Поздним вечером 5 сентября 1940 г. с французского аэродрома Шартр взлетел Не-111 из эскадрильи Гартенфельда. На его борту находился агент № 3719 – Гёста Кароли, имевший при себе шведский паспорт, британское удостоверение личности и немецкую радиостанцию. Он приземлился на парашюте западнее г. Нортгемтон. Уже три дня спустя Кароли был задержан и согласился работать на англичан. Он получил в МИ5 псевдоним «Лето» и до конца года исправно передавал в абвер «информацию», которую получал от англичан. Потом Кароли попытался бежать с конспиративной квартиры, где его содержали, но был снова пойман, и время, остававшееся до конца войны, провел уже в тюрьме.
Ночью 19 сентября с «Хейнкеля», который пилотировал гауптман Гартенфельд, десантировался агент № 3725 – Вульф Шмидт. Он приземлился около поселка Виллингхэм, расположенного в 13 км северо-западнее Кембриджа. Его арестовали в течение первых же суток, и он также быстро согласился сотрудничать с англичанами, которые дали ему псевдоним «Тейт». Благодаря «помощи» МИ5 Шмидт считался в абвере одним из самых ценных агентов на территории Великобритании. При этом его заслуги оценили обе стороны: одна наградила его Железным крестом, а другая после войны предоставила ему британское гражданство. Ночью 30 сентября гидросамолет Не-115, вероятно из состава 906-й авиагруппы берегового базирования Ku.Fl. Gr.906, вылетевший с норвежской авиабазы Сула, доставил к побережью Северной Шотландии трех агентов: двух мужчин и одну женщину. На резиновой шлюпке они достигли берега недалеко от города Банф. Высадка прошла незаметно, но, несмотря на это, вся группа вскоре была поймана. Возможно, это произошло потому, что женщина – Вера де Витте – уже фактически была двойным агентом, работавшим на МИ5. Два других агента – Теодор Дрюке и швейцарец Вернер Ваелти отказались сотрудничать с контрразведкой и затем в 1941 г. были казнены по приговору британского военного суда.
25 октября на побережье залива Мори-Ферт, около г. Нэрн, снова с Не-115 была высажена еще одна группа из трех агентов абвера. На этот раз в нее входили немец Отто Йоост и два норвежца – Гуннар Эдвардссен и Легвальд Лунд. Их миссия, как и в предыдущем случае, тоже завершилась скорым провалом.
Истории абверовских агентов, доставлявшихся на территорию Великобритании по морю и воздуху, отличались друг от друга лишь датами и незначительными деталями. Согласно британским данным, все они были выявлены и арестованы. Некоторых приговорили к смертной казни, других – к тюремному заключению, но большую часть использовали в качестве двойных агентов. Однако есть факты, говорящие о том, что нескольким агентам все же удалось ускользнуть от бдительного ока контрразведки.
Так, в конце октября около городка Амерсхэм, приблизительно в 20 км северо-западнее Лондона, с самолета 2-й эскадрильи Aufkl.Gr.Ob.d.L. был высажен голландец Ян Виллен тер Баак. Его парашют был найден англичанами лишь 3 ноября, но самого агента обнаружить не смогли. Он регулярно выходил на радиосвязь с подгруппой «Гамбург» из абвера-I, отвечавшей за разведку на территории Англии. Однако затем 1 апреля 1941 г. Виллен тер Баака обнаружили в одном из бомбоубежищ Кембриджа, убитым выстрелом в голову. По официальной версии, он покончил жизнь самоубийством, но сейчас можно утверждать, что это было не так. Голландец был двойным агентом, но работавшим не на британскую МИ5, а на советскую разведку, и одна из сторон просто рассчиталась с ним за предательство.
В ночь на 15 ноября над Южной Англией появился Do-217 из авиагруппы Ровеля. На борту, помимо экипажа – обер-лейтенанта Кнемейера и лейтенанта Рунке, – находились два агента абвера, а также гауптман Гартенфельд, который должен был проконтролировать их выброску. О заданиях агентов ничего не известно, но на их особую важность указывали два обстоятельства. Во-первых, в самолете имелся «лишний» пассажир – командир 2-й эскадрильи Aufkl.Gr.Ob.d.L., что было очень необычно. Во-вторых, для их выброски, вероятно, не случайно была выбрана ночь, когда бомбардировщики люфтваффе совершили знаменитый массированный налет на Ковентри, и англичане не могли проследить за отдельным самолетом.
