шагнул в неё и выдал напоследок: — Цирк уродов, да и только!
Остальные последовали за ним, тогда подошёл Николай и спросил:
— Чего они к тебе прицепились?
— Да зарядил в прошлом месяце одному в ухо, — поморщился я.
— Контра! — проворчал Валентин.
Я вздохнул. Контра и есть.
В семь вечера отправился на тренировку в институтскую боксёрскую секцию. На этом в последнюю нашу встречу настоял Георгий Иванович, не соизволив никак объяснить своё решение, лишь проворчал что-то неразборчивое о необходимости скорейшей социализации.
У меня были большие сомнения, что из этой затеи выйдет хоть какой-нибудь прок, но и жаловаться на впустую потраченное время не приходилось: вспотел уже на упражнениях со скакалкой, а дальше мне ставили правильное перемещение во время боя, уклонения и прочие финты, в коих я оказался откровенно не силён.
Уже после душевой подошёл Карл.
— Пьер, а ты вообще поступление собираешься отмечать? — поинтересовался он с таким видом, что иначе как риторическим вопрос было не расценить.
Мысль пропустить пару стаканчиков отторжения у меня не вызвала, обречённо вздохнул я совсем по другой причине.
— Хоть не в «СверхДжоуле»?
— Не, мы теперь туда ни ногой! — уверил меня Карл. — Это ж натуральное логово пацифистов! Научный факт! К нам в клуб пойдём.
— А давайте лучше в «Под пальмой» посидим? — предложил Коля. — На улице каток настоящий. Три раза уже навернулся за сегодня.
— Это где? — уточнил я.
— Кафешка напротив сквера.
Я кивнул.
— Тогда вы идите, а я через полчаса прибегу.
Так и решили.
Выгаданные полчаса я использовал с умом — поужинал в студенческой столовой. Не знаю, какие расценки в «Под пальмой», а тут и кормят прилично, и талонами расплатиться можно. Потом ещё забежал за плащом в дежурку, а только выскочил на крыльцо, и едва не скатился по его обледенелым ступеням, лишь в самый последний момент за перила схватиться успел. Осторожно спустился, шагнул на брусчатку, и понял, что в своих шикарных полуботинках недалеко ушёл от коровы на льду.
Обидно, досадно, но — ладно. Дойду.
Зато от уличной прохлады чуть меньше голова болеть стала.
Плохо разве? Да ничуть!
Когда миновал сквер с фонтаном, у ближайшего фонаря остановился извозчик, из повозки выбрался молодой человек, и я узнал Виктора — приятеля Лии. Да с ней он к институту и прикатил: протянул руку, помог спуститься на мостовую, но не остался и после поцелуя в щёчку заскочил обратно и отправился куда-то дальше.
Я помахал рукой.
— Лия!
— Петя, привет! — обрадовалась мне бывшая одноклассница. — Я Льва на кафедре видела, а с тобой разминулась!
— Да я туда на пять минут только забегал. Ты чего дрожишь?
— З-замёрзла, — призналась девчонка. — Мы на коньках с Витей катались.
— Мало вам гололёда! — фыркнул я. — Пойдём, горячим чаем напою, а то разболеешься! Где тут у вас «Под пальмой»?
— Да вот же! — указала Лия через дорогу, и точно — на соседнем доме фонари подсвечивали вывеску с пальмой.
Вот туда мы и двинулись. В кафе оказалось шумно и людно, а в центре зала росла самая настоящая пальма в пару человеческих ростов высотой. Вот уж чего не ожидал, того не ожидал!
Проходить за стол Лия отказалась наотрез, и я помахал рукой Карлу, а сам отвёл девушку к бару, убрал её пальто на вешалку, туда же повесил и свой плащ, вещмешок кинул на пол. Помимо чая заказал две порции бренди, и Лия замотала головой.
— Нет-нет! Мне не надо!
Я только рассмеялся.
— Смотри и учись!
Когда буфетчик выставил стаканы и рюмки, я отпил чаю и долил в него бренди. Лия засомневалась, но всё же последовала моему примеру, только едва-едва плеснула, исключительно для вкуса и аромата. Но и так после первого же глотка её щёки порозовели, от улыбки на них залегли милые ямочки.
— Ты меня просто спас, Петя! Теперь бы только алкоголю не пристраститься!
— Брось!
Я влил в себя остатки её порции, шумно выдохнул и запил чаем, решив обойтись сегодня без пива. Вот бренди — это дело. Рюмку замахнул и мигом голова болеть перестала.
Красота, да и только!
— А ты какие предметы выбрал? — спросил Лия, обхватив тоненькими пальчиками горячее стекло гранёного стакана.
Я достал список и оказалось, что наше расписание в некоторые дни пересекается, договорились садиться вместе. Затем Лия допила чай и начала собираться.
— Ненавижу холод, — пожаловалась она.
— Попробуй освоить технику алхимической печи, — посоветовал я. — Прогревает не хуже бренди.
— Хорошо, спрошу методичку в библиотеке, — сказала Лия, а когда помог надеть ей пальто, чмокнула меня в щёку и ушла.
Я у стойки задерживаться не стал, расплатился и пересел за стол к Николаю, Яну, Карлу и прочим знакомым, смутно знакомым и совсем незнакомым студентам; точнее даже не за стол, а за два стола, придвинутых друг к другу. Подошедший официант принял заказ, и вскоре вернулся с кружками пива, ну а мне вновь принёс чай и рюмку бренди.
— И как тебе в институте? — полюбопытствовал Ян.
— Здорово! — признался я. — Лучше, чем на курсах.
— Брось, Пьер! — махнул рукой Карл. — Видели мы, как ты лихо сослуживца из круга выбил! Нас такому не учат.
— Так и нас энергетические конструкции составлять не обучают.
— Серьёзное конструирование только с третьего курса начинается, — с печальным вздохом заявил Коля, и все кругом согласно закивали.
Мы чокнулись и выпили, тогда я спросил Карла:
— Так понял, Нинка себе кого-то уже нашла?
— Угу, — нехотя подтвердил тот. — Разобиделась она на тебя крепко, дружище.
— Бывает, — беспечно улыбнулся я, приметил у бара бугристую физиономию крепыша, который пытался без очереди пролезть в лифт, огляделся и обнаружил за столом в дальнем углу Северянина сотоварищи.
Карл проследил за моим взглядом и сказал:
— Ты с ним осторожней. Злопамятный гадёныш. Эталонный урод просто.
Ян кивнул.
— Напакостить запросто может.
— А из-за чего сыр-бор? — полюбопытствовал Коля. — Говорят, ты Панкрата уронил?
— Панкрат — это который у буфета сейчас стоит?
— Нет, это Бугор. Панкрат маленький и вертлявый такой. Кличка у него Заноза.
— Его уронил, ага.
Я рассказал о стычке в уборной, и мы заказали ещё пива. Меня, как и следовало ожидать, расспросили о Льве, а потом Карл приложился к запотевшей кружке и вдруг поперхнулся.
— Эти-то что здесь забыли? — проворчал он, вытирая губы носовым платком.
Как оказалось, в кафе пожаловала компания монархистов. Было их человек десять, в том числе и мои знакомые. Я начал закипать.
Ну вот что такое?! Нигде от контры покоя нет!
— Часто сюда заходят? — спросил я, хрустнув костяшками пальцев.
— Вообще не заходят, — пробурчал Карл. — Первый раз припёрлись.
— Предлагаю
