Но Россия-то не такая! Русские строили Асуан и помогали отбиваться от коварных и жестоких израильтян, обучали военному делу и поставляли передовое по тем временам оружие. Так что нам нечего делить, господа россияне! Дайте немного времени, на арабских землях наступит полный Диснейленд, с бандами будет покончено, а приграничная торговля и взаимопомощь расцветет пышным цветом!
Молодец, Саид Нафаль! Браво!
В речи египтянина звенел многолетний опыт выступлений, исправно отрабатывала свое практика убеждения масс, политическая грамотность и неплохое владение риторикой — говорил он как по писаному. По всему выходило так, что правящая верхушка Нового Каира вообще как бы не при делах, напротив — официальная власть изо всех сил старается обуздать преступные кланы, гоняющие по степи на квадрах и убивающие мирных людей буквально за понюшку табака. Где главари кланов берут те самые квадроциклы, топливо для них и прочие ресурсы, необходимые для организации и проведения набегов, арабский президент тактично умолчал.
В завершение своей речи Саид предложил:
— Все мы понимаем, что в Новом Мире таятся еще неведомые нам опасности и угрозы. Новые вызовы впереди, и лишь Создатель знает о них достоверно. Насколько же проще будет нашим народам преодолевать трудности, если мы сохраним отношения, позволяющие, в случае необходимости, объединить наши силы и выставить Светлое войско на пути Тьмы!
Одним словом, россиянам было предложено встать вместе с арабами под ружье, пойти и дать крепкой красной звезды и зеленого полумесяца всем несогласным с таким альянсом. С получением соответствующего профита. Сидевший позади нас Голдбрейх удовлетворенно хмыкнул, посчитав, что его прогнозы начинают сбываться.
После Саида выступил Сотников.
Ничего не рассказывая о трудностях и опасностях, он сразу заявил, что точка невозврата еще не пройдена, непоправимых в глобальном смысле ошибок, политических и военных, пока не совершено. Однако арабы с самого начала проявили себя далеко не самым лучшим образом, устроив в Новом Мире нечто, весьма смахивающее на геноцид. Это пятно, которое уже не стереть из истории Нового Мира.
— Представьте себе, уважаемый господин Нафаль и его коллеги, что будет, если несколько анклавов, в недалеком будущем объединившись в общемировой союз, решат создать на новой Земле новый же Трибунал по расследованию фактов военных преступлений, геноцида и античеловеческой позиции некоторых правительств? Думаю, никто не захочет увидеть себя в кованой решетке зала международного суда… А ведь эти самые бандитствующие кланы, так досаждающие вам, на которые в пределах наших новых границ объявлена настоящая бескомпромиссная охота, где-то берут технику, топливо, боеприпасы! Они сбывают награбленное, у них выкупают пленников… Это серьезная проблема, и нам необходимо ее решать сообща, в ближайшее время. И на сегодняшний-то момент в Замке Россия хватает людей из числа вновь прибывших, которые считают себя в состоянии самой настоящей кровной мести со всем арабским анклавом… И нам очень трудно их удерживать от непродуманных поступков. Очень.
— Мы хорошо вас понимаем, господин Сотников! Могу вас заверить, что в самое ближайшее время с самоуправством кланов, особенно ливийских, будет покончено, — с чувством оскорбленного достоинства произнес Нафаль.
— Так будет лучше для всех, — кивнул Сотников. — Возьму на себя смелость обратить внимание египетской стороны на тот факт, что уничтоженные люди, представители национальных монокластеров, на момент трагедии не были гражданами России. Сейчас ситуация изменилась, мародеры и налетчики, нагло и беззастенчиво пользуясь ресурсами Нового Каира, оперируют в зоне проживания и промыслов граждан русского анклава. И вот тут таится огромная опасность возникновения никому конечно же не нужной большой войны. Все дело в том, что наше новое законодательство разительно отличается от былого. Жизнь гражданина анклава — высшая ценность, и если хоть один русский гражданин будет убит в ходе стычки с арабскими налетчиками, то последует неизбежное жесточайшее наказание: за одну свою жизнь мы обязаны взять на порядок больше. Таков Новый Закон, так хочет сам народ, и нам остается лишь выполнять его волю.
