— Именно это я и хотел выяснить, мисс. Если все, кому что-либо известно, дадут такие же исчерпывающие пояснения, как вы, мы скоро доберемся до истины.
Затем он подошел к кровати, внимательно осмотрел ее и спросил:
— К кровати кто-нибудь прикасался?
— Насколько мне известно, никто, — ответила мисс Трелони, — но лучше будет спросить об этом миссис Грант, нашу экономку, — добавила она, звоня в колокольчик. Когда появилась миссис Грант, мисс Трелони обратилась к ней: — Проходите, эти джентльмены хотят знать, прикасался ли кто-нибудь к кровати.
— Я до нее не дотрагивалась, мадам.
— В таком случае, — мисс Трелони повернулась к сержанту Доу, — к ней не прикасался никто. Или миссис Грант, или я постоянно находились в комнате, а слуги, собравшиеся, когда я позвала на помощь, к кровати и не приближались. Понимаете, отец лежал вот здесь, у большого сейфа, и все столпились вокруг него. Мы очень скоро всех отправили из комнаты.
Доу движением руки попросил нас оставаться в другой стороне комнаты, а сам принялся через увеличительное стекло осматривать кровать, сделанную из тяжелого красного дерева и украшенную искусной резьбой, — причем, отворачивая какую-либо складку на белье, после внимательного изучения он аккуратно возвращал ее на свое место. Затем опять же при помощи лупы он принялся изучать пол у кровати, уделяя особое внимание тем местам, где накапала кровь. Дюйм за дюймом, не поднимаясь с колен и тщательно обходя, чтобы не коснуться пятна на полу, он проследовал за кровавым следом до того самого места у сейфа, где лежало тело. Таким образом, он тщательно исследовал все в радиусе нескольких ярдов, но, похоже, не обнаружил ничего, что могло бы привлечь его внимание. После этого он осмотрел переднюю стенку сейфа: вокруг замка, верх и низ двойных дверей, особенно то место, где они соприкасались.
Затем он направился к окнам, закрытым на шпингалеты.
— Жалюзи были закрыты? — спросил он мисс Трелони, как будто ожидая отрицательного ответа, и оказался прав.
Все это время доктор Винчестер занимался своим пациентом, И сейчас он перевязывал раны на запястье, осматривал его голову, горло, прикладывал ухо к груди, чтобы прослушать работу сердца. Несколько раз он касался носом рта бесчувственного человека и принюхивался, каждый раз осматриваясь вокруг, как будто что-то искал и не находил.
Наконец мы услышали громкий строгий голос детектива:
— Насколько я понимаю, целью злоумышленников было вставить этот ключ в замок сейфа. В механизме замка, очевидно, есть какой-то секрет, который я не в состоянии разгадать, хотя до того, как поступить в полицию, я год проработал в «Чаббс»[2]. Чтобы открыть замок, необходимо знать комбинацию из семи букв, но, похоже, закодированы не только буквы, но и сама комбинация. Этот сейф изготовлен в фирме «Четвудс», я обращусь к ним и попытаюсь что-нибудь выяснить.
Затем, повернувшись к доктору с таким видом, будто на сегодня его работа уже была закончена, он спросил:
— Есть ли у вас какие-либо соображения, которые не будут отражены в отчете, доктор? Если вы в чем-то еще сомневаетесь, я могу подождать, но чем раньше я узнаю что-нибудь определенное, тем лучше.
Ответ доктора Винчестера прозвучал незамедлительно:
— С моей точки зрения, выжидать тут нечего. Разумеется, я подготовлю полный отчет. Но пока я хочу рассказать все, что мне удалось выяснить — на самом деле не так уж и много, — и все, что я думаю, хотя у меня еще нет полной уверенности. На голове нет ран, которые могли бы послужить причиной ступора, в котором пациент находится в данный момент. Таким образом, я прихожу к выводу, что ему либо могли ввести сильнодействующий наркотик, либо подвергнуть какого-либо рода гипнотическому воздействию. Насколько я могу судить, наркотиков ему не давали, по крайней мере таких, характер воздействия которых мне известен. В этой комнате стоит такой запах мумии, что трудно судить о веществах с едва уловимым ароматом. Вы, очевидно, обратили внимание на специфические египетские запахи: битум, нард, камедь, благовония и так далее. Вполне возможно, что в этой комнате, с более сильными и необычными запахами, и скрывается то вещество или жидкость, которые могли вызвать наблюдаемый нами эффект. Возможно, пациент принял какой-либо наркотик и на одной из фаз беспамятства сам нанес себе раны. Лично я думаю, что это маловероятно, и все обстоятельства, кроме тех, которые я лично изучил, указывают на то, что мои предположения не верны. Но на данный момент этого нельзя исключить и, пока не доказано обратное, не стоит отбрасывать эту версию.
Тут его прервал сержант Доу:
— Может быть, все так и было, но в любом случае нам необходимо найти орудие, которым были нанесены раны на запястье. На чем-то должны были остаться следы крови.
— Вот именно! — воскликнул доктор, поправляя свои очки, словно готовясь вступить в спор. — Но в том случае, если пациент все же принимал наркотик, это могло быть одно из тех веществ, которые начинают воздействовать на организм не сразу, а через некоторое время. Поскольку у нас
пока нет полной уверенности — если, разумеется, само это предположение верно, — надо быть готовым ко всему.
Тут в разговор вмешалась мисс Трелони:
— Что касается действия наркотических веществ, вы абсолютно правы, но, по второй части вашей версии, отец сам нанес себе раны уже после того, как наркотик подействовал.
— Совершенно верно! одновременно сказали детектив и доктор. Она продолжила:
— Поскольку ваше предположение, доктор, не исчерпывает всех возможных вариантов, мы должны учитывать, что и другие предположения могут оказаться правильными. Насколько я понимаю, в первую очередь нужно отыскать оружие, которым были нанесены травмы на руке моего отца.
— Возможно, он спрятал Оружие в сейф до того, как потерял сознание, — необдуманно поспешил я высказать вслух только что пришедшую на ум мысль.
— Это исключено, — быстро возразил доктор. — По меньшей мере, маловероятно, — тут же поправил он себя, обращаясь ко мне. — Видите ли, левая рука вся в крови, а на сейфе ни одного пятнышка.
— Да, действительно, — согласился я, после чего в воздухе надолго повисла тишина.
Первым нарушил молчание доктор:
— Нужно найти сиделку, и чем раньше, тем лучше. У меня как раз есть одна на примете. Я сейчас же отправляюсь за ней. Должен попросить вас до моего возвращения не оставлять пациента одного, пусть кто-нибудь постоянно будет рядом с ним. Позже, возможно, потребуется переместить его в другое помещение, но пока лучше оставить его здесь. Мисс Трелони, могу ли я быть уверен, что либо вы, либо миссис Грант останетесь здесь — не просто в комнате, а непосредственно рядом с пациентом — до моего возвращения?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
