Она собралась подойти к той девушке, что стояла в сторонке, когда сплетницы приметили ее.
— Оооо, это вы собираетесь замуж за Габриэля? Он тааакой горячий! — закричала одна из них, когда Келли проходила рядом. — Вы можете пригласить нас на прием?
Келли остановилась, одарив их строгим взглядом.
— Сплетницы не допускаются, — ответила она. — Теперь, с вашего позволения, мне нужно поговорить с моей подружкой.
Их лица вытянулись, когда она прошла мимо и направилась к дракону-перевертышу четырнадцати-пятнадцати лет. Девчушка была одета в длинное бархатное платье с отделкой из золотой парчи, так нескладно висевшее на ее тощем теле. Высокая с темно-ореховыми волосами, струящимися по спине, через несколько лет она обещает стать изумительной красавицей. Девочка просто стояла, молча рассматривая приближающуюся Келли.
— Привет, — сказала та, протянув руку. — Я Келли. А ты?
— А я еще раздумываю, — ответила девушка.
— О чем?
— Можно ли тебе выйти замуж за моего дядю. Так это на ней ты думаешь жениться? — спросила она, когда Габриэль подошел к ним.
Габриэль жизнерадостно кивнул.
— Похоже на то. Эванжелина, познакомься, это моя невеста, Келли. Ты должна попросить мою мать отвезти тебя на шопинг.
Эванжелина выглядела изумленной.
— Ну, она выглядит лучше, чем Пандора, но все же я немного разочарована.
— Разочарована? — Габриэль приподнял бровь. — Ты ненавидела Пандору.
— Да, точно. Я с нетерпением ждала первой же возможности остаться с ней наедине и сбросить ее с обрыва.
Габриэль покачал головой.
— Нет, Эванжелина, никто не будет сбрасывать людей со скал, — сказал он твердо.
Она скептически прищурилась на него.
— Даже тех, кого мы совсем-совсем невыносим?
— Ты меня слышала. Нет.
Эванжелина протяжно выдохнула, всем своим видом демонстрируя муки девочки-подростка.
— Ну, тогда, полагаю, я могла бы ее поджарить.
— Нет, если не хочешь в качестве наказания лишиться возможности летать до своего сотого дня рождения.
— Но тогда я пропущу бал и выпускной! — надулась Эванжелина.
— Именно поэтому ты не должна никого поджигать или убивать, — сказал Габриэль сурово.
Топнув ногой, Эванжелина впала в неописуемую ярость. Ее глаза вспыхнули красным, лицо покрылось чешуей, а из ноздрей полетели искры.
— Я говорила тебе, что ты мой нелюбимый дядя? Ну, за исключением Колдера.
Девочка посмотрела на одинокого привлекательного мужчину, пившего пиво в сторонке. Он имел поразительное сходство с Габриэлем. Они были настолько похожи, что, должно быть, были близнецами.
— Каждый день и дважды по воскресеньям, — ответил Габриэль с преувеличенным терпением.
— Что ж, теперь я буду делать это четыре раза по воскресеньям! — И, произнеся эту “страшную” угрозу, Эванжелина упорхнула.
Келли снова взглянула на Колдера. Он, в свою очередь, поймав ее заинтересованный взгляд, поднял бокал в насмешливом тосте. Затем, к очевидному раздражению Габриэля, направился к ним. Все девочки-подростки, стоявшие под деревом, захихикали, прикрыв ладошками рты, и выкрикнули: — Привет, Колдер!
Парень проигнорировал их.
— Привет, — сказал он Келли. — Поскольку никто, скорее всего, не представит нас, я — Колдер. Судя по всему, ты собираешься выйти замуж за моего братца. Не уверен, должен ли я поздравить тебя или принести соболезнования. — После чего, одарив Габриэля расчетливым взглядом, выдал: — А, нет, я практически определился.
— Почему вы считаете, что никто не познакомил бы нас? — озадаченно поинтересовалась Келли. — Вы брат-близнец Габриэля, не так ли?
Забавляясь, Колдер холодно взглянул на Габриэля.
— Меня считают паршивой овцой в семье. Детали можешь узнать у будущего мужа.
Паршивая овца в семье? Девушка задумчиво посмотрела на него. Отец Габриэля все еще был на испытательном сроке, его мать отсидела небольшой срок за кражу бриллиантового колье. Большинство членов семьи Габриэля либо побывали в тюрьме, либо числились в подозреваемых...
Что такого ужасного мог натворить Колдер?
— Вы убивали котят и делали из них меховые наушники? Ограбили фонд вдов и детей-сирот?
— Для Кингсли нечто гораздо более страшное. — Протянув руку, он снял с плеча Келли длинный белый волос, выбившийся из парика и улыбнулся ей. — Я наслышан о том, как ты выдала себя за Пандору. Отлично сработано.