Сотников повернулся к Лагутиной и озабоченно спросил:
— Елена Михайловна, каковы были требования на последнем митинге общин?
Комендант кивнула, глянула в планшет, что-то там листнула и объявила:
— «Отодвинуть северную границу анклава в Междуречье еще на тридцать километров севернее», — это дословно, господин президент.
— Это еще не все, — немедленно встрял Бероев, начиная выполнять свою роль в этом политическом блефе. — Кроме того, митингующие настойчиво требовали поставить по границе пулеметы крупного калибра, интегрированные в систему электронного наблюдения и контроля, обеспечив еще и трехкилометровую зону сплошного поражения.
— Вот видите! — сокрушенно развел руками Командор. — Уверен, что вы меня хорошо понимаете, многоуважаемый коллега: все мы люди выборные и обязаны прислушиваться к требованиям своего электората…
— Но весь Новый Каир не может отвечать за преступление кучки негодяев и глупцов! — вежливо возмутился Саид. Умеет изворачиваться: и здесь чувствуется практика. — Подобная экспансия никому не принесет пользы!
— Вы совершенно правы, уважаемый господин Нафаль! — тут же согласился Сотников. — Поэтому на первом этапе мы будем удовлетворены, если вы сможете оперативно предоставлять нам информацию о количественном составе таких бандитствующих групп и местах их дислокации. Мы искренне готовы вам помочь, поверьте! Наш тяжелый спецназ наготове! И готов оперативно действовать. Кроме того, мы надеемся, что власти Нового Каира, в свою очередь, проведут соответствующую разъяснительную работу с уважаемыми лидерами таких недисциплинированных кланов. Во избежание, так сказать. Кстати, неосвоенных материальных ресурсов в этой части Междуречья уже не существует, поверьте, мы тщательно проверили всю площадь.
Знал я, что вся политика строится на вранье, но вот так, воочию, столь захватывающий процесс видел в первый раз. Международные терки на предмет окончательного определения демаркационной линии продолжались еще некоторое время, и стороны пришли к соглашению, что больше ни один араб не должен проникать дальше уже обозначенной нами границы. А наши сухопутные разведгруппы, в свою очередь, не будут тревожить арабские земли правобережья к северу от границы и до хребта Этбай, что тянется до самой Волги. Я не обеспокоился такой перспективой — с этих земель мы уже выгребли три «захоронки», а все «локалки» наверняка давно подобрали сами арабы.
Сотникова в данный момент потревожить было нельзя, и потому Гольдбрейх наклонился к нам с Русланом:
— У них где-то есть еще одна обширная площадка для грабежа…
Про двух пленных, вкалывающих на таежном «лесоповале», арабы уже знали из предварительных радиопереговоров и предложили обмен на захваченных словенцев. У них — вот ведь удача! — как раз завершилась операция по разоружению бандгруппы, несчастные были спасены, вытащены из зиндана. Судя по всему, Нафаль с корешами заранее взвешивал все «за» и «против» и, понимая, что большая часть оставшихся словенцев находится у нас, уже не надеялся получить ассимиляционные ништяки. И зачем тогда держать пленных вопреки возможности обменять на своих?
После перерыва начался очень осторожный обмен оперативной информацией, географической и политической. Египтянам были почти без утайки сообщены наши познания об откликнувшихся селективных кластерах, вкратце упомянули о товарищеском партнерстве с французами. После чего последовали вопросы Сотникова.
Из ответов египтян, если им в той или иной степени доверять, мы узнали следующее: судьба украинцев так и не прояснена, не слышали, не появлялись. Поляки прошли куда-то дальше на запад. Таинственный анклав, столь беспокоящий французов, египтянам отчасти знаком, мало того, они имели с ним огневой контакт! Разведгруппа арабов вышла к Сене, уже в западном течении реки, и практически сразу была обстреляна с противоположного берега из автоматического оружия неизвестной рейдовой группой. Арабы начали огрызаться, бой длился около часа, после чего разведка отступила. Дальнейшее наблюдение новых данных не принесло, во всяком случае, именно в этом уверял нас Шариф Таузи. Скорее всего, в основной части он не обманывал.
