Теперь уже Груша упокоила настырного Ящера навсегда.
Сержант, по-собачьи подвывая, конвульсивным движением выдернул из себя вражеский нож, откинул в сторону. Хотел отползти – не получилось, ноги не слушались. Видимо, лезвие перебило важный нерв. Дрожащими руками командир достал из нагрудного кармана индивидуальный перевязочный пакет, затем начал лихорадочно расстегивать пояс на брюках, чтоб наложить на рану пластырь.
Ладно, сам справится, не маленький, – промелькнуло у Греты.
Дзинь – дзинь – теперь уже очередь прошлась точно по тому месту, где она раньше пряталась. Стрелок не унимался. Но и его позиция, судя по всему, особым преимуществом не отличалась. Вероятно, он сам под обстрелом, потому что работает, скорее, по памяти (выглянул – спрятался) – бьет по площадям, нежели по конкретным целям. Грета откатилась еще дальше от колонны. Вновь огляделась. Еще одна мина, подпрыгивая, точно пустая консервная банка по асфальту, зазвенела шагах в десяти. Для огнемета в этот раз далековато. Да и кругом свои. Двое бойцов из саперного звена отступили от рухнувшей перегородки вплотную к Грете. Не запалить бы кого живым факелом ненароком.
Проклятый снайпер «пасет» спасительную выемку за колонной. И рядом больше никаких укрытий. О! Если не считать трупа с простреленной шеей. Довольно крупный экземпляр. Не все ж ему, болезному, защищать своим широким панцирем призраков. Можно и на хороших людей поработать, например, на Грету. Спина у него дай Бог.
Вперед, к нему.
…Чуть-чуть, буквально пару шагов не добежала. Сильный удар в плечо. Тупая боль в мышцах. Выстрелом ее сбило на пол. Да, может, оно и кстати. Упала технично, словно на маты в борцовском зале. Экзоскилет боевого костюма, несмотря на комплектацию по легкому типу, воспринял на себя значительную часть нагрузки при падении. Главное – кости целы. Обмундирование в шаковских спецподразделениях, всем известно, – высший класс.
Мгновенно осмотрелась. Труп совсем рядом. С силой потянула на себя безжизненное тело. Тяжелый гад; призрак, но не приведение. Ничего, подкатится, как миленький, никуда не денется. Вжалась в пол, прильнула к «Ящеру», как к родному. Развернула его грудью к мине, к себе – широкой спиной. Пусть встречает опасность лицом.
Взрыв! Будто кувалдой по башке! Мураши в глазах, в ушах вата. Мертвый Берет содрогнулся под напором взрывной волны и груды осколков. Однако не подвел, выстоял.
Груня ощупала плечо. Надо же! Пулевое. Нет, не ранение. Попадание. В щиток. Но синяк все равно расплывется до локтя, она знала. Сейчас, в суматохе не чувствуется, а завтра рукой не пошевелишь. Если только не принять срочных мер. Надо наложить давящую повязку, пропитанную специальной мазью, или – еще лучше – подсадить на поврежденное плечо Сварабею.
Грета надеялась, что сама Сварабея по ходу боя не пострадала от ушибов и ударов.
Сварабея – маленькая ящерка, размером с мышку. Всеядная. Лопает за милую душу все подряд. Но особенно любит коровье молоко, орешки, фрукты и… человеческую кровь. А может, не только человеческую. В лесах, где она обитает, полно самых различных тварей. Наверняка их можно использовать в роли доноров. Но все же людей, по шаковским поверьям, Сварабея обожает особенно. Ящерка ползает по телу под рубахой как у себя дома, складывает пухлые губы присоской, протыкает изогнутым клыком кожу и сосет понемногу кровь, точно пиявка. Но самое интересное – люди суют себе за пазуху кровососок добровольно. Ящерка-паразит прекрасно лечит болезни, раны и еще, говорят, придает ясность мысли.
В шакристовой армии ручных кровопивцев издревле используют в качестве личных походных лекарей. Чужого человека Сварабея лечит не станет. Только своего хозяина, которого в принципе держится. Но может и улизнуть. Говорят, если в течение года не сбежит, значит, будет со своим владельцем до самого конца. А живут прилипчивые ящерки довольно долго – до тридцати лет. Грунина подружка не сбежала. Год уж давно минул. Стало быть, понравилась капризному кровососу девица с голубой планеты – далекой Земли.
Покупать Сварабею нельзя, ни в коем случае. Предрассудки приписывают торгу с вампирами плохие последствия. Только принимать в дар. И только детеныша ящерки – пока хохолок на головке еще не окрасился в зеленый цвет.
У Греты так все и вышло.
