Незнакомец застыл с полуопущенной рукой, наблюдая, как из пулевого отверстия струится кровь. Потом он перевел на меня обезумевший взгляд и оскалился в улыбке. О черт!..
Он сделал пару шагов и качнулся вперед. Я схватила его за руку, надеясь, что мне хватит сил удерживать раненого противника на расстоянии. Наши лица сблизились — настолько, что в его глазах я разглядела фанатичный блеск. По левому виску нападавшего стекала струйка пота. Он выругался сквозь стиснутые зубы на своем непонятном языке и замахнулся на меня кулаком здоровой руки, но я перехватила удар, подставив локоть и напрягшись всем телом, чтобы противостоять боли. В ту же секунду я двинула ему коленом в пах с силой, достаточной для того, чтобы оставить вмятину на автомобильном капоте.
Клинок брякнулся об асфальт. Наконец-то!
Мигом оценив ситуацию, я метнулась вперед и на бегу подхватила с земли кинжал. Узел волос рассыпался, и они немедленно упали мне на глаза. Я ринулась к дорожке, огибающей гостиницу, но не успела даже свернуть за угол, как нападавший снова догнал меня. Его цепкие, словно щупальца осьминога, пальцы схватили меня за лодыжку, и от неожиданности я взвизгнула и взмахнула руками, теряя равновесие. О нет!
Я успела сгруппироваться и сначала упала на локти, но через долю секунды крепко приложилась лбом об асфальт. Кинжал и пистолет со звоном отлетели. Боль брызнула во все стороны, и моя голова будто растрескалась на мелкие фрагменты. Я буквально ослепла и не видела кругом ничего, кроме резкого испепеляющего света.
От шока я словно оцепенела, слушая, как бешено и не ровно колотится в груди сердце. Мной начинала овладевать паника — состояние из разряда тех, что начисто парализуют способность защищаться, если вовремя не взять себя в руки. «Если сбили с ног, лупи куда попало! — наставительно загремел в моих ушах голос Брюса. — Делай что угодно, лишь бы снова подняться!»
Загнав приступ паники подальше вглубь, я перевернулась на спину и стала лягаться наудачу. Под ногу попалось что-то мягкое. Руками я лихорадочно шарила над головой и, нащупав рукоять кинжала, тут же схватила его, села и начала остервенело тыкать им во все стороны, надеясь снова попасть в цель.
Клинок наткнулся на препятствие. Я надавила сильнее. Кровь так оглушительно стучала в ушах, что я почти ничего не слышала.
Понемногу ко мне вернулось зрение. Нападавший стоял на коленях между моих ног. Обеими руками он держался за клинок у самой рукояти кинжала, глубоко утопленного в его груди. Незнакомец смотрел на меня широко распахнутыми от удивления глазами, словно никак не ожидал поражения.
Время шло, а он все не отводил от меня взгляда. Постепенно изумление в его глазах сменилось сожалением. Он вытянул вперед руку и коснулся моих волос.
— Какие красивые… — прошептал он по-английски и потер прядку окровавленными пальцами.
Затем он еще что-то забормотал на своем диковинном наречии, но тут его сотряс приступ кашля. Незнакомец сморщился, плотно смежил веки и повалился назад всем телом, соскользнув с пронзившего его кинжала и оставив в покое мои волосы.
Лягушки и сверчки распевали как ни в чем не бывало.
Откуда-то издалека доносился шум машин. Но все эти мирные ночные звуки, не имевшие ничего общего с тем, что здесь произошло, перекрывались моими лихорадочными попытками вдохнуть в грудь побольше воздуха. В горле заложило и сильно пересохло, глаза щипало от слез. Я неотрывно смотрела на лежавшего у моих ног парня. На вид ему было не больше двадцати пяти. Ни здоровьем, ни внешностью не обижен. Мог бы жить себе, как все нормальные люди, встретить симпатичную девчонку, жениться на ней, родить детишек…
О боже! Я сейчас убила человека вот этим чертовым клинком! Мои пальцы непроизвольно сжали эфес кинжала.
Никакой семейный досуг у Сандерсанов не оправдал бы подобного поступка.
Я провела по мокрым от слез глазам трясущейся рукой. В другой я все еще стискивала рукоять клинка и даже не осознавала, что судорожно сведенные пальцы уже побелели от напряжения. Потрясенная, я не могла шевельнуть ни рукой, ни ногой. Еще бы! На меня напал неизвестный. Я сражалась за свою жизнь. Я убила его…
Достань мобилъник. Набери 911. Подними же наконец свою задницу и делай что следует!
Да, я знала, как надо поступать в таких случаях. Глубоко вдохнув несколько раз, чтобы унять бешеное сердцебиение, я оперлась на бедро, чтобы встать, но убитый мною противник вдруг дёрнулся всем телом.
Оцепенев от ужаса и безвольно раскрыв рот, я наблюдала, как мертвец оторвался от земли и завис на несколько секунд в воздухе, превращаясь в дым, понемногу рассеивающийся от дуновения ветерка.
В ошеломлении я снова откинулась назад и села, опершись на руки и усиленно моргая. Хватка пальцев на рукояти кинжала ослабла сама собой, и в свете фонаря на его сияющем лезвии ярко заалела кровь. Я резко хохотнула.
— Неужели это правда?
В тишине ночи мой хилый голосок был едва слышен. Я запрокинула голову и выкрикнула в усеянное звездами небо:
— Да, правда!
Неужели кто-то вздумал гипнотизировать меня? Или я в Рокморе свалилась с лестницы? Или слишком сильно ударилась башкой об асфальт? Черт знает что!
Сквозь набежавшие слезы я рассматривала кинжал, валявшийся на мостовой между моими раздвинутыми ногами.
Кровь. Клинок.
Но как бы то ни было, я точно знала одно: все произошло на самом деле. В руках у меня имелось неоспоримое доказательство. Моя мать, чокнутая она или нет, все же не зря предостерегала меня.
3
Неожиданно глухой рев мотора и оглушительная музыка вторглись в сумбур моих ощущений. Меня ослепил яркий свет. Завизжали тормоза. Запахло паленой резиной.
Я опомнилась, но слишком поздно. Заслонив глаза рукой, я попыталась побыстрее откатиться в сторону, вдруг сообразив, что сижу посреди проезжей боковой дороги, прямо на пути у надвигающегося автомобиля. Он застиг меня врасплох, совершенно растерянную после всего увиденного и пережитого. Пульс учащенно стучал, казалось, во всех участках тела, но само оно словно онемело, а мозги заволок сплошной туман.
Грузовик вильнул вбок и резко затормозил. Его передний левый бампер навис так близко, что можно было вытянуть руку и дотронуться. Меня обдало выхлопной струей, и от ее вони к горлу подступила дурнота. Из кабины со стороны водителя свесилась чья-то тщедушная фигурка. Я убрала руку с лица. Рокот мотора рассылал вокруг вибрирующие волны, сотрясая меня и землю подо мной, подобно медленному непрерывному электротоку.
— Эй, ты жива? — спросила девчонка в комбинезоне и твидовой кепке.