— Ты флиртуешь с моей невестой? — Габриэль хмуро посмотрел на брата.
— Почему бы нет? — издевательски произнес Колдер. — Она, безусловно, может осложнить ситуацию. Ой, подождите, она уже это сделала.
Дым повалил из ноздрей Габриэля, а его кожа покрылась чешуей. Глаза мужчины покраснели, зрачки сузились, превратившись в черные вертикальные прорези, напоминающие глаза рептилии.
Колдер последовал его примеру.
— В любое время, брат, — отрезал он, в то время, как черные изогнутые когти выросли из его пальцев.
— Как насчет сейчас? — зарычал Габриэль. — Зачем откладывать.
— Габриэль, прекрати это немедленно! Не на праздничной же вечеринке! — Глядя на Келли, мать положила руку на плечо сына. — Я хочу вас кое с кем познакомить. Пойдемте со мной, сейчас же. — И она поспешно увела их прочь, даже не взглянув на Колдера.
— Вам обоим необходимо поесть, — сказала она, указывая в сторону банкетного стола. — Оставлю вас наедине, голубки.
И снова ушла.
— Мама отвлекает внимание, — пояснил Габриэль. — Она позвала меня и предупредила, что Пандора и ее семья здесь, и они в бешенстве. — При этом он усмехнулся. — Она пытается держать их на другой стороне поля.
— Ты мог бы просто привести сюда Пандору и, я не знаю, жениться на ней. Нет? Ладно. Что такого сделал Колдер, что это хуже, чем воровство? — спросила Келли.
Габриэль поморщился.
— Боюсь, это то, о чем мы не говорим в нашей семье, — ответил он.
Девушка нетерпеливо пожала плечами. Она ничего не накопала на Колдера, так что, в любом случае, это не ее дело.
— Хорошо, есть кое-что, о чем мы должны поговорить. Мою сестру Терезу недавно арестовали на ярмарке. Мне нужно вытащить ее.
Габриэль махнул Уинтропу, который поспешно подошел к хозяину.
— Да, сэр, что вам нужно? Алиби, автомобиль, чтобы сбежать?
— Разве он не весельчак? — спросил Габриэль у Келли. — Не знаю, что бы мы делали без него. Хотя, с радостью бы узнал. Уинтроп, за сестру моей невесты, Терезу, необходимо внести залог.
Уинтроп с покорным выражением лица кивнул.
— Конечно. Кажется, она будет здесь весьма кстати.
Он говорил с едва заметным британским акцентом, который был характерен, как для драконов, так и для их слуг. Большинство из них появились в Великобритании, и, как правило, акцент и традиции передавались из поколения в поколение.
Пока они разговаривали, Габриэль подвел Келли к столу, на который указала его мать.
— Вообще-то, в отличие от вас ребята, Тереза не преступница, — сказала Келли. Конечно, ворчунья, нытик, пай-девочка, но определенно не преступница. Еще в десятом классе, Тереза была признана “стукачкой класса” — и ее одноклассники рассматривали это, как комплимент.
— Ее арестовали незаконно, — продолжила девушка. — Она не сделала ничего плохого. — Тереза никогда не делала ничего плохого — маленькая дурочка.
— Совсем как мы, — сказал Габриэль, жестом указывая ей сесть, когда они добрались до стола. — Несправедливо обвиненная. Арестованная за преступление, которого не совершала. Она, практически, может быть Кингсли. Правда, Уинтроп?
— Сэр, ситуация требует, чтобы я солгал или сказал правду? — вздохнул Уинтроп. Его выражение лица было настолько печальным, что его можно было сравнить с мордой бассет хаунда в человеческом облике.
— Ну, моя невеста регулярно сотрудничает с правоохранительными органами, поэтому я разрешаю тебе немного приукрасить правду, — жизнерадостно ответил Габриэль. Он сел рядом с Келли и, подхватив бокал, высоко поднял его. — Медовуха! Налейте мне медовухи! — крикнул он. Желая угодить хозяину, к нему тут же поспешила служанка с большим кувшином в руках.
Уинтроп посмотрел на Келли.
— Семья Кингсли является образцом добродетели, — произнес он без тени улыбки. — А теперь, я прослежу за вызволением вашей сестры. — Слуга поклонился Габриэлю и ушел.
После банкета, все столпились вокруг Келли, атакуя ее вопросами, но Габриэль, казалось, сжалился над ней. Или, возможно, ему тоже нужна была передышка от толпы.
— Не сейчас! Моя невеста и я хотели бы узнать друг друга получше, если вы понимаете, о чем я! — выкрикнул он, схватив девушку за руку и потянул ее в сторону замка.
Гости ответили одобрительными возгласами и свистом.
— Прямо сейчас я действительно ненавижу тебя, — краснея от гнева, пробормотала Келли.
