бы запомнить: не оставаться с Рюдзином один на один, иначе чревато. А в присутствии Ананты он как-то резко менялся, будто в ледышку превратился. Взгляд такой незаинтересованный и пустой…
А даже если и какая-то там избранная, от меня же будут чего-то хотеть. Уж лучше — случайность, злой рок или что-то вроде того, чем предназначение, пророчество или какие-то великие силы, которые обязательно должны проснуться во мне.
Обойдусь без сил. Лишь бы с балкона больше не выкидывали.
Глава вторая, в которой показывают то, что сделано для потомков
Лестница из парка вела к потайной двери, спрятанной за одной из деревянных панелей, что не могло не радовать — если эта комната станет моей и захочется прогуляться, не придётся долго плутать, чтобы выбраться к фонтанам и беседкам. Но какой-то замок тут должен же быть? Иначе пробирала жуть, что кто-то мог свободно пробраться даже посреди ночи.
Шад бережно спустил меня на пол и поспешил занять место в углу зала, за одним из диванчиков, где расположился Ананта. Дождавшись, когда я подойду ближе, к своему повелителю присоединился и Рюдзин. От пристальных взглядов хотелось куда-нибудь спрятаться, но как только в голову пришла мысль рассматривать происходящее как не вполне стандартное собеседование, получилось улыбнуться. Конечно, я для этого мира никто и звать меня никак, но задавать вопросы — имею полное право. Чтобы лучше представлять, чего от меня ждали и что можно было получить взамен.
А Ананте пошёл бы брючный костюм, но вот Рюдзина в другой одежде представить трудно. Про Шада рассуждать бессмысленно — из-за обмотанной вокруг головы шали только глаза да кусочек переносицы и видно. Кожа точно не сильно смуглая, глаза — голубые, кошачьи, вот и всё, что мне пока известно. Из-за этих вертикальных зрачков скорее о нём думалось, как о драконе, чем стану таковым Рюдзина считать, как бы он там себя ни называл.
— Прошу, садитесь, — улыбнулся хозяин дворца и сделал приглашающий жест.
— Спасибо, я постою.
Он вопросительно задрал бровь.
Чёрт, ну не говорить же ему, что когда я упала, зад травой испачкался, и садиться на дорогущий на вид бархат боязно? Ещё и халат белый, шёлковый… тоже недешёвый. И проблема не в том, что отругают за испорченную вещь. Им, кажется, совсем не жалко одежду, иначе бы давно сказали что-то или потребовали. А мне вот — жалко. Очень.
Или мне счёт за всё выставят как-нибудь потом? Надо выяснить уже, на каких я тут правах, на сколько богат Ананта и что мне позволено. Чего, собственно, от меня ждут? Не просто же я так попала в этот мир, а ведут они себя достаточно спокойно и миролюбиво, так что смело можно предположить: мой случай — далеко не первый.
— Рю бывает не сдержан в поступках и часто действует опрометчиво, но подобное не повторится, даю слово, — по-своему расценил мою заминку Ананта. — У вас, должно быть, много вопросов, однако без его участия вряд ли я смогу правильно объяснить происходящее. Поведайте своё имя, прекраснейшая, и разделите с нами ваши тревоги, чтобы мы могли расправиться с ними.
Мне бы такое красноречие. Хотя, он здесь хозяин и чувствует себя уверенно. На его месте я бы тоже вела себя как-то так, но пока могла только беспокойно отводить взгляд и стараться не трястись, подбирая слова.
— Рита, — представилась я и всё-таки устроилась на краешке одного из диванов, подобрав рукава халата под себя, чтобы не испортить обивку. Одежда и так частично испорчена, лучше уж её мучать дальше, чем мебель.
— Ваше имя? Ритэ? — уточнил хозяин дворца.
Поправлять его произношения не стала и просто кивнула. Мало ли, как магический переводчик работал, вдруг именно так он всё и услышал. Или моё имя звучало сродни ругательству или чему-то неприличному?..
Стоило покончить с представлением, повисла тишина, которую я расценила как предложение начать задавать вопросы:
— Как я сюда попала? И сюда — это куда? Я здесь зачем-то? А кто вы?
— Не так уж важно, как, — зафыркал Рюдзин, вертя в руках возникший из ниоткуда веер, — куда важнее, зачем. Я имею в виду, тебя не интересует смысл происходящего, а только то, каким образом всё случилось?
Мысленно вздохнула и сосчитала до десяти. Вывод, что в присутствии Ананты болотный — потому что зелёный, да ещё и лягушку подарил, пусть и украшение — гад переставал быть противным, можно перечеркнуть. Сдержанным — да, но всё ещё занудный и… высокомерный. От снисходительного тона внутри всё сжималось, будто я находилась на пересдаче важного экзамена. Причём не по своей воле, а только потому, что отказалась покупать методичку преподавателя, вот он и мурыжил, пользуясь своим положением.
— А раньше подобное уже случалось? — решив игнорировать снисходительный тон и его источник в целом, я посмотрела на Ананту, но тот виновато качнул головой в сторону своего визиря.
— Можешь же, можешь думать и задавать правильные вопросы! — Рюдзин аж подпрыгнул на месте.
— Будет замечательно, если ты ответишь на них, — осадил его Ананта. — Не уподобляйся Валто, друг мой.
— Одни вопросы потянут за собой другие, и мы не управимся с этим и до вечера, а у меня и без этого достаточно дел, в том числе разрешение загадок, связанных с нашей прекрасной гостьей, — подражая размеренному тону повелителя, пропел болотный гад. — Более того, если встанет вопрос о возвращении домой…
— А это возможно? — встряла я.
— Теоретически. Здесь одно из трёх: или мы разберёмся, зачем ты здесь оказалась, или сумеем найти нужный осколок, или — всё разрешится само собой. В последнем случае нет никаких гарантий, что это случится скоро или вообще случится, однако, беря в расчёт прошлый опыт…
— Так всё-таки — случалось уже подобное или нет? — перебила его, и даже толики угрызений совести не ощутила.
— Твой случай — четвёртый. Несчастливое число, — обрадовал Рюдзин.
Брошенный в него недовольный взгляд не помог — гад продолжал безмятежно улыбаться, будто это он так заботу выражал, а не поддеть или напугать пытался. Может, в этом мире у примет куда больше силы? Всё-таки магия — настоящая.
— А пока дорогой
