Читаем без скачивания Дело о сбежавшем трупе - Эрл Гарднер

— Тем не менее все это мне не нравится, — призналась Делла Стрит.

— Пока, — успокоил ее Мейсон, — мы делали все так, как должны были делать.

— Что вы хотите сказать. Вы... До них донесся звук сирены полицейской машины, который становился все громче и громче.

— Это, — ровным голосом произнес Мейсон, — полиция. Там работают очень оперативно. Держись спокойно, Делла, поскольку они могут нервничать и держать пальцы на спусковом крючке.

Снова хлопнула парадная дверь, послышались голоса, затем топот ног. Человек с полицейским значком на лацкане пиджака и пистолетом в руке осторожно просунул голову в дверь и скомандовал:

— Руки вверх!

Мейсон откинулся на спинку стула, вынул сигарету изо рта, выпустил струйку дыма в потолок и сказал:

— Добрый вечер. Проходите и присаживайтесь. Полицейский остался стоять в дверях, держа наготове пистолет.

— Кто вы? — потребовал он. — И что здесь делаете?

— Я Перри Мейсон, адвокат. Разрешите представить вам моего секретаря, мисс Стрит. В данный момент я действую по поручению и от имени вдовы Эдварда Давенпорта.

Молодая женщина вскрикнула.

— Он мертв! Он мертв!

Мейсон молчал.

— Значит, его убили! — почти закричала она.

— Ну, ну, — успокоил ее Мейсон. — Вы, несомненно, очень расстроены, но не делайте такие поспешные выводы.

— Вы адвокат миссис Давенпорт? — спросил полицейский.

— Да, это так.

— Имеете полномочия?

— Она дала мне ключ от этого дома и доверенность. Мейсон небрежно вынул письмо и протянул его полицейскому.

Тот взглянул на женщину.

— Вы знаете этих людей, мисс Нордж?

Она молча замотала головой.

Мейсон решил не выпускать инициативу из своих рук.

— Я полагаю, вы секретарь мистера Давенпорта, которая в письме упоминается под инициалами М. Н.

— Я Мабель Нордж, — ответила она. — Секретарь мистера Давенпорта, и если он мертв, то я... я должна что-то вручить полиции.

— Правильно.

— Мистер Давенпорт предвидел, как будут развиваться события.

— Какие события?

— Его смерть.

— Смерть!

— Именно! — резко бросила она. — Я должна что-то вручить этому полицейскому, что подтвердит сказанное.

— Пожалуйста, вручите.

Она решительно направилась к своему столу.

— Минуточку, минуточку. Что вы собираетесь делать?

— Достать то, что я должна передать представителю власти.

Мейсон улыбнулся и покачал головой.

— Не советую.

— Что значит «Не советую» — возмутилась та.

— Вы не должны что-либо здесь трогать.

— Вы сами здесь все перетрогали.

— А почему бы и нет? — невозмутимо произнес Мейсон. — Интересы его жены представляю я. Ей по праву полагается половина всего имущества. Другая половина будет определена путем наследования.

— Да как вы... вы...

— Успокойтесь, пожалуйста, мисс Нордж. Полицейский убрал пистолет в кобуру.

— Давайте разберемся. Что тут происходит? Мабель Нордж с негодованием произнесла:

— Она его убила. Он знал, что она собиралась сделать это и оставил конверт, в котором приводятся доказательства, которые могут все подтвердить.

— Что вы хотите сказать этим «оставил доказательства?» — спросил Мейсон.

— Он передал письмо мне.

— И просил вас сохранить его?

— Просил, чтобы в случае его смерти я прочла письмо и сообщила о нем властям.

— Вы его не вскрывали?

— Конечно, нет! — возмущенно ответила она.

— Значит, вам не известно его содержание?

— Я... я только знаю, что он мне сам говорил.

— Он не говорил, что конкретно содержится в этом письме?

— Он говорил, что... в общем он дал понять, что может умереть в любую минуту.

— Разумеется, — согласился с ней Мейсон. — У этого человека было высокое давление, атеросклероз и, кажется, не в порядке почки. Доктора предупреждали, что он может умереть в любую минуту. И вполне естественно, что человек в таком положении...

— Но в письме ничего не говорится об этом. Я хочу сказать, что он имел в виду совсем не это.

— Откуда вы знаете?

— Он сам говорил.

— Что же он вам говорил?

— Что в случае его смерти я должна вскрыть этот конверт и передать его содержимое в полицию и что — если кто-то попытается перехватить письмо — я обязана его уничтожить.

— Другими словами, он сохранял контроль над этим письмом?

