«Не слишком-то убедительно, — мысленно возразила Лаура. — Хотя Ги мертв и его уже не вернешь, все равно Росси должны признать свою вину перед ним. Нельзя забывать об этом ни в коем случае».
— Если положение дел таково, — сказала она, — я не могу поверить, что нас там ожидает теплый прием.
К ее удивлению, Энцо опустил эту тему. Они больше не возвращались к ней и продолжали просматривать альбом. К тому времени, когда они перевернули последнюю страницу, вопли Паоло, имитирующие визг тормозов и вой сирен на его игрушечных треках, стали заметно тише, а скоро и вовсе прекратились. Хотя он все еще продолжал возиться со своим любимым желтым «мазерати», но уже зевал и тер глаза.
— Пора спать, дорогой! — объявила Лаура, откладывая альбом и вставая.
При этих словах Энцо также поднялся. Он потрепал малыша по головке.
— Мне пора, — сказал он.
Разрешив Паоло еще немного поиграть с машинками, Лаура проводила Энцо до двери.
— Не могу даже выразить, как много значил для меня этот вечер, — сказал Энцо, когда они подошли к двери. Он повернулся при этих словах и придвинулся к ней почти вплотную. — Встретиться наконец с вами и Паоло… это удивительно!
От его близости голова Лауры пошла кругом. «Это все из-за его глаз, — пыталась она себя убедить. — Они такие темные и… притягивающие».
— Я рада, что вы пришли, — ответила она. — Ги наверняка был бы рад нашему знакомству.
В наступившей после этого тишине они вновь ощутили горечь утраты близкого обоим человека. Однако сейчас ее боль не была уже столь острой. Став вдовой и одинокой матерью, Лаура избегала встреч с мужчинами, но к чарам Энцо остаться равнодушной не смогла.
— Завтра суббота, — сказал он, нарушив течение ее мыслей. — Вы не работаете? Если нет, мы могли бы выкроить время и познакомиться друг с другом поближе. Мне бы хотелось позавтракать с вами и с Паоло, а потом… может, мы сходим в зоопарк?
Лауре также не хотелось поставить на этом точку. Слишком заинтриговал ее деверь, столь загадочно похожий на старинный портрет.
— Уверена, что Паоло это понравится, — пробормотала она, прикрывая свое согласие желанием доставить радость ребенку. — Он буквально помешан на львах, тиграх и слонах.
Энцо улыбнулся; жесткие складки у его рта заметно смягчились при этом.
— Тогда я зайду за вами около девяти, хорошо?
— Будем ждать.
Он протянул руку. После короткого колебания она приняла ее. И опять ее словно током ударило, только гораздо сильнее, чем при первом рукопожатии.
Оба они, из-за сильного сердцебиения, не могли ни заговорить, ни пошевельнуться. Хотя это уже граничило с помешательством, но Лаура вновь чувствовала где-то рядом присутствие тех же призраков, что окружали ее в галерее.
В тот самый момент, когда она уже готова была вскрикнуть от страха, Энцо разрушил чары.
— Доброй ночи, Лаура! — произнес он звучным, глубоким баритоном, с явной неохотой выпустив ее руку. — Не сомневаюсь, что и вы, и мой очаровательный племянник будете спать хорошо!
Глава вторая
Лауре приснилось, будто она стоит на балконе второго этажа величавого старинного здания. На ней бархатное, доходящее до щиколоток платье. Волосы, волнами падающие на плечи, убраны со лба и заправлены под легкую шапочку с вуалью. Из-под шапочки выбиваются отдельные пряди, обрамляя овал бледного лица.
Были сумерки — нечто среднее между светом и мраком, то время суток, когда предметы обретают изменчивые очертания, располагая к меланхолии и таинственности. Где-то горлинка звала голубя. Уже и сад внизу с его аллеями, разбегавшимися от расположенного в центре фонтана и исчезавшими среди покрытых лесом холмов, терялся в тенях и исчезал в полумраке.
В гостиной, за ее спиной, слуги зажгли свечи. Слабые отблески их падали на балкон, создавая причудливую игру светотени. Послышалась музыка, кто-то подбирал на мандолине грустную мелодию. Она расслышала шелест юбок и хриплый мужской шепот. К этому времени жара уже спала. Слегка поеживаясь от подкравшегося ветерка, она осознала, что ожидает кого-то. Эта мысль пришла к ней, когда послышался приближающийся цокот копыт. Вскоре показался всадник. Хотя она не могла его как следует разглядеть, ее пульс учащенно забился, когда подошедший слуга помог ему спешиться.
Отрывисто распорядившись насчет лошади, он исчез внизу, и она повернулась лицом к гостиной, застыв в ожидании. Сквозь высокие, от пола до потолка, двери, раскрытые настежь и выходившие на балкон, было видно, что веселье в разгаре. Мужчины и женщины смеялись, разговаривали и танцевали, а музыкант играл на мандолине, склонившись над инструментом.
Появился вновь прибывший и стал прокладывать себе дорогу сквозь толпу. Его черный дорожный плащ резко выделялся на фоне ярких нарядов собравшихся. Однако она заметила, что под плащом на нем надето что-то красное, пламенем вспыхивающее при каждом движении. Лицо, надменное и угрюмое, кого-то напоминает… да, того аристократа из шестнадцатого века.
На ее губы просилось имя, которое она знала, но не могла произнести. Прорвавшись на балкон, он схватил ее за запястье. Сильные пальцы хищно впились в ее руки, и она задрожала от страха, поняв, что приняла его за другого.
Презрительная усмешка скривила губы пришельца.
— Да, это не он, — услышала она. — Это я! Ты разочарована?
Тут Лаура проснулась и с облегчением убедилась, что находится в полной безопасности, в собственной квартире, в своей кровати. Сердце учащенно билось, одна из подушек сброшена на пол, простыни — скомканы, словно она с кем-то боролась.
Веселый солнечный свет струился в окна. Сев и подставив колени под теплые, успокаивающие лучи, она попыталась найти какой-то смысл в том сценарии, который разыграло ее подсознание. Во сне она ожидала итальянского дворянина с портрета. Но пришел не он, а кто-то, кого она испугалась. Возможно ли, чтобы двое людей выглядели совершенно одинаково? Что же с ней такое творится?
Через несколько секунд все, что было связано со сном, исчезло полностью из ее головы.
— О, мой Бог! — воскликнула она, поспешно схватив электронные часики, лежащие на тумбочке, и взглянула на циферблат.
Стрелки показывали. И она забыла завести будильник. Привлекательный, интригующий брат Ги появится у их двери через полчаса. Ей надо прибавить оборотов, чтобы успеть собраться к его приходу.
Уже вставший Паоло тихо сидел на коврике в гостиной, уплетая пшеничную кашу прямо из банки, и смотрел мультики по телевизору.
— Ешь быстрее, дорогой, — поторопила она, лихорадочно размышляя, что бы на себя натянуть, и надеясь, вопреки всему, что Энцо опоздает. — Нам еще надо одеться. Твой дядя возьмет нас сначала позавтракать, а потом в зоопарк.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
