Контроль духовного потенциала и предотвращение выхода его за границы этико-правовых норм – чрезвычайно важная проблема для человека и общества. Чтобы смиренно согласиться с этим, приведем пример из области этики и права религий коммунистической России.
Вместо православной церкви в России были созданы большевиками религия и церковь коммунистическая. При этом православная церковь была в подчинении у коммунистической. Боги у них были разные. У коммунистической религии богами были реальные люди: Маркс, Энгельс, Ленин, Сталин, этический и правовой потенциал которых находился в области критических значений, т. е. вне норм этики, права, закона.
Рассмотрим пример реализации нравственности как управляющего обществом процесса.
Сценарий взаимодействия власти и человека, согласно учению Конфуция.
Если отнимают только по закону неизвестно кому и куда,
Я прячу как можно больше;
Если по доброй воле, то сам отдаю сполна —
Мне надо быть уверенным, что это на пользу мне и обществу.
Разовьем эти мысли для совершенной социально-духовной системы.
По закону получая (отбирая), власти не надо духовно напрягаться;
По доброй воле – большая духовная работа у власти;
По закону – расходы на силу власти;
По воле – расходы на доверие и убеждение;
Сила стоит что-то, плюс что-то упрятано (двойной набор);
Добрая воля что-то стоит, но упрятать невозможно;
По времени от закона исход мгновенен (сказано – сделано);
По времени от воли исход растянут (затратный механизм);
От воли происходит нравственная нация (Александр III);
Только от закона – безнравственная (от Петра I);
Первая копит энергию (ĖН > 0), вторая ее теряет без пользы (ĖН < 0).
1.1.2. О духовных грехах. Области допустимых значений
Каждая религиозная организация характеризуется вектором состояния у = (у1, у2, у3), где
у1 – положение в обществе, данное от светской власти;
у2 – финансовое положение, полученное из внешней среды для привлечения верующих;
у3 – притягательность для общества от внутреннего совершенства религиозного учения.
Таким образом, нам следует констатировать следующие этапы становления религиозного учения:
– создание учения, притягательного для общества;
– создание системы, способной творить энергетический потенциал при помощи верующих;
– поддержка светской власти в рамках закона.
При этом структура теосферы как эволюционирующей и творящей религиозные энергетики включает в себя следующие подсистемы:
– творение религиозных учений, знаний;
– создание систем реализации учений и соответствующих знаний;
– создание духовных энергетик;
– осуществление контроля за духовными энергетиками, в том числе формирование допустимой области их значений (минимально допустимой).
Рис. 1.5
Церковное уголовное право, трибуналом которого является исповедальня, подобно светскому уголовному праву, допускает часто самые различные толкования прегрешению [26, 31]. При этом мнения теологов относительно характера прегрешения или ответственности грешника часто значительно расходятся. Еврейские богословы (законники эпохи Иисуса Христа) и средневековые богословы принадлежат разным школам: строгой и снисходительной. И тем не менее каждая из этих школ выделяет область допустимых Ωдоп и область критических Ωкр состояний (поступков) степени тяжести греха х. При этом области допустимых и критических состояний степени греха Ωдоп и Ωкр для снисходительной и строгой школ не совпадают (рис. 1.5), что существенно изменяет как величину теосферного риска, так и духовный мир социальной среды и конкретного человека. Это, в свою очередь, в сильной мере влияет на духовную культуру, а последняя – на материальную.
В церковном уголовном праве, согласно инструкциям Игнатия Лойолы, иезуит (на начальном этапе своей жизни) должен использовать все средства, чтобы обеспечить грешнику в исповедальне смягчающие вину обстоятельства. При этом вводятся узкие определения смертного греха, в том числе понятие искупаемого, или легкого, греха. У иезуитов грех только тогда имеет место, когда грешник вполне сознательно хотел сделать зло. Если же его воля была направлена на зло не прямо или бессознательно, тогда его нельзя обвинить и духовник должен отпустить ему грехи, даже если его поведение внешним образом кажется преступным и привело к безнравственному поступку.
Таким образом, имеем область греховных состояний, или максимально допустимую степень тяжести греха. Были созданы наиболее отточенные способы, или принципы, уменьшающие греховность нарушений морали. Например, грех приносить ложные клятвы иезуиты разъясняют так: ложная клятва имеет место лишь в том случае, когда клянущийся при произношении клятвы сознательно употребляет слова, которые вводят судью в заблуждение, но употребление двусмысленных выражений вполне допустимо, так же, как и тайной оговорки. Что касается дозволенной области Ωдозв, то иезуиты довели до совершенства учение пробабилизма, по которому тот или иной поступок является дозволенным уже в том случае, когда его можно считать не несомненно, а лишь вероятно дозволенным, если можно сослаться на нравственное богословие. И это привело их духовные знания в алогические ситуации: неповиновение священнику они считают смертным грехом, а благородному развратнику разрешают покидать на произвол судьбы жертву своей похоти. Нравственное богословие и нравственные законы изучаются как внешняя процедура, когда игнорируется, действительно ли человек проникся заповедями, верен ли он не только букве, но и духу. Здесь преобладает взгляд юриста на государственные законы, что характерно для фарисеев (раввинов-талмудистов). Психика тех и других подготовлена только к такому восприятию мира, ибо средства, используемые при обучении – это жесткий набор правил для развития ума, а посему только ум иезуита был привлечен к жизни, а наполнение духовного мира иезуита при этом не осуществлялось. Сознание иезуита было его основным инструментом, он не смел, не имел права привлекать подсознание, чтобы не высказать греховную мысль. Этот процесс имел место не только в церковном уголовном праве, но и во всей духовной жизни (ноосфере) иезуита.
Под влиянием иезуитов появляются придворные духовники по приглашению представителей власти – государей. В XVI столетии духовенство и политика сильно переплелись: духовники стали занимать должности чисто политического характера. И, начиная с этого момента, инквизицию постигла духовная мутация, ее дух начал загнивать, появились первые признаки деградации, сопровождающей процесс превращения духовного ордена в светский. Это самая страшная форма деградации, когда она происходит на виду у народа.
Каждая подсистема в структуре теосферы в процессе функционирования создает ошибки, обусловленные, прежде всего, человеческим фактором (на системном уровне), и соответствующие этим ошибкам потери в духовных энергетиках, т. е. теосферные риски.
К проблемам управления теосферными рисками в социальной среде отнесем три оценки, обусловленные представлением религиозной организации:
1. Религиозная организация любого уровня должна быть признана духовно и юридически, т. е. включать двухуровневую оценку богословов и юристов. На основании духовных и юридических критериев производится оценка религиозности, оценка риска и безопасности.
2. Оценка моральной стороны учения религиозной организации с помощью нравственных критериев.
3. Формирование области безопасных и критических состояний верующих для различных организаций (наличие различных областей Ωдоп и соответственно Ωкр), когда представляются большие права одним и меньшие – другим. Здесь имеется в виду использование всех средств для привлечения верующих.
Создатели религиозно-политических систем этико-правовых рисков России и Германии.
Основы этико-правовых рисков России создали:
– Петр I;
– Николай II;
– Ленин, Сталин;
– Горбачев, Ельцин.
Отметим изменение этико-правового потенциала и материального потенциала россиян во времена коммунизма, когда духовный потенциал коммунистической элиты, ее этико-правовой потенциал и нормы управляли этико-правовым потенциалом общества.
