не попали в глаза. Не бойся, я занимаюсь этим каждый день.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
