страшного, — проворчал рыжеволосый парень. — У нас в семье это не новость. Мне простят.
— В семье, может, и простят, — заметил Алистер, продолжая идти впереди всех, — но я — нет. Поэтому не спи. У тебя будет еще на это время, когда ты присоединишься к тем, кого вы будете сегодня поднимать.
А юмор у этого некроманта… некромантский. Что, опять же, было неудивительно.
Мы миновали высокие ворота и пошли вдоль каменной стены в глубь леса. Тропинка, по которой ступал Хэриш, была не очень-то широкой и не так, чтобы ровной. В сгущающихся сумерках тут и ногу подвернуть было вполне возможно. Но маг шел уверенно и, кажется, плевать хотел, если кто-то из его студентов застрянет по пути к кладбищу, улетев в ближайшие кусты или пропахав землю носом. Ну да, они же все, выходит, будущие некроманты. Им положено хорошо видеть в темноте.
И снова спасибо тонне фэнтези книг, которые я успела прочитать за свой не очень-то длинный век.
Минут двадцать мы шли по тропинке в сторону кладбища. Потом я все-таки увидела невысокий металлический забор, за которым виднелись каменные надгробия. Старые, покосившиеся, местами потрескавшиеся. Судя по всему, сюда студенты частенько делали набеги. Иначе, почему все в таком жутком состоянии.
«Чтобы не забывали, зачем сюда пришли. Или тут везде должны расти цветы, и пахнуть благовония?»
Мог бы и не лезть снова ко мне в голову. Или я так «громко» думаю? И снова мешаю ему думать?
«Вроде не глупая, все понимаешь. Тогда почему и в самом деле не можешь молчать?»
Все просто — я не могу. Потому что от потока мыслей избавиться невозможно. Я напугана, я устала, и я хочу домой. И пока не покину это тело, постоянно буду о чем-то думать. Единственное, на что я была еще худо-бедно способна — это сдерживать себя какое-то время.
И тут мы вошли на кладбище. И мысли из моей головы в самом деле выветрились. Потому как я увидела торчащую из земли костлявую руку. Она тянулась пальцами к небу, словно пыталась за что-то ухватиться. Но, видимо, не достигнув желаемого, скрутила пальцы в кукиш.
— Ректор, — обратился к Хэришу Слоу, — я не понимаю…
— Сейчас поймете, — хмыкнул мужчина и, приподняв правую руку, щелкнул пальцами, будто выключал свет.
А в следующий миг все закружилось перед глазами с такой скоростью, что мне стало плохо. Словно меня забросило в парк аттракционов. Причем не на лошадки, которые мотаются по кругу на нормальной скорости.
— Прекрати кричать, — процедил Алистер.
А я разве кричала? Как, если я даже рта нормально открыть не могу. Хотя, кажется, все-таки как-то умудрилась это сделать. Иначе с чего кажется, что горло побаливает? А у призраков вообще может что-нибудь болеть? Кроме, собственно, души, конечно же.
Не помню, чтобы когда-нибудь вела себя подобным образом. Кричать от страха, бояться открыть глаза, да и вообще… Нет, это было совсем на меня не похоже. Тогда почему мне все-таки настолько страшно? Пора взять себя в руки и трезво смотреть на вещи. Ну, подумаешь, костлявая рука из земли торчала. Ничего странного. Для этого мира.
— Ты слишком болтливая.
А ты у нас слишком хмурый, но я же молчу.
Пока я недовольно сопела, выговаривая Хэришу все, что я о нем думаю, мужчина колдовал. Ну или магичил. Не знаю, как у них здесь правильно это называется. По рукам мужчины скользили тонкие язычки фиолетово-черного пламени. И, судя по спокойному выражению на лице Хэриша, все было под контролем, и никакого дискомфорта некромант не испытывал. Спрашивать, что он собирается делать, не стала. Не хотелось нарываться лишний раз.
Пламя стекало по рукам и впитывалось в землю под ногами мужчины. К слову сказать, мы находились все на том же кладбище. Только поблизости не было студентов. Кажется, Алистер перенесся в дальнюю часть погоста и теперь собирался наблюдать за действиями своих подопечных со стороны.
Как оказалось чуть позже, моя догадка была верна. А язычки пламени, которые, как мне до этого казалось, впитывались в землю, на самом деле подбирались к каменной чаше, которая стояла чуть поодаль. Высотой она была мужчине по пояс. Такая же потрескавшаяся, старая. Но, не утерявшая своих волшебных свойств. Пламя, как только полностью собралось в ней, вспыхнуло ярким фиолетовым светом, а потом сразу погасло. Только тогда Хэриш сделал первый шаг в сторону чаши. И как только мы оказались рядом с ней, свет снова ослепил глаза на пару секунд. А потом, я четко увидела картинку, которую показывала нам сейчас чаша. Пламя превратилось в полупрозрачную серебристую жидкость, которая отражала происходящее сейчас на кладбище безумие.
А посмотреть было на что. Студенты, лишившись защиты ректора, разбрелись кто куда. Но паниковать никто не собирался. Конечно, ведь Хэриш сказал, что это студенты-выпускники. Значит, уже не должны пугаться торчащих из земли конечностей… Которых, как оказалось, на этом кладбище было предостаточно.
— М-м-м-м, — протянули за спиной. — Какие люди…
Я вздрогнула и хотела обернуться, но ничего не вышло. Алистер контролировал свое тело. И эмоции. Потому что на слова незнакомца никак не отреагировал.
— Не мешай, — проговорил ректор, продолжая следить за студентами. — Тебя здесь вообще не должно быть. Возвращайся в институт.
— Там скучно, — заныли в ответ. — Студенты со своими любовными посланиями у меня уже в печенках сидят. Того и гляди, через год, половина уже переженится. И учиться никто не будет. По крайней мере тому, ради чего вообще и поступали в прославленный Институт благородных магов. Ну и магесс, само собой. Их больше будет волновать, как правильно подвязать на ребенке подгузник, чем быстрое упокаивание умертвия.
— Вот и проконтролируй, чтобы не переженились, — безразлично проговорил Хэриш. — Черт, Слоу, ты что вытворяешь? Какого черта эта рыжая катастрофа полезла в склеп?
— Весь в отца. Тот тоже лазил, где не следует. Вот помню я, был случай один…
— Давай обойдемся без воспоминаний.
— Жаль, — вздохнули все так же за спиной. — Я люблю иногда повспоминать события с прошлой своей жизни.
И тут я все-таки увидела того, кто все это время пытался отвлечь Хэриша от слежки за своими студентами.
Глава 2
Чужое тело и чужие тайны
Мужичок был настолько мал ростом, что я сразу отмела предположение, что это человек. А уж когда заметила белоснежные крылья, которыми он нервно дергал, то сомнений вообще не осталось. И как я не обратила на них внимания сразу?
Несмотря на белоснежное оперение, существо было обладателем густой темной бороды и растрепанной такой же темной шевелюры. Облачен он
