уже готова была завизжать от ужаса. Едва она открыла рот, чтобы закричать, как тень от окна метнулась к ней и большая мужская ладонь зажала ее рот.
- Тише, это я, - прошептал Воронцов.
Она узнала его голос. Но что он делает в ее спальне поздней ночью?
Алексей убрал руку, давая ей возможность вдохнуть.
- Алексей Васильевич, Вы с ума сошли?! - прошипела она как рассерженная кошка, - Уходите немедленно! Что будет, если Вас застанут здесь?!
Алексей усмехнулся, обняв ее за тонкую талию, притянул к себе и впился в ее губы поцелуем. Аня сначала пыталась оттолкнуть его, но… Она так долго ждала этого, мечтала о том, чтобы он поцеловал ее, что ее руки вместо того, чтобы отталкивать, обвились вокруг его шеи. Она приоткрыла губы, позволяя ему сделать этот поцелуй еще более глубоким, интимным. Когда он оторвался от нее, оба тяжело дышали. Ее губы припухли и алели на бледном лице, что было заметно даже в призрачном свете луны, проникающем в комнату через окно.
- Уходи, - пошептала она.
- Поздно, - ответил Воронцов, устремив взгляд куда-то поверх ее плеча.
Аня обернулась и с ужасом уставилась на брата, стоящего в дверях, привалившись плечом к косяку.
- Папеньку сейчас разбудить? - спросил Андрей, - Или до утра подождать?
- Буди, - усмехнулся Алексей, - Я не убегу.
- Ты… Вы… Вы это нарочно подстроили! - переводя взгляд с одного на другого, произнесла Аня, - Как ты мог? – накинулась она на брата, невольно повысив голос.
Кульминацией стало появление в спальне дочери хозяина дома.
Никита Александрович смерил сына своего друга отнюдь недружелюбным взглядом.
- Я так понимаю, Алексей Васильевич, Ваше предложение моей дочери остается в силе? – осведомился он.
Алексей кивнул, подтверждая его слова.
- Ну, что ж, полагаю завтра, то есть сегодня утром, видеть Вас у себя, а теперь извольте покинуть мой дом!
Глава 4
Аннушка в оцепенении наблюдала, как Алексей выходит из ее спальни. На пороге он обернулся, и послал ей насмешливый взгляд.
- До встречи, Анна Никитична!
Девушка присела на кровать, дотронулась подушечками пальцев до своих истерзанных его поцелуем губ. Память еще хранила ощущение тепла его ладоней на обнаженной коже плеч, от чего сладко заныло в груди. Она так хотела услышать его признание в любви, но все получилось так, как того хотел Алексей. Если сегодня она не согласится на его предложение, завтра перед ней закроются двери всех светских гостиных, и она станет парией, девицей с подмоченной репутацией. Ни о какой хорошей партии тогда и речи быть не может. Аня не питала иллюзий относительно того, что сегодняшнюю выходку Воронцова удастся сохранить в тайне. Слишком громко она выразила свое недовольство брату его участием в этой неприглядной истории. Уже завтра прислуга разнесет весть об этом пикантном происшествии по всему Петербургу. Похоже, что у нее действительно не было выбора. Какой наивной она была, полагая, что сможет добиться осуществления своей детской мечты, увидеть этого повесу у своих ног! Все обернулось полной противоположностью. Он просто взял то, что захотел, ни слова не сказав о каких бы то ни было чувствах.
Алексей возвращался домой в приподнятом настроении. Пройдя в свою комнату, он, не прибегая к помощи камердинера, стащил сапоги, сбросил сюртук и улегся на кровать, заложив руки за голову. Ему вспомнился поцелуй, его манящая сладость, тихий стон, сорвавшийся с ее губ, когда она прильнула к нему. Алексей улыбнулся. Девушка действительно выросла и уже ничем не напоминала ту девочку-подростка, какой он ее запомнил перед отъездом в Европу. Утром ему предстояла встреча с бароном Строгановым, но не это волновало его.
Вряд ли отец одобрит способ, каким он заполучил невесту. Во времена его бесшабашной молодости фамилия Воронцова слишком часто звучала в устах светских сплетников, поэтому теперь Василий Андреевич очень ревностно относился к репутации семьи, да и матушку огорчать не хотелось. «Но что сделано, то сделано», - думал он, проваливаясь в глубокий сон.
Никита Александрович, не дождавшись Алексея, к обеду сам явился к князю Воронцову. Василий Андреевич, выслушав историю о ночных похождениях своего старшего отпрыска из уст лучшего друга, был вне себя. Велев позвать сына, он в нетерпеливом ожидании расхаживал по кабинету из угла в угол.
Дворецкий, услышав весьма громкий разговор светлейшего князя с его гостем, поспешил передать его содержание Софье Алексеевне. Княгиня Воронцова на удивление спокойно восприняла новости о выходке своего сына и принялась размышлять о грядущих хлопотах, которые немедленно возникнут в связи с будущей свадьбой, ибо из этой ситуации выход мог быть только один.
Алексей Васильевич ни о чем не подозревая, спокойно почивал в своей спальне. На громкий стук камердинера в дверь он только приоткрыл глаза. Яркое полуденное солнце заливало светом комнату, свидетельствуя о том, что он явно проспал. Чертыхнувшись, он вскочил на ноги.
- Войдите! – громко крикнул он.
В дверном проеме показался его лакей.
- Алексей Васильевич, Вас его светлость к себе требует.
- Значит, донесли уже, - вздохнул Алексей.
Натянув свежую рубашку, Воронцов младший почти бегом спустился вниз. Он немного помедлили перед дверью кабинета отца, но потом, взявшись за ручку, решительно распахнул ее и вошел.
- Доброе утро, сын, или уже день, - язвительно начал князь.
- Доброе, папенька, - усмехнулся Алексей, видя отца в таком раздражении.
Значит, не ошибся он, полагая, что князю уже все известно, и именно для разговора о ночных похождениях Василий Андреевич возжелал видеть его.
- Алексей Васильевич, это как же Вас угораздило подобную глупость-то совершить?
- Пари проиграл! - поднял он голову, и с вызовом глянул в глаза отца.
- Это что же за пари такое, чтобы ночью через окно в комнату к незамужней девице влезть?! – гневно спросил князь, - Ну ладно, влезть. Но попасться при этом! Батюшка Анны Никитичны с меня головы Вашей требует.
- Ну, головы это, пожалуй, что слишком, а вот жениться ему придется, - произнес Никита Александрович, - Я так полагаю, что вопрос этот уже решенный, осталось только «договориться об объявлении помолвки и времени свадьбы».
- Да что тут говорить, - махнул рукой Воронцов-старший, - Два месяца вполне достаточно, чтобы подготовиться.
- Ступай, - обратился он к сыну, - Нам с Никитой Александрович благодаря тебе есть теперь, что обсудить.
Алексей, резко развернувшись, пулей вылетел из отцовского кабинета и с размаху налетел
