— Кого? Слугу?! — крикнул отец и что было силы врезал кулаком по стене.
— Олег не слуга. Он мой телохранитель. Это очень мужественная профессия, — попыталась возразить я.
— Профессия мужественная, но тебе этот парень не ровня!
Я опустилась на кожаный диван, утирая слёзы, с опасением поглядывая на разъярённого отца, который нервно ходил по комнате, курил трубку и бросал на меня злобные взгляды.
— Папочка, прости, — чуть слышно попросила я. — Ты думаешь, мне было легко? Если бы ты только знал, как мне тебя не хватало и как сильно я по тебе скучала. Я тысячу раз хотела позвонить или на худой конец написать. Но не решалась. Я боялась, что моя счастливая жизнь с Олегом в Майами закончится, а ради этого человека я и пошла на такой шаг. Я взрослая и в состоянии принимать решения. Если бы ты хоть немного меня понимал, я бы никогда не сделала что-то подобное…
— Главное, что ты теперь дома, — погладила меня по волосам подруга отца и, как маленькую девочку, поцеловала в макушку. — Не плачь, Ирочка, тебе нельзя ни в коем случае расстраиваться. Мы с папой перепугались, ведь ты должна наблюдаться у врачей. Тебе нельзя без врачебного присмотра и лекарств. Операция прошла удачно, но ты же хорошо понимаешь, как важно придерживаться рекомендаций доктора и проходить постоянный врачебный осмотр.
— Поймите, я полюбила, — по-прежнему пыталась донести я свою мысль. — Если бы отец дал мне право выбора партнёра, я бы никогда не сбежала. Но он же хочет, чтобы я жила только по его указке.
— А с кем ты собралась жить?! — вновь завопил отец. — С элитным мачо, с состоявшимся человеком, успехами которого можно только гордиться? Ты выбрала человека, которому я плачу! Это просто унизительно! Он получал приличные денежки и, между прочим, даже не морщился! Интересно, куда ты двинешь в своих привязанностях дальше — закрутишь романы с садовником, водителем, мужиком, убирающим мусор?! Чтобы не совершать ошибки, нужно слушать родителя!
— Папа, но ты ведь о нём ничего не знаешь! Вообще ничего!
— А что мне нужно знать? Я не желаю о нём слышать! Тоже мне — придумала! Если девушка выходит замуж за человека ниже её по положению, ей придётся опуститься до его уровня! К чему это приведёт, знаешь? Он скоро тебе осточертеет, ты ведь привыкла к другому уровню жизни. Надо рубить сук по себе, забыла? Короче, он тебе не пара — и баста! Между прочим, он украл тебя у меня. Я ещё с этим разберусь…
— Папочка, что ты! Олег просто полюбил!
— Дочь, я старше тебя, а значит, мудрее. Такие пацаны, как он, знают кого любить. Он же не влюбился в нашу домработницу или повариху… О-о, это любовь с дальним прицелом, — отец поднял указательный палец. — Я хотел, чтобы ты вышла за Мартина. Он просто идеально тебе подходил. Я не знаю, что у вас там произошло и как получилось так, что ты убила его…
— Да, убила, потому что твой хвалёный Мартин законченный циник и наркоман. Он бил меня! Таскался за мной только по той причине, что его родители выносили ему мозг точно так же, как и ты мне, постоянно напоминая про слияние капиталов. Ты даже представить себе не можешь, какие гадости он мне наговорил! Я не собиралась его убивать, просто хотела, чтобы он заткнулся. По-другому он заткнуться не мог, пока я не врезала ему по голове.
— За это можешь не переживать. Я разрулил ситуацию. — Отец устало опустился в кресло. — Ты же хорошо понимаешь, что за Мартином стоит состоятельная семья, которая непременно докопается, как погиб их сын. Дело чести, чтобы виновный в смерти понёс наказание. При таком раскладе «висяк» никак не сфабрикуешь.
— И как ты вышел из положения? — спросила я, вытирая мокрые от слёз щеки.
— Подставил своего человека…
— Как?
— Он взял вину на себя, — спокойно сказал отец.
— Но ведь он может в любой момент рассказать правду…
— Уже не расскажет. Он мёртв.
Я вздрогнула.
— Расскажи. Я ничего не понимаю.
— Да тут и понимать нечего. Если бы не он, пострадала бы моя дочь, а этого я допустить не могу, ведь дочь у меня одна-единственная. — Отец тяжело вздохнул.
Я опустила глаза, моё бедное многострадальное сердечко сжалось. Когда-то чужое, а теперь болит как родное…
— Короче, один из моих людей сознательно взял вину на себя, прекрасно отдавая себе отчёт, что семья Мартина не оставит его в живых и он не доживёт до суда.
— Его убили?
— Конечно. Прямо в камере. У родных Мартина есть такие возможности. Они поверили, что этот парень друг Мартина, с которым они вместе употребляли наркотики, выпивали, а потом по какой-то причине повздорили и тот огрел их сынулю медным орлом по голове. Увидев, что их сын мёртв, он тут же испугался и убежал. А затем у него не выдержали нервы, стали мучить ночные кошмары, он явился с повинной и во всём признался. Мои люди специально стёрли твои отпечатки пальцев и везде оставили отпечатки пальцев терпилы. Конечно, семья Мартина задала мне вполне понятный вопрос, почему ты не присутствовала на похоронах их сына, твоего жениха? Я ответил, что только исключительно из-за твоего состояния здоровья после операции. Мартин встретил тебя после больницы вместе с нами, и ты тут же улетела за границу на реабилитацию. Он обещал к тебе прилететь. Так что тут ни к чему не подкопаешься, всё очень достоверно. Я сказал, что специально не стал сообщать тебе о трагической гибели любимого, потому что очень сильно переживаю за твоё здоровье. Ты слишком слаба после операции и неизвестно, сможешь ли выдержать такое ужасное известие. Мол, с правдой лучше повременить. Они со мной согласились.
У меня всё поплыло перед глазами. Я испуганно спросила:
— Мне в этой истории не всё понятно. Как человек в здравом уме может взять чужую вину на себя? И не просто взять… Ты сказал, что он знал, что не доживёт до суда. Он сумасшедший?
— Нет. — Отец устало прикрыл глаза.
— Значит, ты его запугал?
— Опять мимо, — отрицательно покачал головой отец. — Ты же сама говорила, что, как человека ни запугивай, у него в любой момент могут сдать нервы и он включит заднюю скорость.
— Ты хочешь сказать, что человек сознательно пошёл на смерть?
— Так и есть. Я заключил с ним выгодную сделку на такую круглую сумму, которая ему и не снилась.
— А зачем ему деньги после смерти? — опешила я, пытаясь переварить слова отца.
— Ему-то деньги уже ни к чему. Он позаботился о своей жене и троих маленьких детках. Деньги получили они. Теперь семья погибшего не просто ни в чём не нуждается, а живёт так, как хочет. Хватит и детям, и внукам, и правнукам на роскошную жизнь.
— Мне сложно всё это понять и принять. Вот жена получает эти деньги — у неё руки не тряслись, ведь именно из-за этих бумажек погиб её любимый человек? Как жить дальше? Какая от денег может быть радость?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
