Семь вечера. Я дома. На самом деле не дома, конечно. Эта квартира – моя тюрьма. Сегодня паршивое настроение. Последний месяц оно у меня всегда плохое, но сегодня хуже всего. Мне, как маленькой девочке, постоянно хочется порыдать. Поэтому я заедаю свою депрессию эклерами и смотрю комедию, лежа на диване. Долго не реагирую на звонящий телефон.
Не хочу никого слышать. А когда все же отвлекаюсь от фильма, жалею об этом. Это Эдуард. Его звонки ничего хорошего не несут…
— Да, — отвечаю.
— Собирайся. Приеду за тобой через пять минут.
— Зачем?
— Меньше вопросов, мы теряем время. Надень платье покороче, чулки, туфли, макияж.
Громко вздыхаю в телефон.
— Быстрее, мышка! — скидывает звонок. Прикрываю глаза, откидываясь на спинку.
Во-первых, я не хочу.
Не хочу!
Во-вторых, собраться за пятнадцать минут нереально. Я вся растрёпанная.
Соскакиваю с дивана, лечу в ванную умываться.
Конечно, я не укладываюсь в пятнадцать минут. Эдуард уже ждет меня внизу злой, как черт.
На мне черное платье до колен, чулки и туфли. Все это, конечно, не мое. Это реквизит Эдуарда. Он, как режиссёр постановки, позаботился о костюмах для актрисы.
Я успела только слегка накрасить ресницы и собрать волосы вверх, в некое подобие причёски.
Эдуард сегодня снова под видом такси. Сажусь в машину.
— Ты вообще за временем не следишь? — недовольно спрашивает Эдуард. Не отвечаю, отворачиваясь к окну. — В общем, так. Литвин сейчас ужинает в «Астории». Столик рядом тебе забронирован. Сядешь, закажешь себе коктейль, еще что-нибудь, что вы там, девочки, заказываете? Салат?
Я люблю мясо и пирожки, а не салат. Но молчу, сжимая губы.
— Обратишь на него внимание, поздороваешься. Всё, дальше не лезь, — наказывает он мне.
А я и не собиралась.
— Сделаешь вид, что ждешь подругу.
— Ну а дальше что?
— По обстоятельствам.
— Ну а если он не обратит на меня внимание?
— Так привлеки это внимание!
— Как? Раздеться и станцевать голой на столе? — огрызаюсь я.
— В идеале – да, — усмехается Эдуард. — Но это позже. Ну не знаю, построй ему глазки, но добейся контакта с клиентом, — уже недовольно произносит Эдуард.
Молчу, сжимая губы.
Как это все отвратительно.
Эдуард тормозит возле ресторана и смотрит на меня через зеркало заднего вида тяжёлым взглядом.
— Только не тупи, Надя. Это же в твоих интересах.
Молча выхожу.
Ресторан для избранных. Для тех, кто привык выкидывать много денег просто на еду. Мне не понять, как может быть стейк по цене коровы.
Прохожу в ресторан, называю свое имя, и меня провожают к столику.
Я замечаю Литвина еще с порога, даже несмотря на то, что он сидит ко мне спиной. Конечно, мне снова страшно и не по себе. Происходящее больше похоже на аферу, за которую мне этот мужчина в лучшем случае свернёт шею. Но шокирует не то. Литвин ужинает с женщиной. С блондинкой лет тридцати пяти. По осанке, ухоженности и платью явно видно, что женщина его круга. Глаза немного раскосые, не то чтобы косая, но немного с особенностью. Что, в принципе, ее не портит. Она улыбается, попивая вино, слушая Литвина.
И как мне привлечь мужчину, внимание которого занимает другая женщина?
Мой столик справа, всего в нескольких метрах от столика Литвина. Нас разделяет лишь проход.
Делаю вид, что не замечаю мужчину. Сажусь, утыкаюсь в меню. Коктейли здесь стоят как самолет, а салаты – как два самолета. Но цены меня не волнуют – в моей сумочке карта Эдуарда.
Заказываю себе коктейль с мартини и какую-то закусочную тарелку, которую советует официант. Я сюда не кушать пришла. Хотя могла и оторваться за счет Эдика. Пока жду заказ, пытаюсь отвлечь себя, смотря в окно и придумывая рифмы к имени Эдик.
Надо повернуться в сторону Литвина, отыграть удивление и поздороваться, но я не решаюсь. После того, как Литвин предложил меня оттрахать за доплату, к страху примешалось еще чувство стыда.
