Владике. Как же соскучился по родному краю. Если смотреть на облачное небо, не так тоскливо. Три крупных дирижабля на пасмурном небе насчитал. Не густо.
Пронеслись мимолётные воспоминания, как голубое небо рассекают пулемётные очереди, как коптят и сигналят прожекторами броненосцы, как лошадь подо мной несётся на полном скаку. Её хрипы, мощные удары копыт. Лица перепуганных товарищей вспомнил. И мысли свои, потерпите братцы. Откуда же теперь чувства наставнические вдруг возникают…
Потерпите, братцы.
Моя душа вновь стала наполняться чем–то волнующим. Из–за своих прежних ошибок я забыл о главном. Пошёл по зову сердца, и чувства затмили разум. Обжёгся, получил по заслугам.
Потому что предал свою главную цель.
Забыл о той бессильной ярости, когда осознал, что потерял всех, кого любил. Всех, кто любил меня. В свои десять лет и не мечтал о том, что смогу рвать оргалидов на куски с цинизмом и злорадством. Вот только растрачивать силы хочется уже не на Белых.
Жажда искоренить зло, понять его причины вновь пробудилась во мне. Я хочу освободить этот мир от оргалидов. Всех до единого.
И вот Небесная дарует мне шанс второй шанс. Даёт возможность добраться до их главного гнезда, источника, из которого они все и вылезли. Возможно, там я найду ответы на все свои вопросы.
И самый главный из них: зачем вы здесь и что вам нужно от людей, твари поганые.
Спустя час мы въезжаем Ангарск. Здесь дома уже поскромнее, улицы помельче, а дороги совсем разбиты и пусты.
Уходим к набережной Ангары, по которой едем ещё минут двадцать до паромной переправы. Паром ждёт только нас вместе со взводом полицейских. Как только въезжаем на платформу, он трогается.
После переправы нас уже никто не сопровождает, здесь начинается густой лес и просёлочная дорога, по которой наша машина едет уже не так уверенно. Теперь нас трясёт во все стороны.
— Дождём размыло, — комментирует Татищев.
— Вы всё–таки решили своим путём, — корит принцесса.
Полковник молчит, похоже, он больше переживает за свой автомобиль, у которого вот–вот отвалятся колёса.
Выезжаем на дорогу, что чуть получше. При этом лес совсем становится дремучим и непроглядным. На пути ни кареты, ни всадника, ни путника, будто всё вымерло. Несколько поворотов и дорога уходит в низину. И вот он первый пост, у которого приходится притормозить.
Выглядит он как настоящее укрепление, готовое отразить атаку даже оргалидов. Наряду с одноэтажным зданием под покровом густых крон, массивным шлагбаумом и ежами на колёсиках, здесь несколько пулемётных позиций и замаскированное орудие навскидку калибра 76 миллиметров.
Боец в шинели зелёного цвета с ушанкой на голове проверяет документы у Татищева, ещё двое с винтовками стоят в стороне. Сквозь кроны метрах в тридцати можно разглядеть и вышку с часовым.
Вскоре проворящий шарахается, увидев, наконец, в кабине пассажирку. Нас пропускают.
Проехав ещё немного, мы заныриваем в целый тоннель под горой! Причём шириной, как для поездного состава. Где примерно на середине под светом уже электрических фонарей нас встречает очередной пост, где на этот раз ворота металлические. Как оказалось двойные, создающие некую буферную зону. Но теперь никто нас не задерживают. Пока одни ворота позади закрываются, а впереди другие толкает боец, к машине бежит поручик в зелёном мундире без шинели с красной повязкой на рукаве и уже с рукой на козырьке.
Приоткрыв окошко со знанием дела, принцесса выдаёт:
— Отставить! Несите службу!
— Есть товарищ, генерал!
Я чуть слюной не поперхнулся. Анастасии Николаевне присвоили очередное воинское звание⁈
Конечно, как монаршая особа, она может себе прилепить любые звёзды. Но, вероятно, желает получать по заслугам. Даже за это её можно чуточку больше уважать.
Тоннель заканчивается довольно стремительно, и мы выезжаем уже в открытую зону, обрамлённую с нескольких сторон скальными срезами, вероятно, искусственного происхождения. Лес виднеется только вдалеке, а по сторонам какие–то мелкие обрывки. Сама территория похожа уже на аэродром. Несколько двухэтажных казарм, ангары ровными рядами, водонапорная башня, широкие асфальтированные площади, какие–то конструкции, похожие на портовые краны. В дальней части территории виднеются бежевые спины нескольких дирижаблей, стоящих на приколе. Солдаты шныряют в зелёных неприметных шинелях, видя наш автомобиль, шарахаются и скрываются из виду.
Другие бойцы идут строем в одну колонну по шесть–восемь человек с винтовками на плечах, похоже, мы попали на развод караула.
Пока едем уже по территории, на одном из пригорков выше нашего уровня метров на сорок, замечаю целый дзот, а следом и укреплённую вышку с пулемётчиком. Наверху и забор из колючей проволоки протянут! Ну ничего себе режимный объект!
Даже интересно стало, что же здесь такое эти солдаты охраняют. Если прикинуть, то как минимум батальон тут базируется. Потому как периметр здесь километров в пятнадцать, если не больше.
Проехав ряд ангаров с металлическими крышами, автомобиль встал у последнего, поначалу такого же на вид, но если присмотреться, этот под металлом ещё с кирпичной кладкой и утеплителем. Сверху не видно, а вот снизу вполне можно распознать жилое помещение.
— Езжайте к столовой, вас покормят, — произнесла принцесса деловито, обратившись к Татищеву. — По возвращении на Банковскую телеграфируйте в дежурку.
— Будет исполнено, ваше императорское высочество, — отчеканил полковник шепеляво, не отпуская руль. И шмыгнул.
— Хотя сперва вам стоит зайти в нашу санчасть, — добавила принцесса.
— Так и сделаю, — согласился Татищев бесцветным голосом.
Через пару мгновений подбежал офицер со стороны принцессы и открыл ей дверь.
— Всего доброго, Сергей Семёнович, дальше мы сами, — произнесла напоследок Небесная и вышла из автомобиля.
— Товарищ генерал! За время несения службы, происшествий не случилось! Дежурный по Базе, подполковник Воробьёв! — Раздался доклад с жёсткостью в голосе, какой можно позавидовать.
Чуть задержавшись в машине, я проявил тактичность, дабы не нарушать ритуала доклада.
— Доброго здравия, господин Татищев, — попрощался и я, выходя.
Через зеркало переднего вида встретил ненавидящий взгляд.
— И вам всего самого наилучшего, господин Сабуров, — произнёс зло в ответ. — Помните, что любым вашим промахом я незамедлительно воспользуюсь. Поэтому не стоит списывать меня со счетов, Андрей Константинович.
— Я и не рассчитываю, что вы не выстрелите в спину, — ответил ему и вышел, хлопнув дверью.
Будто меня тут нет, Анастасия Николаевна уже двинула вперёд к ангару в сопровождении дежурного по базе. Матёрого, высокого и крепкого мужчины с кобурой на поясе.
Татищев тронулся резко, стоило мне отступить на шаг. Через мгновение я забыл о нём, когда раздалось от принцессы через плечо:
— Андрей, догоняй.
