Грап даже глазом не моргнул при этих словах собеседника.
— Суть дела такова, — заговорил он, — что отныне и до тех пор, пока ты не обручишься, не будешь получать никаких ассигнований.
— Это смешно.
— Мы располагаем, помимо всего прочего, особо привлекательными ассигнованиями, — пояснил Грап. — Операция «Розовая Леди» сопровождается денежным вознаграждением, это большая редкость в нашей профессии.
— И как велико денежное вознаграждение? — спросил Николас.
— Весьма значительное, но ты не будешь в нем нуждаться, если войдешь в дом Дерби. Если ты намерен продолжать работу в секретных службах, то обручишься с леди Поппи сегодня же вечером.
Николас вскочил-с кресла.
— Ты, хитрый дьявол! Почему ты раньше не сказал мне об этом?!
Грап поправил манжеты и ответил как ни в чем не бывало:
— Я послал тебе вызов неделю назад. Но ты был слишком занят любовными играми с русской княгиней, чтобы явиться ко мне.
— Да, но я полагал, что у меня есть еще несколько дней отсрочки.
Взгляд Грапа оставался непоколебимым.
— Ты рассуждаешь как настоящий неисправимый холостяк. Если бы ты оставался графом Максвеллом, ты мог бы получить еще пять лет передышки, но теперь ты герцог. А герцог должен быть женатым, особенно такой герцог, который забавляется секретной деятельностью на благо правительства.
— Ты же знаешь, как я отношусь к браку.
— Знаю. Если уж такой выдающийся, благородный человек, как твой отец, мог так обмануться…
— Так могу обмануться и я.
— Не все женщины похожи на твою мачеху, которая разбазарила целое состояние.
— Да, — согласился Николас. — Но как это угадать, вот в чем вопрос.
Грап с причмокиванием втянул щеки, потом сказал:
— У тебя в настоящий момент не имеется состояния, которое можно растратить попусту, так что незачем над этим и задумываться.
— Черти бы побрали твое равнодушное, чисто логическое отношение к ситуации, Грап!
— Деньги и приключения. Нам обоим известно, что ты в равной мере нуждаешься и в том и в другом. Если ты не женишься на этой девушке, не получишь ни того ни другого.
— Я мог бы и сам найти выход из положения.
— Не сомневаюсь, что вы могли бы найти богатую невесту, ваша милость, но приключения? Где вы найдете приключения за пределами нашей службы? В Сьюард-Холле? — Последовал короткий смешок. — Ты слабо представляешь, где и как искать настоящие приключения, и понимаешь это. Тебе нужно, чтобы я отыскивал их для тебя, клал их тебе, так сказать, на колени и напоминал тебе, что ты больше, чем герцог. — Грап встал и выпрямился во весь рост. — Ты секретный агент на службе его королевского высочества, — заключил он театральным тоном, состроив соответствующую мину.
Тем не менее Николас был потрясен. Грап оказался прав — как всегда.
— Что ж, служба есть служба, — сказал он, как обычно, не опасаясь признать свою неправоту. — Но я это сделаю на свой лад.
— Лорд Дерби будет ждать тебя в клубе «Уайтс» в восемь часов, чтобы составить личное впечатление о тебе, как поступил бы любой добрый отец. Если ты пройдешь испытание, а я уверен, что так оно и будет, отправляйся в Грейнджерфорд самостоятельно и выполни свой долг. Если все пройдет хорошо, то к концу вечера ты будешь обручен.
— Да поможет мне Бог!..
Грап бросил ему что-то. Николас поймал вещицу налету и пригляделся к ней. То было кольцо. Очень красивое.
— Оно принадлежало твоей матери, — сообщил мистер Грап. — Поглядишь на него и, быть может, обретешь силу духа.
Глава 3
— Вы — юная леди с цветами ромашки в волосах!
Эти слова, произнесенные с очень сильным русским акцентом у нее за спиной на балу у Грейнджерфордов, едва не заставили Поппи подпрыгнуть на месте.
Она глубоко вздохнула, повернулась и увидела перед собой джентльмена крепкого сложения с широкими плечами и большими усами, одетого в мундир офицера русской армии.
— Уберите их! — заявил он, указывая подбородком на ее голову.
Поппи до крайности смутилась, но тем не менее высоко подняла голову и спросила подчеркнуто холодным тоном:
— Почему?
Каждый раз, когда Поппи выезжала в большой свет, она старалась, чтобы на ней было одно из украшений, перешедших к ней от матери, например, прелестный мамин перламутровый браслет или мамины перстни. Иной раз надевала на ноги мамины любимые матерчатые туфельки без каблука, с вышитыми на носках павлинами. На эти туфельки уже дважды приходилось ставить новые подошвы. Случалось, набрасывала на плечи мамины бахромчатые шали или украшала прическу цветами, как это сделала и сегодня.
Красивая молодая женщина с блестящими черными волосами, уложенными в причудливую прическу, выступила; из-за спины мужчины. На ней было нарядное платье из ярко-алого шелка, украшенное затейливым шитьем черного цвета, на шее — тяжелое бриллиантовое ожерелье, на пальцах множество колец.
То была Наташа, сестра Сергея.
Поппи забыла о своей обиде, настолько ее взволновала эта первая личная встреча с княгиней. Она обладала той же смуглой красотой, что и ее брат-близнец.
Неужели это Сергей стоит позади нее? Поппи целую неделю провела в надежде увидеть его, но теперь им пришлось бы знакомиться заново.
Княгиня посмотрела на лицо Поппи, на ее платье, прическу — и улыбнулась немного смущенной улыбкой.
— Представьте нас, пожалуйста, — обратилась она к одному из тех, кто окружил ее за последующие несколько секунд. Двоих Поппи узнала — то были приятели ее отца из состава парламента.
Мужчина в офицерском мундире, возможно, телохранитель княгини, отошел в сторону. Один из англичан, лорд Уайетт, сделал шаг вперед и откашлялся.
— Княгиня Наташа, позвольте познакомить вас с леди Поппи Смит-Барнс, дочерью овдовевшего графа Дерби.
Поппи наклонила голову и произнесла:
— Считаю за честь познакомиться с вами, княгиня.
Леди Наташа тоже наклонила голову.
— Я вижу у вас в прическе русские цветы, — проговорила княгиня на безупречном и благозвучном английском языке. — Это ромашки. Я заметила их еще с лестничной площадки.
— Да, — ответила Поппи с улыбкой.
Она была рада, что княгиня заметила цветы. Собираясь на бал, она решила украсить прическу цветами, которые растут в России, — в честь Сергея.
— Выньте их из волос, — отрывисто произнесла Наташа.
Поппи ощутила мгновенную вспышку тревоги, щеки у нее загорелись ярким румянцем.
— П-почему? — с запинкой спросила она.
Но Наташа уже отошла от нее без всяких объяснений. Лорд Уайетт, сдвинув брови, резко повернулся к Поппи и потребовал нетерпеливым шепотом:
