учили, как доставлять удовольствие мужчине. Нас учили подчиняться, смирять гордость, которой у нас и так уже не осталось. Но Ростислав говорил:
— Смирение — это такая мышца, если не пользоваться — она быстро атрофируется.
Тут он тоже был прав. Домработниц рекомендовалось раз в полгода отправлять в лагерь переподготовки, где их снова унижали, били, насиловали — тренировали смирение. Если какой-нибудь наниматель считал, что его домработница достаточно смиренна, он рисковал жизнью, а иногда — и чем-то большим, чем жизнь. Вижу, что вы понимаете.
Мой наниматель — тот самый, который оплатил операцию по смене пола — занимает в обществе очень высокое положение. Я нужен был ему для представительских нужд. Он активно мной пользуется, но при этом подкладывает в постель к таким, как вы — потенциальным деловым партнёрам. В знак расположения и доверия. Да-да, сегодняшняя оргия организована моим нанимателем. Вы не переживайте — я профессионал. Вам же понравилось, признайтесь. Я так и знал.
Поверьте, я и дальше бы честно выполнял свою работу, но мой наниматель уже три года не отправлял меня на переподготовку. В этом, конечно, есть и моя заслуга. На самом деле смиренным я не был никогда, я лишь притворялся. Я вам сейчас открою маленький секрет — мой наниматель хоть и не впопеску, но очень любит почувствовать себя хозяином положения. Во время оргий я обычно подбрасываю в напитки снотворное, и как только партнёры засыпают, приходит мой наниматель и пользуется вами. Ну, что вы, успокойтесь — подумаешь, воспользовался. Он использует лубрикант и презервативы. Партнёры не могут заявить — ведь под статью попадут и они сами, а это конфискация и кастрация. Не стоит так убиваться. Вы же мной пользовались, и вам понравилось. Больше смирения.
Вон он, лежит на вашем товарище, со спущенными штанами. Знаете, какая у него поговорка? «Оглянись вокруг себя, не ебёт ли кто тебя». Вам не смешно? А мне — очень. Благодаря этой пословице я понял, почему все так боятся гомосеков. Потому что секс для вас — это явление одностороннее, вы не отдаётесь, а берёте. Нет, вы уж послушайте, должен же я кому-то это рассказать. Ну хорошо, трахните его и успокойтесь, думаю, это будет справедливо. Я знаю, что вы не чувствуете себя ниже пояса, это действие наркоза. Давайте, я вам помогу.
И как вам? По-моему, тоже отвратительно. Чисто эстетически, на самом деле мне давно всё равно, кто с кем ебётся, главное, чтобы по любви. Я знал, что вы не поймёте. Но на самом деле всё очень просто. Послушайте, совсем же немного осталось. Всё равно дверь заперта, а вы ходить не можете.
Я изучал историю. Вы знаете, как это было? Ну, как они умерли, женщины? Разумеется не знаете, ведь вы мой ровесник. Об этом не принято говорить, ведь замазаны оказались все.
Вирус вызывал острый приступ мизогинии, причём у всех — и у мужчин, и у женщин, и у детей. Практически за сутки вся Земля превратилась в огромный цех по забою скота. В ход шло всё, что было под рукой. Женщин душили, травили, вешали, резали, рубили, забивали… Да, когда я узнал об этом, лицо у меня было, наверное, как у вас сейчас. Но мужчины за эти пятнадцать лет всё забыли. Ведь сделанного не воротишь, чего зря себя изводить. Просто простили себя — и всё.
Конечно, после побоища, когда женские феромоны перестали витать в воздухе и вызывать ненависть, все поняли, что произошло. И схватились за голову — что теперь делать? И дело даже не в демографии — возобновление человеческого ресурса сразу решили за счёт клонирования.
Проблемой стало просто отсутствие женщин. Кто будет воспитывать детей, и как их теперь воспитывать? Что будет с семьёй, когда вырастут дети, рождённые от женщин? И главное — кого ебать? На Западе понятно — там все впопеску, им не привыкать, а как быть нам? У нас же гомосятина считалась грехом и ужасом. Как так — я буду подставлять свой анус какому-то усатому глиномесу?
Пробовали клонировать женщин, но проклятый вирус не лечился — клонируемые женские организмы вызывали у мужчин немедленный приступ ярости, и клоны погибали. А эрзац-женщин на всех не хватало. И как выкручиваться? Никому не хочется дрочить под порнуху, всем хочется тепла и ласки. Хотя про ласку забудьте. О ласке все забыли.
Поверьте — было время, когда женщин боготворили. Потом наоборот — не считали за людей. Потом женщины вновь начали отвоёвывать себе право быть равными мужчинам. А мужчинам не нужно равенство. Быть равным кому-то — это не только брать, но и отдавать. Мужчины не готовы отдавать, потому что отдавать — это слабость. Когда женщины поняли мужскую стратегию — только брать — произошёл катаклизм, и осталась только одна половина человечества. Это такой вызов природы — у нас, как у энтов, отняли жён и заставили выживать. Причём здесь жёны энтов? Хороший вопрос. Как вы считаете — додумались бы более сильные энты ебать других, послабже? Если бы додумались, то доебались бы до нас, до людей.
Вы только сейчас заметили, что у меня руки в крови? Спасибо, значит, мой рассказ был достаточно увлекательным. Посмотрите сюда. Знаете, что в этой вазе? Предметы гордости и самоидентификации присутствующих здесь мужчин. Я их ампутировал. Не волнуйтесь, технология ампутации тщательно мной изучена, я долго тренировался, и не нанёс вреда здоровью ваших товарищей и моего нанимателя. Инструмент дезинфицирован, раны обложены льдом, так что медики спасут ваши жизни. Мне крайне важно, чтобы вы остались живы. Не дёргайтесь, пожалуйста, иначе я задену паховую артерию, и вы истечёте кровью. Из вас выйдет десять замечательных женщин — красивых, умных, молодых… мечта любого. Я уверен, что вы не смиритесь, и передадите моё послание дальше.
Вот и всё. Хороший мальчик. Слышишь? — сирены. Это за вами. Я забыл сказать — мой наниматель считался с моим мнением, он пригласил всех вас, потому что я ему посоветовал. Ещё бы — бывшие одноклассники, все успешные люди, как раз такие партнёры ему и нужны. Он очень любил снимать свои подвиги. Я немного перенастроил аппаратуру, так что велась прямая трансляция на его официальном канале, и всю оргию в высоком разрешении видел весь мир. И твой подвиг тоже. Статья сто двадцать первая, часть первая. Впрочем, приговор я уже привёл в исполнение.
Прости меня, Жека. Подумай о том, что тебе предстоит, не как о наказании, а как о новом опыте.
Я тебя люблю. Не пидорски. По-настоящему.
