провалиться в прекрасный мир снов, подальше от суровой и непредсказуемой реальности.
Перед глазами проносится чернота, и я оказываюсь на залитой солнцем лесной поляне, усеянной белыми, красными и голубыми цветами. Недалеко слышен звон бьющейся воды о скалы. Бабочки порхали над цветами, перенося пыльцу от одной сердцевины к другой. На деревьях прыгали пушистые белочки, поглядывая из стороны в сторону. Птицы летали по небу, напевая ласкающую слух мелодию.
В груди приятно кольнуло, распространяя тепло по всему телу. Глубоко вдыхая свежий воздух, прикрыла глаза, отдаваясь мимолётному ощущению. Казалось, что все проблемы и заботы остались позади, освобождая место чему-то новому и удивительному.
Чем дольше здесь находилась, тем больше замечала деталей вокруг. Благородная золотая лань подбежала к водопаду и, опустив голову, утолила свою жажду. Диковинная голубая птица с тройным хвостом покружилась вокруг и скрылась в листве могучего древа. Далёкое пение донеслось до слуха, заставляя замереть на месте и прислушиваться к незнакомым звукам. Сердце будто задрожало, на глаза навернулись слёзы, и я улыбнулась, пропуская через себя мелодию. Животные нисколько не боялись меня, будто знали, что не причиню им вреда.
Утерев внезапно набежавшие слёзы, подошла к водоёму и умыла лицо прохладной водой. Брызги летели в разны стороны, и показалась радуга. Внимание привлекла белоснежная бабочка. Она неспешно летела над землёй, пытаясь задержать моё внимание. Повинуясь её воле, следила за полётом, пока не заметила силуэт парня. Вскинув брови, осторожно поднялась, будто его-то и могла спугнуть.
Не остались не замеченными светло-голубые глаза, наполненные глубокой грустью. Движения легки и проворны, будто он является богом этого уютного края. Короткие каштановые волосы спадают на лоб. Было в нём что-то такое, что отличало его от простых людей.
Медленно повернув голову, он замечает меня и замирает. Внутри что-то перевернулось, когда наши взгляды пересеклись. В его глазах сначала виднелся внутренний страх, а после он сменился мнимой решительностью. В несколько шагов преодолел разделявшее нас расстояние, будто боялся, что я очередное видение.
– Помоги мне, – болезненно сорвалось с его губ.
В душе заскреблись кошки, почувствовав страдание юноши. Непонимающе глядела на него, пытаясь понять суть фразы. Его голос будто околдовал меня, и я никак не могла отойти от этих чар.
– Прошу тебя… – как будто издалека доносятся его слова.
Отшатнувшись назад, меня словно поразило молнией.
– Чем я могу помочь тебе?
– Спаси же меня!
Я дотронулась до своей груди, стиснув спальную футболку и потупив взгляд.
– Но… Кто ты? – глянула на него, но он уже растворился, как и весь сказочный мир.
Глава 2. Подозрения
Долго лежала в кровати и смотрела на сероватый потолок. Я пыталась собраться с мыслями, но это не удалось. Они совершенно не хотели переплетаться друг с другом. Через секунду мысли вообще куда-то пропали. Скинув с себя тёплое одеяло, почувствовала холод и с непривычки вздрогнула. Гул машин и разговоры людей за окном напоминали, что сейчас утро.
Суббота прекрасна тем, что в школе мало учеников. Младшие классы учатся пятидневку, старшие же пашут шесть дней. Взглянув на время, присвистнула. Обычно, я не опаздывала на занятия, но, видимо, не сегодня. Меня мало беспокоил вопрос дисциплины, скорее, в голове крутился воображаемый диалог с историком. Он от силы провёл у нас три урока, и за это время ничего не происходило. Один раз спросил меня про культуру серебряного века, и всё. Может, что-то не так с оценками? Это навряд ли.
Выбирая дорогу, старалась держаться подальше от набережной. Тело сковывало страхом от одного воспоминания об изуродованной собаке. Шагая по центральной улице, наблюдала за тем, как украшают витрины и деревья новогодними декорациями. Совсем скоро наступит праздник, и я улыбалась, закрывая глаза и представляя домашний уют и суету. Новый год – это всегда новые возможности, поэтому, не стоит упускать свой шанс. Не скажу, что жизнь кардинально меняется на первое января, но, просыпаясь утром, чувствуешь, как тяжкий груз старого года сваливается с плеч. Вдыхаешь полной грудью и благодаришь себя за полученный опыт.
Дойдя до низеньких ворот школы, тяжело вздохнула и шагнула во двор. Четырёхэтажное бело-розовое здание взирало на меня множеством чёрных окон в белых рамах. Над входными дверьми висела продолговатая табличка, которая находится почти в каждом общеобразовательном учреждении. Она гласит: «Средняя школа №14».
В холе, на удивление, было тепло, и кожу неприятно покалывало от резкого перепада температуры. Недалеко показались знакомые лица одноклассников, спешивших на урок. Не теряя минуты, сдала вещи в гардероб и устремилась за ними.
Сидя на своём месте, нервно дёргала ногой, поглядывая на время и ожидая перемены. Нет, всё же, пока не покончу с Георгием Владимировичем, не успокоюсь. Сосед по парте поглядывал на меня, думая, тронулась я умом или нет. Минутная и секундная стрелки соединились, и по коридору раздался долгожданный звонок. Я выскочила из кабинета, не успев услышать домашнее задание. Учительница в спину что-то пробурчала, но слова проскочили мимо ушей.
Поднявшись по лестнице, по памяти нашла нужный кабинет, на дверях которого висела табличка с цифрой пять. Выдохнув, без стука ворвалась внутрь.
Учитель сидел за столом, листая потрёпанную временем книгу на иностранном языке. Он никак не среагировал на бурный приход, будто знал, что так и будет. На мгновение почувствовала аромат мяты и малины, но он быстро улетучился, не успев задурманить голову. Историк, не отрывая глаз от строк, кивнул головой. Присев напротив учительского стола, свернула наушники и убрала в рюкзак. Ёрзая на стуле, хотелось первой начать разговор, но продолжала выжидать.
Наконец, почувствовала на себе пристальный взгляд, который вызвал ещё больший дискомфорт.
– Как тебе экскурсия?
Я непонимающе взглянула на него, спрашивая: «Вы это серьёзно?»
– Нормально. Ожидала большего, – соврала, но даже столь мелкая ложь казалась раскрытой.
– А мне кажется, что ты совсем не слушала экскурсовода.
Георгий Владимирович перелистнул страницу. Улыбка скользнула по моему лицу и быстро испарилась.
– Да, вы правы. Отчасти. Но разве вы меня позвали ради обсуждения экскурсии? – моя очередь смотреть в ответ. – Если да, то, боюсь, мне нужно идти на другой урок.
Собиралась встать и уйти, как Георгий Владимирович неожиданно прокашлялся, заставляя вздрогнуть от резкого звука. Он вальяжно наклонился на спинку стула так, будто это его трон, и демонстративно поправил очки. «Я уже слышу, как одноклассницы визжат от увиденного».
Прозвенел звонок, оповещая учеников и учителей о начале нового урока, но историку, казалось, было всё равно. Или у него не было занятий в расписании? Тогда почему он всё ещё в школе? Я замерла, никак не решаясь подняться с места.
– Я могу идти? – спросила скорее из вежливости, хоть ноги готовы были унести в сию секунду.
Историк глянул в окно. Лучик солнца осветил лицо, выделяя острые контуры, и резко скрылось за пушистыми тёмными облаками, предвещавшими скорый снег. Тень
