Адам:
Я сказал ей, что мне это не интересно, но она попыталась убедить меня, что стоит сходить и подыскать кого-нибудь для того, чтобы выпустить пар.
София:
«Выпустить пар»? Попахивает клиникой.
Адам:
Согласен. Не пойми меня неправильно, иногда у меня возникает мысль о некотором мимолетном удовольствии, но я хочу, чтобы это было с человеком, с кем у меня есть хоть какая-то связь. Я хочу быть уверенным, что все пройдет естественно. Я не хочу играть ни с чьими чувствами, будто я использую человека только для секса.
София:
Ты хочешь получить удовольствие с кем-то, кто тоже не хочет отношений, поэтому и не подбиваешь никого ни на что?
Адам:
Точно.
София:
С кем-то, чьи чувства ты не ранишь ненароком, потому что человек хотел большего?
Адам:
Да.
София:
С человеком, во всех отношениях таким же, как и ты, с тем, кто готов к экспериментам и получает от этого удовольствие, но будет продолжать жить своей жизнью?
Адам:
Да, именно так.
Спорим, вы понимаете, к чему все идет? Я не понимала и даже не осознавала, что делают мои пальцы, пока не отпечатала и не отправила сообщение.
София:
С кем-то вроде меня?
Вот черт! Не успела я его отправить, как уже хотела бы вернуть назад. Чем я думала?! Понятно, у меня много месяцев не было вообще никакого секса и еще меньше D/S удовлетворения, но он-то этим не интересовался. Дерьмо! Вот это неловкость! Я начала печатать что-то другое, что могло бы превратить предыдущее сообщение в шутку, но не успела дописать предложение, как на экране вспыхнул его ответ.
Адам:
Да, именно с таким человеком, как ты.
О-о-о-о-о-о!
Глава 2
Первый раз
Дело в том, что сказать что-то под влиянием момента и впоследствии иметь желание или мужество действительно сделать это — две совершенно разные вещи. И это в очередной раз было доказано, когда я читала ответ Адама, заставивший меня улыбнуться и испытать легкое головокружение. А все потому, что он подтвердил: влечение, растущее между нами на основе переписки, не одностороннее. Но это совсем не значит, что мы захлопнули ноутбуки, он прилетел кувыркаться, и мы успели за воскресенье потрахаться пятнадцатью способами. Не то чтобы у меня были какие-нибудь моральные препятствия — какого черта? — мы переписывались достаточно долго, чтобы узнать друг о друге гораздо больше, чем любая пара, подцепившая друг друга в клубе субботним вечером. И я хорошо представляла себе, кто он такой. И, возможно, это не совсем нормально, но именно эти знания заставляли меня перестраховываться, особенно после того, как я так легко и быстро сдалась Джеймсу.
Честное слово, я не знала, что ему ответить. Я редко теряю дар речи, но потом тема секса стала регулярной в наших с Адамом беседах.
Адам:
Мне очень жаль, если ты подумала, что это немного преждевременно (ха! прямо многосерийная драма от ВВС с моим участием), но ты действительно мне нравишься. Я думаю, ты яркая и интересная. За время нашей переписки я пришел к выводу, что мог бы делать жестокие вещи с тобой. И для тебя.
София:
Возможно, это и преждевременно, но я прощаю тебя. Хорошо, что ты не сказал мне это в лицо. По крайней мере, ты не увидел, как я покраснела.
Адам:
Я хочу видеть, как ты краснеешь.
Я разрывалась. Разум все еще говорил мне, что рано снова пытаться идти на какие-либо отношения, тем более по общему соглашению, «для здоровья». Но мое сердце (ну ладно, будем честны, места, расположенные слегка пониже) находило Адама приятным и сексуальным, а поскольку тон его сообщений стал более игривым, чем раньше, я все больше и больше задумывалась: а почему бы и нет?
Мы переписывались достаточно долго, чтобы узнать друг о друге гораздо больше, чем любая пара, познакомившаяся в клубе субботним вечером.
Адам не подгонял с ответом насчет встречи, но наши разговоры все больше и больше приближались к больной теме. Сейчас я могу сказать, что тогда это воспринималось как лекарство, даваемое им в предвкушении того удовольствия, которое мы могли бы испытать вместе, и интригующего меня достаточно, чтобы попробовать. Да и как могло быть по-другому: как копирайтер, он был чрезвычайно изобретателен, когда мы беседовали о том, что могли бы делать. Как-то незаметно со временем наши беседы сместились от вещей, которые мы делали или хотели бы сделать, к вещам, которые мы могли бы делать вместе, и я все чаще обнаруживала, что по ночам, лежа в постели, размышляю о созданных им сценариях.
Диалог наш так и продолжал виться между темами причудливых фантазий и реальной жизни. Однажды на неделе у меня выдались два тяжелых дня, совершенно забитые вечерней работой, и наши имейлы были короткими. Мы обсуждали в основном новости дня. Однако когда на третий день я открыла письмо Адама, то обнаружила длинные абзацы — он выслал мои случайные комментарии по поводу секса без обязательств в виде полноценной истории о нас как главных героях.
Тем не менее понадобилась пара секунд, чтобы я это осознала. Я сидела на работе, за своим столом, и когда просмотрела сообщение, почувствовала, что залилась яркой краской. Я закрыла письмо на случай, если кто-то из нашего офиса вздумал бы подсматривать через мое плечо.
Потом Адам прислал следующее сообщение, чтобы узнать, понравился ли мне рассказ. Я сказала, что еще как следует не прочитала, но была слегка шокирована, получив такое посреди рабочего дня. Его ответ предполагал, что меня потенциально должно волновать его намерение смутить меня.
Адам:
Это заставило тебя покраснеть?
Я почувствовала, что улыбаюсь, несмотря на то, что до сих пор ощущала, как горят щеки. Как будто я собиралась сказать ему об этом!
София:
Хрен тебе.
Ладно, может быть, задним числом я и рассказала ему…
Все это еще больше заставило меня задуматься: каким же доминантом он может быть, как будет контролировать меня?
После этого рабочий день показался мне самым длинным в мире, но в конце концов я попала домой и начала читать историю. Это было потрясающее сочинение. Сценарий был горяч и очень хорошо написан — возможно, это не самый существенный фактор, но поверьте, для меня это важно. К тому времени, когда я дочитала до конца, мои руки уже двигались внутри трусиков.