Наемница получила в свое время сквозное ранение в бедро – участвовала в подавлении беспорядков на Четвертой планете Бути. Но в госпитале тогда провалялась совсем недолго. Молоденький лейтенантик из медсанбата, ухаживая за девушкой (хоть и безуспешно), подарил ей малютку кровопивца – лично отловил для дамы сердца в лесу, окружающем полевой госпиталь. Подарок Грета великодушно приняла, ибо наслушалась от соседок по больничной палате небылиц о чудесах, творимых Сварабеями. Рану труженица Сварабея залечила в два счета (правда, и крови попила всласть!). У девушки быстро восстановились поврежденные мышечные связки, бесследно ушло нагноение. Врачи нарадоваться не могли на удачливую пациентку. Все бы так шли на поправку!
Тогда и привязалась Грета к маленькому чудищу. От посторонних глаз своего вампиреныша старалась прятать, чтоб не сглазили ненароком. Да и сама ящерка не очень-то обожала дневной свет. Как истинный кровопивец, она относилась к отряду ночных хищников. Днем по большей части посапывала, после заката елозила под одеждой туда-сюда.
Грета обустроила для ящерки с внутренней стороны бронежилета специальный карман в области брюшной полости.
Сейчас девушка осторожно расстегнула ворот, запустила руку внутрь, потянулась к заветному карману – пересадить Сварабею на плечо. Пусть отрабатывает свой хлеб, нечего отлынивать. Однако неразумная малышка ни с того ни с сего впилась вдруг своим клыком в ладонь.
Руку прорезала боль от укуса. Довольно чувствительная боль. Но так всегда бывает при «лечении»: сначала боль; потом онемение, словно укушенное место замерзает, ненадолго; потом облегчение. Приходится терпеть.
Стиснув зубы, Грета передвинула Сварабею вверх. Та сразу обнаружила фронт работ, начала обрабатывать отек, довольно запищала под одеждой, зафыркала. По плечу тотчас растекся лечебный холод, после которого к ушибленному суставу понемногу возвратилась былая подвижность. Порядок! «С меня кружка молока, – расщедрилась в мыслях Груня. – Как только вернемся в казарму. Если только вернемся…»
Дзинь-дзинь, пш-ш-шик!!! Близко! Очень! Непозволительно близко! Металлопокрытие под ногами Греты заискрилось «бенгальским огнем». Труп-защитник неуклюже дернулся всем корпусом, схлопотав пару прямых попаданий в грудь. Грета вновь по-родственному прильнула к «союзничку». Подземный стрелок, блин, достал. И что она ему так приглянулась? Вон сколько целей вокруг. Видать, мстит за обладателя флэк-кэнона, которому Грета подкоротила ноги. Или за того, первого… Его вообще располовинила… Широкополосник в умелых руках – страшнейшее оружие!..
Снайпер не унимался. Дзинь-дзинь, пш-ш-шик!!! Вновь непозволительно близко! Докопался же, крыса тоннельная.
Однако злость не затмевала тореадорским покрывалом взор. Напротив, будила в груди знакомый охотничий азарт, присущий всякому талантливому воину. Наемница отлично владела собой.
– Сам напросился, – тихо проговорила она.
Дзинь-дзинь. Похоже, снайпер изменил угол обстрела, наверное, перескочил на другую позицию. Груня немного передвинула тело мертвого Берета, прикрываясь им с опасного фланга. Обернулась назад.
– Не высовывайся, – шепнула Бору на личной волне сержанта. – Мы на мушке.
Шеф согласно кивнул в ответ, одними глазами. Гибкий щиток противогаза увеличивал ресницы, будто объектив фотокамеры. Он вжался в пол еще больше. Сказать по правде, впечатление сержант оставлял довольно жалкое. Да и куда ему дергаться? С перебитой жопой особо не разгонишься.
– Я его сниму, – пообещала Грета.
– Давай.
Не поднимая головы, девушка отстегнула от пояса обманку – на вид самую заурядную консервную банку, – выдернула из-под крышки предохранительную чеку, поставила банку рядом с собой. Чека блокировала баллончик со сжатым газом, встроенный в корпус обманки. Через несколько секунд газ разом выстрелится внутрь «консервы». Та надуется, превратится в чучело солдата, вылепленное по пояс. Чучело очень реалистичное: такая же форма, что и на Грете, такой же щиток противогаза и т. д. Один в один, не отличишь. Особенно в пылу схватки, да еще в дыму. За дымом дело не станет. Вот маскировочная кассета.
Кассета отличается от обыкновенной дымовой шашки тем, что имитирует разрыв гранаты: сильный хлопок, фейерверк, горящие осколки – все как при прямом попадании из флэк-кэнона. Сделано это специально, ибо дымовая завеса от простой шашки сразу возбудит у противника подозрение, он поймет, что под ее прикрытием осуществляется скрытный маневр. А взрыв «флэка» по ходу боя – дело обычное. Не сразу разберешься что к чему.
