конечно, больше склонялась к первому варианту.
Но кое-что поважнее не давало ей покоя. Теперь она знала наверняка, что вождь не желал ее смерти, но было непонятно, какие планы таились в его пустом сердце.
— Дорогой Рейнард! — отрывисто бросил Рагнар и всплеснул руками, словно в ожидании крепких объятий.
Микаэлла с удивлением заметила, что его низкий, глубокий голос звучит вполне дружелюбно, сдержанно и с достоинством, подчеркивая полное отсутствие каких-либо обид и претензий. Но вот синие глаза оставались хитрыми и злыми, как у хищника.
— Друзья, — вождь спустился с выступа и не спеша направился в сторону прибывших, — должно быть, не все знают моего охотника… — Он обвел быстрым взглядом замерших в ожидании мужчин за столами. — Позвольте вам с огромным удовольствием представить Рейнарда, грозу фьорда Нага.
От Мики не ускользнуло охватившее всех гостей напряжение. Похоже, именно причастность Рейнарда к числу драконов заставило их напрячься и слегка потупить взоры, дабы случайно не посмотреть в его глаза. Девушке было безумно интересно, почему они — находясь под покровительством самого правителя — трепещут перед драконами подобно морским разбойникам.
Но этот вопрос вылетел из головы сразу после того, как Рагнар остановился перед ней и осмотрел ее с головы до ног. От такого внимательного взгляда кровь, обжигая изнутри, быстрее понеслась по венам.
— Хорошая работа, друг, — сказал он и облизнул сухие губы.
— Я жду камень, друг, — ответил Рейнард, сделав странный акцент на последнем слове.
— Камень… Конечно.
Мужчина широко улыбнулся, сузив глаза, пряча в их глубине хищный блеск. Вынул из-за пояса белый маленький камешек, похожий на те, которые Мика видела на дне мелководья у берегов Мэнхилда, и передал его Рейнарду с таким спокойным видом, точно самоцвет ничего для него не значил.
Как только камень оказался в руке ящера, Микаэлла почувствовала, что его хватка ослабла, а затем он и вовсе ее отпустил.
Сердце пропустило один глухой удар. Она поймала совершенно безучастный взгляд своего похитителя и, плевав на гордость, мысленно взмолилась, чтобы он помог ей, забрал отсюда, увел как можно дальше и избавил от прожигающих взглядов незнакомцев.
Но вместо этого он слегка подтолкнул ее вперед со словами:
— Твой товар, Рагнар.
Она и вдохнуть не успела, как оказалась в руках вождя. Тот сжал хрупкие плечи, облаченные в меховые наплечники, наклонился и внимательно вгляделся в лицо, словно что-то выискивая на дне лазурных глаз, между бровей и на острых скулах.
— Так и думал, — заключил о чем-то одному ему известном. — Сокол Севера… Как приятно видеть тебя столь близко.
— Не могу ответить тем же, — вдруг выдохнула Мика.
Глаза Рагнара округлились, будто с женских губ сорвалось непростительное ругательство, но в следующий миг он спрятал изумление за кривоватой ухмылкой. Девушка немало удивилась, когда он отпустил ее и шагнул назад.
— Не припомню даже... — протянул, задумчиво почесывая бороду, — ... когда последний раз женщина осмеливалась говорить в моем присутствии.
Всего на несколько секунд в зале воцарилась тишина. А после вождь недовольно причмокнул губами, скривился, как при виде чего-то мерзопакостного, и резко ударил Мику кулаком под ребра.
От этого жестокого удара из легких выбило весь воздух. Она не смогла закричать при всем желании, лишь жадно вдохнула, согнувшись вдвое, обхватила живот руками и услышала злой довольный смешок. Резкая боль пронзила неготовое к подобной атаке тело. Мика испытала невероятное потрясение — ни один мужчина не бил ее кулаками намеренно, с ней дрались только на мечах, как следовало драться уважающим себя воинам. Единственная, от кого она натерпелась избиений, была сварливая тетка Инга.
Слегка приподняв голову, она оглядела по-прежнему неподвижных гостей. Никто из них не посмел упрекнуть вождя, ни один не обмолвился ни словом. Рейнард тоже молчал, хоть она и видела, как тот дернулся в ее сторону. И все же остановил себя. Испугался Рагнара? Вероятно, так и было…
Медленно выпрямившись, кривясь от боли, Мика не успела увернуться, чтобы избежать еще одной неожиданности. Вождь схватил ее за щеки, больно сдавил, впиваясь ногтями в нежную кожу, и притянул к себе. Дикий, горящий синим огнем взгляд блуждал по ее лицу, широкие ноздри раздувались от гнева, но Микаэлла, недовольно сопя, не спешила опустить глаза.
— Еще одно слово, женщина, — процедил Рагнар, — и я лишу тебя твоего поганого языка.
Он оттолкнул ее от себя как попрошайку, намеревающуюся обокрасть его, и зыркнул на замершего в дверях стражника.
— Уведи. Не кормить и не поить. Я разберусь с ней позже.
Тот послушно взял несопротивляющуюся Мику за локоть и спешно повел ее прочь из зала.
Прежде чем скрыться за поворотом, она поймала взгляд Рейнарда, кричащий лишь об одном:
«Я же просил молчать».
Глава 6. Без чести
Девушку увели, и зал вновь наполнился мужским говором.
Гости замка продолжили трапезничать, слуги — обслуживать нетерпеливых господ, а вождь, окинув безразличным взглядом Рейнарда и приметив на его лице неодобрение, спросил:
— Разве так плохо ставить их на место?
На его губах растянулась до безобразия довольная улыбка.
— В этом нет чести, — спокойно ответил Рейнард, пряча камень в поясной мешочек.
— Честь... — задумчиво протянул Рагнар и, резко развернувшись, зашагал к трону. — В мире не осталось чести, Рей. Вот, к примеру, ты... — Он остановился, обернулся к увязавшемуся за ним дракону и ухмыльнулся. — Ты знал, что я ударю ее. Но промолчал. Возжелал бездействовать, как и все эти ленивые свиньи за столами. Много ли в этом чести?
Рей стиснул кулаки. На его лице заходили желваки, а кожу изнутри обожгла злость. Только он не понимал, почему злился. Из-за того, что слова вождя были пронизаны правдой, или потому, что вопреки запрету он на самом деле хотел не бездействовать, а помочь?
— Разве смею я перечить королю великого севера? — вопросил он, позволив легкой улыбке коснуться губ.
— Верность — твое лучшее качество. — Рагнар улыбнулся — в этот раз без ехидства и насмешки. — Оставайся на ужин. Ты всегда желанный гость в моем замке.
— Не приму твое приглашение. Хочу вернуться во фьорд... Но позволь задать несколько вопросов.
— Задавай, друг. Что тебя гложет?
Прежде чем начать говорить, дракон дождался, когда Рагнар усядется на свой увешанный мехами трон.
— Почему ты не предупредил меня? О том, что Сокол Севера — женщина? И не просто женщина… Она
