Поставив клетку в отдельную кабинку, Мерри пошла посмотреть, как выглядят свежеиспеченные пончики. Атмосфера была насыщена запахами, доносившимися из пекарни. Не терпелось лизнуть языком шоколадную или кленовую глазурь, попробовать ярко окрашенную присыпку, вонзить зубы в пончики, сдобные или засахаренные.
Сделать выбор было очень трудно, но в конце концов Мерри остановилась на трех пончиках и чашке кофе. Усевшись за столик, она прикрыла глаза, чтобы спокойно посмаковать благоухающую еду.
Она, видимо, и не заметила бы, как открылась уличная дверь, если бы холодный воздух не коснулся щек. Расправляясь с первым пончиком, Мерри едва обратила внимание на мужчину у стойки, который стоял к ней спиной.
Не успела она приступить ко второму пончику — самому любимому, глазированному шоколадом, — как высокая фигура склонилась над ней.
— Вы не против, если я присоединюсь к вам? Больше, вроде, нет свободных мест.
— Садитесь…
Мерри поперхнулась, смутилась и не смогла отвести взгляд от смеющихся серых глаз Дейва Эндерса. Потом долго не находила, что сказать, так подавляла ее возникшая над нею высокая фигура. Или сказывался тот факт, что на ее одежде не было внушительного личного знака с именем «Д-р Макгрегор», и от этого новый знакомый выглядел сегодня более впечатляющим, чем в прошлый раз. Темно-синий кашемировый свитер оттенял загар на лице Эндерса. При воспоминании о его поцелуе Мерри тут же ощутила покалывание на губах.
Она почувствовала облегчение, когда Эндерс сделал вид, что не замечает ее замешательства. Он сел рядом, поставил на столик свой кофе и пончики.
— Эй, привет! — сказал Эндерс, обращаясь к морским свинкам. — Какая добрая у вас хозяйка, если берет вас на прогулки.
— Вам повезло еще, что сегодня я не взяла с собой моего оцелота. — Язык Мерри развязался почему-то, когда речь зашла о животных. — А как поживает Забияка?
— Счастлив быть дома.
Эндерс принялся за пончик с кремом, как если бы приступал к серьезной деловой операции.
Мерри тщетно пыталась угадать, что привело его сюда. Шиком эта часть города определенно не отличалась. Девушка начинала понимать, что Дейв Эндерс — большая загадка, состоящая из целой мозаики тайн, но к раскрытию данного мелкого секрета ей и приступать не хотелось. Тем не менее сидеть и молчать тоже неловко.
— У вас много собак? — спросила она лишь для того, чтобы что-то сказать.
— А вы всегда говорите только о животных?
Вопрос Эндерса удивил ее.
— А что тут плохого?
Он предпочел уйти от прямого ответа.
— Знаете, я бы никогда не взял вас в ветеринары.
Мерри насупилась.
— Почему же? У меня достаточно высокий рост и вполне хватает сил, чтобы справиться с трудным случаем, а кроме того, ветеринарное дело требует не просто голой физической силы.
— Но я не то имел в виду. — Во взгляде Эндерса, устремленном на собеседницу, сквозил искренний личный интерес. — Наверное, короткая стрижка практична, но золотисто-рыжие волосы — чистая провокация, хотя готов поспорить, что вы их не красите.
— Разумеется…
— Однако никак не могу определить цвет ваших глаз. Вчера мне показалось, они карие. Сегодня, могу поклясться — зеленые.
Его слова ласкали кожу, словно кончики пальцев в нежном прикосновении, и одновременно подвергали мучительной пытке все нервные окончания.
— Они карие. — Ее голоса хватило лишь на шепот.
— Я знаю женщин, которые не остановились бы перед убийством ради таких скул, как у вас. Какая модель погибла в вашем лице! — Эндерс протянул руку и снял кристаллик сахара с ее губы. — Но вы слишком интеллигентны. Я представляю вас юристом. Вы смертельно разили бы преступность в зале суда и таким же образом поступали с мужчинами, если кто-то из них осмелился бы остаться с вами один на один.
Пронзительный визг морских свинок вывел Мерри из оцепенения.
— Ой-ой! Мне пора. — Она бесцеремонно отправила в рот остатки пончика, и тут же сама удивилась, почему вела себя с Эндерсом, как последний педант.
В голове завертелись слова детской песенки:
Языком что-нибудь болтайте, ребята.Бормочи, бормочи, да поспешай.Наболтай на прощанье «гуд бай».
Когда Мерри выходила на улицу, клетку с морскими свинками едва не защемило в дверях. В машине, нажимая на стартер, она уже негодовала на себя. Что, черт побери, с ней происходит? Бывало, она флиртовала с мужчинами, в том числе с очень красивыми, и ни разу слова не застревали у нее в горле. Пусть она выбрала себе профессию, связанную с жизненной средой простых людей, но в Нью-Йорке, когда ей было восемнадцать, она потратила почти год, таскаясь по ресторанам и квартирам богачей в пентхаусах вместе со своей матерью и старшей сестрой. Едва ли ее кто-либо считал неотесанной деревенщиной.
Но все равно будь проклят этот Дейв Эндерс! Она просто оказалась неподготовленной к его обольстительному обхождению. Тем более в кафе, где пекут пончики, да еще воскресным утром.
До культурного центра было рукой подать. Мерри заехала на стоянку, выгрузила своих животных, которые скреблись в тесной клетке. Она была рада отвлечься от неприятных мыслей, когда пришлось разыскивать распорядителя и подбирать подходящее место, где можно разместить морских свинок.
До начала утренника оставалось минут десять, и юные зрители уже прибывали. Добровольцы из числа организаторов почти закончили расставлять по столам блюда с пирожками и торты на бумажных салфетках. Большую, слегка кривобокую елку украсили длинными палочками конфет. Клоун ходил колесом, чтобы размяться.
Мерри достала свинок из клетки, опустилась на колени, показывая их первым гостям. Дети сгрудились вокруг. Каждому хотелось подержать зверька в руках. Все восхищались, сыпались вопросы.
Она тоже расспрашивала, у кого какие животные дома, и незаметно подкидывала в разговор порции информации о том, как лучше заботиться о животных в холодное время года. Мерри так увлеклась, что не обращала внимания на происходящее вокруг, пока детский голосок не сообщил с ликованием:
— Да это же Санта-Клаус!
Статная фигура в красно-белом одеянии заняла весь дверной проем, и седая борода взметнулась, когда загремел клич:
— Хо-хо-хо!
— Сюда, Санта! Мы здесь! — радостно завопили из зала.
— А кто из вас, скажите, по-настоящему старался, очень старался быть хорошим, но удавалось ему это только иногда?
— Я! Ты ищешь меня, Санта! — пропищал озорной малыш с неровными зубами.
— Ты обещаешь мне вести себя лучше в новом году? — Большой и толстый гном, сопровождавший Санта-Клауса, пронзил мальчишку строгим взглядом.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
