— Расскажите мне о вашей жизни.
Она тряхнула головой.
— Я была очень занята все время с тех пор, как мы с вами расстались. Помимо того, что я училась и выполняла свои общественные и благотворительные обязанности, я вела домашнее хозяйство. У меня есть желание присутствовать в роли хозяйки за столом у моего отца, однако он не принимает гостей, даже из числа своих скучных коллег из правительства.
На лице у князя Сергея отразилось сочувствие.
— Меня очень огорчило печальное известие о леди Дерби. Она произвела огромное впечатление на высший свет Санкт-Петербурга.
На сердце у Поппи потеплело, когда она услышала добрые слова о своей обожаемой матери.
— Спасибо вам за то, что вы так говорите.
— О, но ведь это правда. — Он ласково улыбнулся. — Я совершенно уверен, что у вашего отца не могло быть все эти шесть лет лучшей помощницы, чем вы. Ему повезло, но вы заслуживаете большего.
Голос его звучал так тепло. Взгляд его что-то обещал. И хотя Поппи не могла бы сказать, что именно, ей стало трудно дышать.
— Благодарю вас, — почти прошептала она.
Ее мечта сбывалась слишком быстро. Но с другой стороны, такой минуты, как эта, она ждала очень долго. Только подумать, сколько скучных разговоров пришлось ей вытерпеть. Сколько танцев перетанцевать со множеством мужчин, ни один из которых не заставил ее сердце учащенно забиться. Купить много, слишком много бальных платьев для приемов, во время которых она только и делала, что зевала весь вечер, прикрываясь веером. Нет сомнения, что завтра же весь Лондон будет говорить о том, что князь приехал на бал у Грейнджерфордов и прямиком направился не к кому-нибудь, а именно к ней. И все примутся гадать, с какой это стати он удостоил ее своим вниманием.
Кстати, и она тоже станет гадать об этом.
Едва отзвучала музыка вальса, российский посланник чуть ли не бегом поспешил к ним и протянул Поппи бокал с лимонадом.
— О, благодарю вас!
Поппи улыбнулась и сделала глоток из бокала, искренне обрадованная такой любезностью.
— И прошу вас, найдите для меня какой-нибудь красивый цветок, — обратился Сергей к дипломату.
— Хорошо, ваше высочество. Но ваша сестра огорчится. Она предпочитает, чтобы никто, кроме нее самой, не украшал себя цветами.
— Моя сестра просто невыносима, — с нажимом на последнем слове произнес князь.
Поппи была полностью с этим согласна, однако ее смутило, что Сергей высказал свое суждение уж очень громко.
Но лицо его смягчилось; когда он перевел взгляд на Поппи.
— Такая красивая леди должна всегда украшать свою прическу цветами.
Поппи почувствовала, что краснеет. Осознание того, что князь рядом с ней и балует ее своим вниманием, произвело на нее слишком сильное впечатление, вряд ли она могла что-то ответить, а тем более возразить ему. Она только улыбнулась слегка, испытывая такое чувство, будто нечто необыкновенное происходит не с ней самой, а с кем-то другим.
Поппи мечтала выйти замуж за Сергея с той минуты, как познакомилась с ним. Она не смела думать, что это станет реальностью. Оказывается, может. Вполне может. Она уже не столь наивная юная девушка. Предложение руки и сердца ей делали дюжину раз, и она научилась распознавать намерения поклонников.
Сергей заинтересован в ней.
И тут она заметила на верхней площадке лестницы еще одного человека. В ярком свете множества свечей он казался диким на вид. Не из-за одежды. Она была вполне презентабельной. Но даже на расстоянии Поппи увидела, что глаза у него темно-серые, словно воды моря в шторм, подбородок вызывающе выпячен вперед. Русые волосы длиннее, чем того требует мода, и отброшены назад с высокого лба.
И стоял он как-то особенно, не так, как другие мужчины. Поза такая, будто он полный хозяин в бальном зале. Мало того — будто он истинный владелец дома Грейнджерфордов и повелитель собравшегося в зале общества.
Сергей пригляделся к нему.
— У этого типа внешность настоящего язычника, несмотря на великолепный покрой пиджака.
Поппи ничего не сказала Сергею в ответ, не в силах отвести глаз от человека с таким дерзким взглядом.
И тут глаза их встретились.
Поппи ощутила нечто вроде толчка в пальцах ног. Дыхание участилось, зашумело в ушах. Кто он такой? И почему он уставился на нее так, словно они знакомы?
Она вдруг резко отвернулась, сбитая с толку его дерзостью, и обратила внимание на дворецкого, который выпятил грудь, сжал в кулаки ладони рук, опущенных по бокам, и прокричал:
— Герцог… Драммонд!
Глава 4
Которая же из них леди Поппи?
Николас обвел глазами бальный зал и немедленно обнаружил ее рядом с князем Сергеем, братом Наташи. Он не был знаком с Сергеем, но Наташа говорила ему, что ее брат всегда получал то, чего хотел.
Лучше бы он, черт побери, не захотел получить Поппи.
Она уже занята.
— Я уверен, вы ее не пропустите, — пояснил ему лорд Дерби, когда они встретились в клубе «Уайтс» этим же вечером, но в более ранний час. — У нее волосы такого же цвета, как у женщин на полотнах Тициана, и она красива, но отнюдь не выглядит кроткой. Как бы сильно я ни любил ее, никогда не мог понять, почему так много поклонников претендует на ее руку. Поппи такая вздорная, все делает по-своему. Примите это как предостережение. Кстати, она несколько лет сходила с ума по некоему русскому князю, с которым мы познакомились в Санкт-Петербурге. Поппи немного говорит по-русски, и я не сомневаюсь, что она попытается побеседовать с ним.
Сомнений быть не могло: у девушки в красивом голубом платье, которая опиралась на руку князя, были светло-каштановые с золотым отливом волосы, а взгляд открытым и смелым. Николас ощутил вспышку желания, глянув на украшенную сверкающими бриллиантами подвеску на глубоко декольтированной груди девушки, но его еще более заинтриговало то, что на лице у нее вдруг появилось тревожное выражение, и при этом она глубже продела руку под локоть князя.
Да, ничего похожего на кроткую покорность в ней, пожалуй, нет.
Не важно. Он женится на ней и увезет на корабле в Сьюард-Холл. Даст ей все, чего желает каждая женщина: детей и разные драгоценные безделушки, чтобы она чувствовала себя счастливой. Он даже раз в год станет привозить ее в Лондон, где она удовлетворит весьма присущее женщинам стремление покрасоваться в высшем обществе.
Но после такого визита он снова отвезет ее в Сьюард-Холл, где она будет писать письма, устраивать приемы для соседей, сажать цветы, воспитывать детей, словом, заниматься всем тем, чем охотно занимаются замужние дамы, а сам он вернется в Лондон и примется за обычную работу на секретной службе.