Мой заказ приносят. На большой тарелке с закусками оказались разные виды сыров, мед, орехи, клубника, виноград, дольки груши и оливки.
Делаю глоток коктейля, поворачивая голову в сторону Литвина. Натягиваю улыбку, киваю ему, но ответного кивка или улыбки не получаю. Он просто смотрит, топя меня в своём бездонном сером океане глаз, а потом отворачивается, продолжая разговор с женщиной.
Вот и все.
На что рассчитывал Эдуард, непонятно.
Как можно вообще соблазнить мужчину, у которого есть женщина?
Я даже внутренне радуюсь этому факту. Пусть план Эдика рухнет. И, может, тогда он от меня отвяжется.
Продолжаю пить коктейль и есть клубнику. Вкусно. Оказывается, мартини прекрасно сочетается с виноградом и сыром.
Мой телефон на столе вибрирует. Это Эдуард, будь он неладен.
— Да, — отвечаю.
— Сделай вид, что разговариваешь с подругой.
— Да, Эллочка, — выдаю я, усмехаясь назло Эдуарду.
— Литвин там?
— Да, Эллочка.
— Прекрати называть меня Эллочкой! — психует он. — Скажи, что ждёшь ее. Типа она задерживается, — велит он мне.
— Да, давно тебя жду. Ничего страшного, я подожду тебя еще, Эл… — прикусываю язык, запивая имя Эллочка мартини.
— Он обратил на тебя внимание?
— Да, но… — не знаю, как ответить.
— Значит, не сильно стараешься, мышка! — рычит на меня Эдуард. Молчу. Хотя хочется также психануть на его «мышку». Сам он старая противная крыса! — Давай, действуй, иди в туалет и подверни ногу рядом со столом Литвина. Я позже перезвоню, — сбрасывает звонок.
Я не хочу этого делать. Это глупо, учитывая, что актриса из меня так себе. Но…
Оглядываю окружающих. Не уверена, что за мной не следят люди Эдуарда. Двое парней в баре кажутся мне подозрительными.
Допиваю коктейль для смелости. Я вообще не пью. Бокал мартини или шампанского по великим праздникам, поэтому коктейль быстро начинает кружить голову. Заказываю себе еще. Пока мой коктейль делают, встаю с места. Пара шагов… Подгибаю ногу.
— Ой! — пошатываясь. Наклоняюсь, хватаюсь за щиколотку, делая вид, что мне больно. Естественно, на меня обращает внимание весь ресторан.
— С вами все в порядке? — ко мне подлетает официант, подхватывая за руку. Перевожу взгляд на Литвина. Но он лишь окидывает мне взглядом и снова весь в своей косой блондинке. — Давайте присядем, — официант ведёт меня к моему столику и усаживает в кресло. — Может, вызвать врача? —заботливо интересуется он, снова посматриваю на Литвина.
Нет, мой спектакль не удался. Ему все равно.
— Нет, спасибо, уже все хорошо, — улыбаюсь.
Официант кивает и уходит.
На что рассчитывал Эдик, непонятно. Что Литвин должен был сделать? Кинуться ко мне, как супергерой, и бросить свою женщину? Сдается мне, Эдуард не так умен, каким мне казался.
Когда я допиваю второй коктейль и уже чувствую себя пьяной, снова звонит Эдуард.
— Да, Эллочка, — забываюсь, что он просил так себя не называть.
— Озвучь, что подруга не придет и ты очень расстроена этим фактом.
— Не приедешь? Ну как же так? Да ладно, я понимаю, в следующий раз.
— Хорошо, но могла говорить и громче.
Не хочу громче, я и так уже привлекла внимание всего ресторана. Всех, кроме Литвина.
— И как там?
— Никак. Нашего общего друга интересуют только те люди, которые ему близки, — пытаюсь как-то завуалировать ответ.
— Ясно. Его все интересуют. Он перетрахал кучу баб, и его даже не останавливало наличие жены. А ты бездарность! — отчитывает он меня.
Молчу, закусывая губы, принимая от официанта третий коктейль. Это лишнее, но мне уже все равно. Алкоголь заглушает чувство стыда.
— Сейчас скажи, что поздно и боишься ехать одна на такси после того случая.
— Поздно уже, темно. Ты же знаешь, я боюсь ездить ночью на такси после того случая.
— Ну хоть что-то нормально выдала, — ворчит Эдик. — Теперь скажи «ладно».
— Ладно! — уже на эмоциях повышаю голос.
— Как Литвин соберётся уходить, тоже выходи и жди такси, — сбрасывает звонок.