— При жизни, да.

— А если бы он выразил желание, чтобы письмо было отдано ему обратно, вы бы сделали это?

— Что за вопрос? Конечно. Это же его письмо.

— Где оно?

Она хотела было ответить, но передумала и уклончиво сказала:

— Когда потребуется, я его достану.

— Не сомневаюсь, — зевая, сказал Мейсон. — Ну что же, закончим на этом. В данных обстоятельствах, а также, учитывая тот факт, что мисс Нордж утверждает о существовании письма, которое может содержать определенную информацию, связанную с обвинением, я считаю крайне целесообразным, чтобы здесь ничего не пропало.

— Мы собираемся взять это письмо, — в голосе Мабель Нордж послышалась решимость. — Я сделаю это сейчас и вручу его представителю полиции.

— Вы не сделаете этого, — возразил ей Мейсон и улыбнулся.

— Это еще почему?

— Со дня смерти мистера Давенпорта вы перестали у него работать. Вы являлись его агентом, его служащим, его личным представителем, но с его смертью, повторяю, прекращается ваша работа. При этом, конечно, вы имеете право на компенсацию. Однако вы не имеете права трогать здесь что-либо.

— Подождите, — вмешался в разговор полицейский. — Я не силен в юридических тонкостях, но не хочу, чтобы пропадали улики.

— Ни в коем случае, — поддержал его Мейсон. — Я предлагаю запереть все двери, и поскольку у мисс Нордж имеется ключ...

— Как вы сюда попали? — резко спросила она.

— Я же говорил вам — миссис Давенпорт дала нам ключ.

— Она не могла дать вам ключ. Я уверена, не могла.

Мейсон улыбнулся.

— В таком случае миссис Давенпорт не давала мне ключ, поскольку эта женщина утверждает, что она не могла его мне дать. Следовательно, я не мог им воспользоваться, чтобы оказаться здесь. Отсюда вытекает, что меня тут нет. Не обращайте на меня внимания.

— Но если есть такое письмо, — произнес полицейский, — нам лучше взять это письмо и передать его окружному прокурору.

— Вся тонкость в том, — заметил Мейсон, — что никто не знает, что содержится в этом письме. Содержатся ли обвинения против кого-либо или имеются какие-нибудь улики. В конверте может, чего доброго, содержаться завещание.

— Все ясно. Давайте взглянем на это письмо, — сказал полицейский. Вы адвокат жены. Секретарь здесь. Я представляю закон. Где оно?

— Никто не может вскрыть это письмо без разрешения вдовы покойного.

— Погодите... Я гляжу, с вами трудно иметь дело.

— Нет, если вы действуете в рамках закона. Как вас зовут?

— Я Сидни Бум. Работаю у шерифа. Эта территория не входит в городскую черту. Она является частью округа.

— Прекрасно. Итак, хотите вы действовать в рамках закона или нет?

— Разумеется, я хочу, чтобы все было по закону.

— О’кей. Что касается данной движимости, то она является общей для супругов, и пережившей мужа вдове полагается ее половина. Другая половина достанется ей после утверждения завещания. Формально она располагает правом распоряжаться собственностью прямо сейчас, однако это право не может вступить в силу до тех пор, пока не будет утверждено судом по наследственным делам.

— Повторяю, я не силен в юридических тонкостях, — начал злиться полицейский, но одно совершенно ясно: если имеются какие-то улики, они должны остаться в целости и сохранности.

— Совершенно верно, — продолжил как ни в чем не бывало Мейсон. — Если данное письмо не является уликой, а представляет определенную ценность как объект права собственности, я должен предпринять все возможное, чтобы оно не оказалось за пределами этого дома.

— Что вы имеете в виду?

— Откуда я знаю, что в этом конверте, который должен быть вскрыт в случае смерти его хозяина, не содержится завещание? Может быть, в нем находятся какие-то ценные бумаги, которые он захотел передать своему секретарю? Наконец, там могут быть наличные.

— Лучший способ узнать — вскрыть письмо.

— Кроме того, — Мейсон сделал вид, что не слышит, — в нем может содержаться нечто такое, что имеет непосредственное отношение к указанному имуществу... что-то такое, что носит конфиденциальный характер.

— Но он отдал письмо своему секретарю.

— Не совсем так. Он передал его ей на сохранение. Он не отдавал его ей. Она сама призналась, что в случае, если он его востребует, оно подлежит возврату.

— Нет-нет, я не это хотела сказать, — вставила Мабель Нордж. — Я хотела сказать, он отдал мне письмо, чтобы я передала его в полицию в случае его смерти.