гиксовские владыки стали действовать умнее. Открытая ненависть и презрение Нубти-Сета и его сторонников были выгоднее для него сейчас.
Жрец продолжил:
— Я знаю, что Апопи все ведет к тому, чтобы перенести столицу из Авара в Мемфис!
— И что ты предпринял, жрец, чтобы этого не было? — спросил принц Яхмос.
— Я направляю в Гелиополь моего верного посланца. Он предложит жрецам Ра наш союз. Правда нам придется поступиться своими правами в пользу Ра.
— Что это значит? — спросил фараон.
— Нам придется уступить им власть на Севере. Культ солнца на Юге станет культом Амона-Ра. В Гелиополе они станут называться культом Ра-Амона. Нам придется согласиться на это. Иного выхода нет. Но и этого мало, государь. Нам придется пойти на уступки жрецам других больших культов. Особенно это касается Фаюмских провинций.
— Это твои дела жрец и здесь я во всем полагаюсь на тебя! Но что насчет войны с гиксами? Ты не сказал про это!
— Нам стоит начинать как можно скорее, государь. Но не прямо сейчас. Слишком велико противодействие со стороны номовой знати. Даже твой верный Минос, главный начальник над войском, против немедленного выступления. А что говорить о природной знати номов?
— Но ты выполнишь мою волю, жрец? — спросил фараон.
— Я всегда был верным слугой бога Амона и фараона.
Камос остался доволен ответом великого жреца…
* * *
Глава 2
Воля великой княгини Яхх
1556 год до н. э
В Фивах.
В городе живых.
Личные покои княгини Яхх, жены покойного Секененра II, и матери принца Яхмоса.
Великая княгиня Фив так и не смогла стать царицей. Её муж Секененра пал в битве, едва надев Белую корону. И она, мать принца Яхмоса наследника короны, считалась одной из знатных, но не первой среди них.
Княгиня была красива, хотя ей было сорок, а на юге Кемета, где девушек выдавали замуж в 14 лет, это был почтенный возраст.
Она помнила то время, когда князь впервые заметил её на большом приеме у себя во дворце. Тогда её привел отец, и одета она была как богиня и обликом могла поспорить с самыми красивыми статуями в храме Хатор.
Секененра сделал её женой и назвал своей госпожой. И стала Яхх первой женщиной Фиванского нома. Затем она подарила мужу сына Яхмоса, который статью и красотой пошел в мать.
Яхх слишком внимательно следила за своей внешностью, и почти половину её дня занимал уход за ней. Двадцать искусных рабынь постоянно хлопотали подле госпожи.
И вот муж стал фараоном! У Яхх закружилась голова! Она станет царицей Египта, а её сын в будущем станет фараоном Кемета! Но мечты красавицы быстро рухнули, ибо Секененра погиб в битве с гиксами, а на трон взошел принц Камос, сын её мужа от другой жены.
Мать принца Яхмоса княгиня Яхх в тайне ненавидела фараона Камоса. Она всячески настраивала Яхмоса против брата. Она твердила сыну, что это именно он избран богами, и только принц от союза фараона со знатной женщиной может дать достойного наследника трона.
Княгиню удручала дружба братьев. Её Яхмос подчинялся брату и был его единомышленником. А если у Камоса родится сын? Ведь одна из его наложниц беременна. Тогда её сын потеряет права на трон Юга!
Княгиня призвала к себе великого хранителя сокровищницы Белого Дома Потифера.
Тонкий каласирис княгини плотно облегал её стан и оставлял открытой грудь, упругую как у молодой девушки. Яхх особенно гордилась этой частью своего тела и всегда демонстрировала её, благодаря модным нарядам.
— Сколько мне это терпеть? — сразу спросила она. — Что ты обещал мне?
— Пусть великая княгиня выслушает своего слугу!
— Где поражение Камоса? Отчего корона не на голове моего сына? А ты знаешь, что сирийка Зара беременна? Это совершенно точные сведения!
— Но Зара простая наложница. Больше того она бывшая рабыня.
— И что с того? Разве Камос не может объявить её женой и госпожой страны?
— Не думаю, что до этого дойдет, госпожа.
— И напрасно ты не думаешь, Потифер! Камос твердо заявит о своей воле, если у него будет сын, и он объявит его наследником! И мой Яхмос поддержит брата!
— Но наследник еще не рожден, моя госпожа. И если госпоже будет угодно, то и не родится.
— Мне угодно! — произнесла красавица. — И если тебе дорога моя дружба, то ты избавишь моего сына от соперника!
Потифер был не только слугой, но сердечным другом княгини, после смерти Секененра.
— Я готов все сделать, княгиня. Но смерть Зары опечалит Камоса. И кто знает, на что он будет способен. И потому действовать стоит без торопливости.
— Мне не нужна её смерть. Пусть она скинет младенца! И пусть ни одна из девок Камоса более не понесет! Вот мое желание!
— Я позабочусь о Заре, госпожа!
— Ты все время мне это твердишь, но ничего не делаешь!
— Напрасно, госпожа так говорит. Я многое делаю, но делаю тайно. И это единственно правильный путь в нынешней ситуации. Молодой фараон часто проявляет горячность. Один неверный шаг и все может рухнуть!
Вельможа поклонился и покинул покои княгини.
«Он обижен! — подумала она. — Но это ничего. Пусть будет злее и решительнее!»
Она призвала служанок с опахалами и рабыню что занималась её ногтями на ногах…
* * *
Княгиня отправила за своим сыном. И Яхмос сразу явился на зов матери.
— Моя мать и госпожа хотела меня видеть? — принц почтительно поклонился.
— Сын мой! Ты стал редко навещать свою мать. Раньше такого не было.
— Я нужен фараону, госпожа. Слишком много дел.
— Я знаю про все твои дела, сын. И тебе нужно повиноваться этому фараону. Он занял твой трон, и он отдает тебе приказы!
— Госпожа!
— Я ведь права, сын! Корона твоя по праву!
— Но отец назначил наследником Камоса! И я буду повиноваться ему как старшему! Я уважаю брата как великого правителя!
— И это говорит мой сын? Я не могу в это поверить! Твоя мать знатного рода! Твой отец фараон! А кто мать Камоса? И он надел корону перед тобой! Это несправедливо!
— Я не могу это обсуждать, мама. Это государственная измена! А я не предатель! Я верный слуга Кемета и его богов!
— Тогда тебе следует подумать о короне, сын! А ты думаешь о том, как укрепить корону на голове твоего брата. Это глупо, сын мой. Хорошо, что у тебя есть я, которая заботится о тебе и твоем будущем.
Яхмос с тревогой смотрел на служанок матери. Они все слышали, и Большое Ухо уже завтра может
