девушке ее место, — паука будет достаточно… Укусит и сдохнешь…
Девушка хмурится, у нее прямо щеки краснеют от злости. Взмах руки и на щеке старшего красный след. Она чуть ли не ломает тому пальцы руки, сильно выгнув в другую сторону, и второй рукой забирает свое сокровище. Лайл шикнул, приложив кулак ко рту, представляя как первому больно, но отошёл в сторону, позволяя девушке пройти мимо.
Она вышла в коридор, прижимая змею к себе, прошла к окну и остановилась. Взяла ту за мордочку и осмотрела.
— Ты как?
Змея ответить ей никак не может, но ее состояние было вполне себе нормальным. Конечно, парень сдавил хорошенько ее, что глаза чуть ли с орбит не выпали, но в целом — держится огурцом.
— Прошу прощения, одаренная… Но кто позволил тебе покинуть аудиторию? — рядом с блондинкой оказывается Эйден, складывая руки у груди.
— Прошу прощения мистер сама серьёзность, но куда смотрели вы, когда эти два… Индивида… Пытались навредить моему фамильяру? — она смотрит на него, сдвинув брови, — Или это у вас тут правила такие?
— Я не заметил, чтобы твоей змее досталось… — наклонил Лонг голову набок, рассматривая этих двоих. — Марш в аудиторию, борец без особого ума…
Девушка на такую наглость даже ответить не могла. Стоит, пыхтит что-то, дует щеки, но, прижимая к себе змеюку, всё-таки проходит мимо Лонга в сторону двери, чтобы вернуться обратно.
Вот уже и змею трогает без особого напряга тела и дрожи в нем. А всего потребовалось натравить на девушку кого-то, чтобы этот кто-то тронул то, что принадлежит ей! Как ещё бы ее заставили привыкнуть к животному, что будет готово защитить ее в любую минуту своей жизни?
Эйден вернулся следом, усевшись за массивный стол. Перекличка не имела в этот день никакого веса, поэтому мужчина решил просидеть оставшееся время в разборе бумаг.
— Все хорошо?.. — задал вопрос ботаник, когда блондинка оказалась рядом с ним.
— В полном порядке! — та нервно улыбалась и почти шипела эти слова, смотря в спины ребят, что их задирали совсем недавно. — Ты как?
— Я уже привык… И тебе бы этому научится… Терпеть и быть привыкшей к таким ситуациям… Это Ефлиа… — пожал парень плечами и вздохнул.
— Да уж… А в вестнике о ней писали во всех красках! Мол, высокий рейтинг! Профессионалы своего дела! — размахивает она рукой в воздухе, — Кругом одно вранье. Но знаешь что? Я привыкать не буду! Я такая какая есть! И пришла сюда учиться управлять тем, что где-то там пока прячется! Так что в этом смысле мы все равны!
Сэм кивнул ей головой и вздохнул коротко, но забавно, что аж очки упали слегка.
Глава 4
На обеде в зале собрались все факультеты. Шумно так, обилие еды и животинки рядом. Только насекомых не особо распускали, они сидели в слишком маленьких переносных террариумах на время таких посиделок.
Фрэд все никак не мог угомониться, находясь рядом с Зестой. Она была ему словно триггер. А та была спокойной, как море после бури. Лежала себе свернутая, и курицу варёную топтала.
— Фрэд… Достаточно. Полезай в карман… Что же никак не успокоится?.. — Сэм неловко посмеялся и взял с блюда кусочек мяса, отдав тот хорьку. — Кстати, ты не думала принять участие в турнире? Там очень много конкурсов. От плаванья до постройки хижины в лесу. Правда… Нужны хоть какие-то азы в магии, но… Если держать при себе книгу, то вполне что-то получится.
— Турнир? Что-то по типу… Кто из студентов умнее, ловчее и способнее? Не думаю, что из меня выйдет особо что-то толковое. Я не могу заставить себя утром проснуться в положенный час, и пройти, ни разу не споткнувшись… А ты мне про постройку хижины. Или… Есть за что побороться? — та хитро прищурилась и чуть приблизилась, — Колись!
— К-Комнаты… Фотография на доске почета… В общем, лучшие условия… Тебе ведь хочется вырасти в глазах тех, кто насмехается над тобой? — тянется Сэм к бокалу с соком и делает глоток, смотря на блондинку, а после на высунутую голову из ее кармана и чуть кривится.
— Тогда будешь мне помогать! — заявила блондинка, — Давай вместе поучаствуем? — снова пихает его в бок, — Ну-у-у же! Дава-ай! Не откажи!
— Я не могу участвовать с другими факультетами… Только если за свой… — пожал плечами тот коротко и резко. — В любом случае, тебе придется всему учиться… Почему бы одиночную игру не принять за шанс стать чуточку сильнее?
— Даже если будешь участвовать за свой факультет, что мешает нам друг дружке помогать, да? Не игра же это на выживание! Или… на выживание?
— Нам в школе рассказывали, что… Что это может обернуться травмами… Но не смертью… Не сказал бы, что это слово… «Выживание» подходит… Скорее, просто проверка твоих сил… И… Я попытаюсь тебе помочь, если твой фамильяр подпустит меня к тебе на турнире… Они, как правило, чувствуют дух соперничества на ином уровне…
— Отлично! Тогда так и договоримся, да? — та протягивает парнишке руку, предлагая ее пожать. — Ну, что ты какой зажатый? Давай! Не кусаюсь же я!
— Ты — нет… Она — да… — ткнул он пальцем на змеиную голову, торчащую из кармана, но руку все-таки протянул девушке, чтобы пожать, она ее быстро-быстро потрепала, а после он ее убрал.
— Турнир начнется через неделю… У тебя есть время изучить правила и взять необходимые пособия в библиотеке…
— Конечно, конечно! Все как скажешь! — согласилась та, — А теперь давай вернемся к еде и на занятия, пока этот мистер скряга нас не отругал!
Следующим предметом этих бедолаг были практики со своими кураторами. А значит, им нужно было находиться по раздельности. Лучше бы зельеварение проходило лекцией…
Эйден кружил возле одаренной и смеялся над тем, что у нее что-то загоралось или разливалось. Змея шипела на него, и даже разок пыталась укусить, но получила по голове от Лонга.
— Приручи ее. Сделай воспитанной и покорной… Если будет на всех кидаться — ее у тебя заберут.
— А вы ее не провоцируйте, и ей не придется шипеть! Или мне делать это вместо нее прикажете? Может, меня тогда тоже запрут? Знакомы без году неделя, как мне ей подобное запретить? — Бурчит девушка, снова наливая что-то в котелок, — Лучше б помогли, вместо того чтобы умничать! Ой!
Вода в котелке стала голубой, потом синей и становилась все темнее, пока не бахнула облаком грязи в лицо профессора. Девушка вовремя увернулась, и на нее не попало. С губ сорвался тихий смешок, лицо того было перепачкано в
