она себе под нос.
― Из-за порванного пакета? ― с улыбкой спросил Эрен.
― И из-за того, что приду поздно. Мамин муж сердится, когда я опаздываю домой… Неважно. ― Она качнула головой, дескать проехали, натянула пальцами края рукавов тонкого кардигана и стала нарочито глядеть по сторонам. Обернётся к своему спутнику на долю секунды, чуть покраснеет и тут же отвернётся.
«Теперь-то всё будет как прежде! Мы снова будем все вместе… Мы будем с ней вместе».
Они прошли мимо ратуши, через выученную наизусть рыночную площадь, и Эрен всё спрашивал себя, почему они не встречались раньше, ведь она жила даже ближе, чем Армин. Свернули в Узкий переулок — давно разросшийся до полноценной улицы, но сохранивший историческое название. Тоскливое место: здесь проживали в основном очень бедные да безработные, пьяницы и мелкое жульё. Вместе с примыкающими к переулку проспектом Техников и Кривой улицей он образовывал известный на весь город своей репутацией мрачный квартал. Эрен кожей ощущал на себе косые взгляды, слышал за спиной булькающие смешки местных пропитох и инстинктивно съёжился. Как так вышло, что его Микаса жила среди этого убожества и грязи? Уютные наивные мечты растоптал удушливый дискомфорт.
― Поздно ты, голубонька! Папашка, небось, опять ругать будет, ― сердобольно пробормотала седоволосая женщина, меняющая колесо своей ржавой развалюхи.
― Никакой он мне не папашка, ― обиженно буркнула Микаса, сильнее сжав свою горстку апельсинов, и снова натянула край рукава.
Неудобно, неспокойно. Эрену казалось, что липкие ручища тревоги щекочут шею, а на языке осела противная горечь. В конце переулка показался ветхий домишко, на крыльце которого сухощавый мужчина с плешивой макушкой курил самокрутку. Увидев детей, нервно потушил окурок и упёрся ладонями в поясницу, слегка пошатнувшись: он был мертвецки пьян.
― Ты нас с матерью голодом решила заморить? Сколько шататься можно?! ― закричал он с порога. Жила на его лбу раздулась и запульсировала. ― Выклянчила свои сраные апельсины, а мы что, воздух жрать должны?
― Там очередь была, ― виновато, чуть слышно отозвалась Микаса, запнувшись на полпути. Постояв мгновение, она всё же смело двинулась к дому.
― Нечего мне лапшу на уши вешать!
― Вы чего орёте на неё? ― раздосадованно и гневно отпустил Эрен, его голос задрожал.
― А это ещё что за сопляк с тобой, а? Тебя манерам не учили, выродок?! Катись отсюда, пока я и тебя не высек!
Ярость застлала Эрену глаза, слёзы обожгли кожу щёк. Он поглядел на Микасу будто впервые и с горечью проглотил ком в горле: «На такой жаре и в кофте с длинными рукавами? Неужели из-за него? Из-за этого подонка…» Он решительно выставил руку в сторону, перегородив ей путь, и оскалился на отчима.
― Только попробуйте её тронуть! ― хрипло прокричал он что было сил.
― Вякни мне ещё, драный щенок! ― еле процедил мужчина.
― Ты чего здесь устроил? ― в недоумении спросила Микаса и поглядела на Эрена пустыми и печальными глазами. ― Лучше иди домой. Тебя это не касается. Получишь ещё от него…
― Так нельзя! Неужели не понимаешь? Почему ты позволяешь так с собой обращаться?
― Спасибо, что помог донести. ― Она подняла с земли брошенные им в порыве злости апельсины и сложила в подол платья. ― Не приходи сюда больше никогда.
― Что?.. Почему?
Его трясло от обиды и гнева. От того, что она не позволяла себя защитить. Да и кто он такой для неё? Чужой, ничего не значащий заносчивый мальчишка. Эрен уже не чувствовал слёз и почвы под ногами, когда налетел на отчима Микасы, но тотчас получил кулаком в нос, едва его стопы коснулись крыльца, и упал на спину. Крыши домов задвоились, завертелись, кровь из ноздрей залила губы, тоненько потекла к подбородку.
Солнце погасло, и во тьме переулок превратился в голодную уродливую бездну.
«Несмотря на пережитую ею боль, на весь ужас прошлой жизни, Микаса по-прежнему несчастна. Даже в нашем новом Раю».
Комментарий к 1. Наш новый Рай
Пост к главе: https://vk.com/wall-24123540_3878
Группа автора: https://vk.com/public24123540
ТГ-канал: https://t.me/+7guwwyR1jrhiNTRi
========== 2. Магнолии в залитом солнцем саду ==========
«Ты моя семья», ― доносилось из глубин памяти и растворялось в пустоте.
По размазанному небу утекали в разноцветную воронку птицы, а крону гигантского дерева пожирало солнце. Эрен лежал на земле, его затылок упирался в колени Микасы. Он раньше не видел её такой ― взрослой, неприкрыто влюблённой. Она гладила краешком белого платка его рот, увлечённо обводила контур губ и нет-нет да улыбалась. Пальцы ног понемногу начали холодеть, воздух становился свежее, а лицо напротив размывала пелена.
Эрен открыл глаза, и его взгляд пал на водосточную трубу обшарпанного дома. Была глубокая ночь, и дворы уснули, лишь где-то вдалеке лаяли бродячие собаки. С трудом приподнялся и потёр ладошками слипающиеся глаза. Стыд разъедал душу, когда он представлял, как будет плакать и ругаться мама. Она жива и здорова, а он и дня не может провести, чтобы не расстроить её. И никак не объяснить, что всё это ради Микасы, ведь Карла не помнит, насколько она важна. Немного поплутав в лабиринте домов, вышел из закоулка, побрёл обходными путями, лишь бы не быть замеченным пьяницами, горланящими у пивнушки: поножовщина в этом квартале являлась обычным делом, и неосторожному ребёнку вроде него следовало быть начеку. Остановился у фонтана рядом с парком, чтобы смыть засохшую кровь с лица, и обнаружил, что кожа была чистой. «Я слизал кровь во сне? Гадость!» ― Эрен скривил лицо, провёл по нему влажной рукой и двинулся дальше.
Когда он вернулся домой, в гостиной уже сидел сотрудник полиции и беседовал с родителями. Мать с отцом немедленно устроили загулявшему чаду головомойку. Итогом ночного приключения стали недельный домашний арест и обида матери, которая почти не разговаривала с сыном всё это время, и Эрен надолго запомнил боль и чувство вины, видя её угрюмое равнодушие. Как ни старался он быть отважным рыцарем для всех и вся, необдуманные поступки и чрезмерная самоуверенность обходились слишком дорого.
Эрену нравилось волонтёрство. По достижении десятилетнего возраста любой элдиец мог записаться в волонтёры в специальном центре помощи населению: уборка в доме пожилых и инвалидов, закупка продуктов, помощь в передвижении, организация групп по спасению и пристройству животных ― полезная обществу деятельность на любой вкус. К тому же такая работа фиксировалась в школьных документах, шла в портфолио и играла немалую роль при поступлении в высшее учебное заведение. Для некоторых ребят это было определяющим фактором
