деле, скелет просто тихо ругался. Правда, на этот раз поминал не несчастных вампиров и драконов, а лопоухих эльфов и блохастых оборотней. Скелет точно был не доволен тем, что ему нужно отчитываться перед Алистером.
— На кладбище все спокойно, — отсалютовав рукой ректору, сказал Фил.
Он стоял прямо напротив мужчины, смотрел своими пустыми глазницами, словно прикидывал, как будет проще и быстрее придушить некроманта.
— Почему Клариса и Варилоу бегали по кладбищу и запугивали студентов? — спросил Хэриш. Он был все так же хмур. Руки сложил на груди и да, еще немного и сам начнет ругаться. — А Пауло щеголял в женском платье времен нашествия темных сущностей. Тебе не кажется, что это слишком? Приберег бы подобные фокусы до выпускного испытания.
— На выпускной у меня есть кое-что поинтереснее, — довольно потирая руки, заверил ректора скелет. — С кладбища мало кто уйдет не седым.
— Охотно в это поверю, — прищурившись, сказал Алистер. — Но чтобы завтра все прошло как надо. Без самодеятельности. И да… — точно сделал вид, что только вспомнил о чем-то, маг. — Я просил проследить за порядком. А не участвовать в противоположном. Ждешь, когда мое терпение кончится?
— Нет, — покачал головой скелет. — Мне просто стало скучно. А тут оказалось весело. Я не удержался.
Почему-то это умертвие напомнило мне великого кинопирата Джека Воробья. Наверное, потому, что характером скелет был не лучше персонажа Джонни Деппа. А вообще я начала от всего этого уставать. Не слишком ли много впечатлений за один короткий день? Даже за полдня.
— Придумал бы другое объяснение своему поведению, — отмахнулся от слов Фила Алистер. — Пока можешь идти.
Скелет снова начал ругаться. Все так же тихо, но достаточно слышно для того, чтобы можно было разобрать большую часть слов.
Фил повернулся к нам спиной и, насвистывая какую-то веселую песенку, направился в сторону слепа. Его, казалось, совсем не тронули слова ректора. Хотя, я была уверена, он не мог не отреагировать на них. Из-за этого и злился. Кому понравится, когда им управляют и указывают, что делать?
— И мы пойдем, — теперь уже в голосе Хэриша послышалась усталость.
Скорее всего, будь его воля, он бы послал к черту и должность ректора, и статус лорда. Иначе бы сейчас в моей голове не кружил новый поток брани.
И зачем, спрашивается, он стал ректором, если управлять студентами в одиночку ему не под силу? Иначе бы он не требовал помощи от Фила. Впрочем, директриса в школе, в которой я училась, тоже не особо заморачивалась в плане контроля школьников. Зато ее очень волновали доходы семей. Точнее, ей очень хотелось обобрать бедных родителей до нитки. Ремонт школы, новые занавески, оплата охраны и так далее… Хорошо, что подобная политика школ сейчас уже не приветствуется. И если кто-то из родителей нажалуется, куда следует, то директора могут и попросить.
— Зачем мне эта информация, Екатерина? — вдруг спросили у меня, прерывая тем самым поток из воспоминаний.
Зачем, зачем… Да просто вы, господин ректор, очень на мою директрису похожи. Вам только юбку надеть вместо черной мантии и один в один.
— Какую смерть предпочитаешь? Быструю или все-таки побудешь немного в агонии? — задали очередной вопрос. Таким спокойным голосом, что уже от него одного стало не по себе.
Дала себе мысленную затрещину. Ну в самом деле, о чем я думаю? И как контролировать свои мысли? Ведь все они у Алистера как на ладони. Ничего не скроешь.
Пока я терзалась угрызениями совести (проснулась не к месту), Хэриш довольно бодро удалялся в сторону выхода с кладбища. Было уже достаточно темно для того, чтобы задевать мысками сапог торчащие из земли корни деревьев. Несмотря на это, Алистер шел уверенно и ничего задевать не собирался. Я бы уже точно собрала парочку коряг и расквасила себе нос.
Студенты ушли достаточно далеко, и пока мы продвигались по тропинке, по которой пришли на кладбище, не слышали никаких голосов. Кажется, кое-кому просто нравится быть в одиночестве. Ну, или он сейчас идет и думает о чем-то не очень положительном. О моем пребывании в его теле, например.
«Да, об этом определенно нужно подумать. Но не сейчас. Лучшим будет, если ты в дальнейшем будешь все-таки оставлять свои язвительные комментарии при себе. Иначе не стоит рассчитывать на мою помощь».
Кажется, грядет что-то… не очень приятное для Алистера. Или все дело в том, что я уду при чем-то присутствовать. Вот мужчина и напрягся.
Хотя… по всему выходит, что таки да, присутствовать я буду теперь рядом с ним постоянно. И мне вот вообще этого не хочется! Почему столь очевидный момент дошел до моего мозга только сейчас? Вроде не блондинка, должна была понять это сразу.
Хэриш вздохнул. Я тоже. Сделали мы это одновременно, но ситуация была паршивая, поэтому мы не особо обратили на это внимание. Нужно было решать проблему как можно скорее. Как? Этот вопрос волновал меня сейчас больше остальных. Потому что мне нужно в свое тело! Срочно! И еще жуть как хотелось домой. Меня там родители ждут. А я застряла здесь, неизвестно где. И понятия не имела, как выбраться отсюда.
Мы дошли до ворот, за которыми скрывались два почти идентичных здания. Только в одном учились маги, а во втором, как можно было догадаться, магички. Пройдя парковую зону, Алистер поднялся по широким ступеням, вошел в здание института и сразу повернул влево. Его торопливые шаги, словно молоточки, били по моим нервам. И куда это он так заторопился?
Спрашивать было бессмысленно. Он, само собой, слышал каждое мое слово, которое я продолжала поизносить про себя. По крайней мере, пока что. Кто знает, когда я смогу взять контроль над чужим телом.
Кто-то зарычал. Или зашипел. Я не смогла четко разобрать. Зато поняла, что Хэриш был бы этому не очень рад.
Один коридор быстро сменился другим, более темным. На пути нам никто не встречался. Казалось, институт вымер. Единственным источником шума сейчас здесь был ректор.
Куда он шел, поняла не сразу. Запуталась в лабиринтах коридоров и даже не пыталась запомнить проделанный Алистером путь. Поняла лишь, что в конце мы поднялись на третий этаж, прошли очередной коридор до конца, открыли одну из дверей, которых здесь было много, и оказались в просторной комнате, погруженной в полумрак. Совсем темно тут не было. Слабый свет давала пара свечей, стоящих на столике неподалеку от широкой кровати, частично прикрытой балдахином. Таким же темным, как и все в этой комнате.
И только Хэриш выдохнул свободно, как на кровати кто-то засуетился, зашуршал и вздохнул.