Зигфрид Кнемейер потом вспоминал: «Все вокруг над Южной Англией было освещено прожекторами, ищущими наши бомбардировщики. Около Бристоля мы столкнулись с мощным зенитным огнем и в течение долгого времени были в прожекторах». Однако «Дорнье» благополучно избежал попаданий и доставил одного агента, который, по словам Кнемейера, был норвежцем, к Бирмингему, а второго – студента из Южной Африки – в район плато Дартмур. По настоящее время нет никаких данных, что англичане смогли обнаружить их.
Тем временем операция «Морской лев», назначенная на середину сентября, так и не началась. Еще 13 сентября Гитлер, учитывая общий ход воздушного наступления на Англию, которое вели люфтваффе, распорядился отложить ее на конец месяца. Затем в октябре стало окончательно ясно, что Геринг не сможет сдержать своего хвастливого обещания уничтожить английскую авиацию и обеспечить полное господство люфтваффе в воздухе над Ла-Маншем и Южной Англией. В дальнейшем дата начала операции переносилась еще несколько раз, пока 9 января 1941 г. Гитлер окончательно не отдал приказ отменить все приготовления к ней.
Постепенно и абвер свернул свою операцию по массированной заброске агентов на территорию Англии. Этому в немалой степени способствовала усилившаяся активность ночных истребителей RAF. Полеты на малых и средних высотах над Ла-Маншем и Северным морем стали чрезвычайно рискованными. В итоге за первую половину 1941 г. в Англии на парашютах были высажены всего два агента: 31 января – Йозеф Якобе и 14 мая – Карл Рихард Рихтер. Они также были арестованы, отказались сотрудничать с МИ5 и позднее в том же году были казнены.
Фактически операции по заброске агентов в Ирландию и Англию стали для специальных эскадрилий и абвера своеобразными учениями. Тогда еще немцы не подозревали, что война затянется на долгие годы, а шпионов во вражеский тыл придется забрасывать буквально тысячами!
Глава 2
Мы сбрасывали русских «партизан»
Радость крестьян
Уже во втором квартале 1941 г. немцы начали заброску шпионов и диверсантов в приграничные районы Советского Союза. В основном они формировались из бывших жителей Западной Польши, а также Прибалтийских стран, которые ранее сбежали на территорию Третьего рейха и согласились сотрудничать с германской разведкой. Чтобы понять, как она получила в свои руки этот контингент, следует немного вспомнить о событиях полуторалетней давности.
14 сентября 1939 г., через две недели после нападения Германии на Польшу, на передовицах газеты «Правда» появилась статья «О внутренних причинах военного поражения Польши». Из коей выяснилось, что Польское государство в основе своей гнилое и разобщенное. А все потому, что поляки, живущие преимущественно на западе страны, не предоставили востоку, населенному в основном украинцами и белорусами, автономии, равноправия, не сделали украинский язык вторым государственным и т. п.
Выход статьи был не случайным. К этому времени советское руководство осознало, что судьба Польши фактически предрешена, и само готовилось ввести войска в восточную часть страны. В связи с этим требовалось срочно создать нужное общественное мнение.
«Казалось бы, что правящие круги Польши должны были наладить с такими крупными национальными меньшинствами нормальные отношения, обеспечить за ними национальные права, дать им хотя бы административную автономию, если не политическую автономию, дать национальные школы, культурные учреждения и т. п. Ибо ясно, что без обеспечения таких или подобных им национальных прав для национальных меньшинств невозможно сохранить многонациональное государство, невозможно обеспечить его внутреннее единство и жизнеспособность», – сообщала «Правда», которая, по словам Сталина, «никогда не врет».
Ну а в продолжение сказанного в 5 часов утра 17 сентября советские войска перешли границу Польши, дабы «освободить» братские народы. «12 часов 30 минут. Смолкли песни. Тишина. Все собрались слушать речь по радио товарища Молотова. Лица напряжены. В сердце западает каждое слово и рождает на щеках яркий румянец. Взгляд наполняется радостью. Как все просто и величественно! Все понятно. Товарищ Молотов сообщает о вступлении советских войск на территорию Польши для освобождения братьев-украинцев и братьев-белорусов», – писала газета «Горьковская коммуна».
На всех предприятиях, во всех колхозах и деревнях страны сразу же прошли митинги, на которых трудящиеся горячо одобряли «мудрое решение» советского правительства. Так, бригадир В. Синицын из колхоза Арзамасского района Горьковской области бегом побежал в сельсовет, куда подвозили свежие газеты. А заполучив пару номеров, сразу помчался на лошади в поле к звеньям, убирающим картофель. «Товарищи! Наши войска вошли в Польшу!» – радостно кричал он прямо на скаку. А в обеденный перерыв все колхозники собрались на коллективную читку. «Ну и правильно! А то ишь какие гады эти паны, столько лет над украинцами измывались», – доносилось из толпы.
