— О! Нет... — с облегчением воскликнула девушка. — Они лишь связали меня и были... чрезвычайно неучтивы. — Они не... — она замялась.
— Вы хотите сказать, что они вас не насиловали, — помог ей Рафик.
— Нет.
Рафик вздохнул с не меньшим облегчением, чем Белл.
— Белль, все позади, вам больше не нужно держать себя в таком напряжении. Вам сейчас нужно расслабиться и отдохнуть. Даже если расплачетесь, это пойдет только на пользу. Ничего зазорного в этом нет.
Он осторожно провел рукой по ее спутанным волосам.
Изабелл и не догадывалась о том напряжении, в каком продолжала пребывать, пока он ей об этом не сказал. И теперь слезы сами подкатили к горлу, она жалобно пискнула, губы задрожали, глаза наполнились влагой. Рафик обнял ее...
Но Изабелл тотчас устыдилась своей слабости, попыталась встать на ноги, скрыться от чужих глаз, где-нибудь уединиться. Это был инстинктивный порыв, который он остановил:
— Тише, тише, — шептал ей на ухо Рафик. — Все прошло, просто поплачь...
И она сдалась.
Белл обняла своего сильного друга, положила голову на его плечо, и тихие слезы бесшумно покатились из глаз. Ее плечи обмякли, руки стали ватными, перестали дрожать. Она успела отплакаться, успокоиться.
Изабелл сидела все на том же месте, глядя покрасневшими глазами на море, когда к берегу причалило небольшое судно, с которого сошло несколько человек во главе с Даудом. Рафик направился к ним. Он пожал руку британскому консулу — Дэвиду Гиллхему, который был в числе прибывших. Изабелл узнала его.
В Каруме не было австралийского представительства, но поскольку мистер Макдоналд являлся британским подданным, консульство Британии курировало поиски пропавших. Изабелл бросилась навстречу прибывшим и успела поймать обрывки фраз приветствия.
— Ваше Высочество, — высокопарно жал руку Рафика Дэвид Гиллхем. — Позвольте выразить вам...
— Высочество? — изумленно выпалила девушка.
Тут Дэвид Гиллхем обратил свое внимание и на нее.
— Мисс Уинтерс, вы меня помните?
— Конечно, я помню вас, мистер Гиллхем!
— Я рад видеть вас в добром здравии, за что хочу принести свою благодарность...
— Ну, к чему все эти формальности, — прервал его Рафик.
Наконец до консула дошло, что Рафик скрыл от похищенной свой статус. Наверное, для этого были причины... Загадочно улыбнувшись ей, мистер Гиллхем торжественно произнес:
— Мисс Уинтерс, имею честь представить вас шейху Рафику Камилу ибн Макрам аль Актар — наследному принцу Карума.
ГЛАВА ТРЕТЬЯ
Рафик кивнул в сторону поста охраны, выставленного возле больничной палаты, в которую поместили Изабелл Уинтерс.
— Ваше Высочество, — спешил к нему лечащий врач Изабелл. — Мисс Уинтерс сейчас отдыхает. В ее состоянии сон лучше любого лекарства. Не могли бы вы навестить ее чуть позже?..
— Мой визит будет очень коротким, — Рафик решительно направился к палате, несмотря на увещевания доктора.
Он не анализировал своего страстного желания вновь видеть ее. Просто спешил убедиться, что его подопечная в порядке.
Да и времени у него, как у официального лица, было не так много. Предстояло изучить последствия разрушительного действия произошедшего стихийного бедствия, обсудить с кабинетом министров меры по их устранению, встретиться с руководителями национальной службы безопасности и детально разобрать обстоятельства похищения иностранных граждан. Но прежде он хотел видеть Изабелл Уинтерс.
В палате Изабелл была одна. Жалюзи смягчали яркость дневного солнца. Он увидел хрупкую девушку, лежащую на больничной койке. Она спала. Ее светлая головка покоилась на белоснежной подушке. Личико выглядело хоть и болезненно бледным, но удивительно спокойным, по-детски светлым. Простыня накрывала ее до самой шеи.
Доктор появился в дверном проеме вслед за принцем.
— Ваше Высочество, мисс Уинтерс может проспать так до завтрашнего утра. Мы сообщим вам, когда она проснется.
Рафик подошел к койке, склонился над ней, заглянул в лицо, отметил размеренность легкого дыхания. Спокойный сон здорового человека. Рафик отлично знал, что могло с ней статься, сложись все менее удачно. Изабелл была настоящей счастливицей.
Он убедился, что ее запястья перебинтованы, ссадины на плечах обработаны специальным составом. Оставалось надеяться, что с внутренней болью она справится сама, и тогда ее действительно можно считать счастливицей.
Рафик знал множество случаев, когда подобные похищения людей оканчивались смертями, тяжелыми увечьями, насилием. Возможно, на ее стороне была стихия, которая помешала головорезам вернуться на остров раньше спасателей и уничтожить своих жертв, как они часто делали, опасаясь разоблачения.
Ее счастье, что зачинщик и лидер бандитской группировки — Селим аль Мурнах — не принимал личного участия в похищении. Этот преступник имел дурную славу ценителя женских прелестей. В своих утехах он был крайне безжалостен.
Счастливица, думал Рафик, глядя на спокойное лицо Изабелл. Лишь восковая бледность и растрескавшиеся пересохшие губы напоминали о перенесенном ею несчастье. Он внимательно оглядел ее черты: прямой нос, светлые, красиво очерченные брови, плотно сомкнутый, четкий рот, который, несмотря на бледность губ, привлек его особое внимание, тонкий, изящный овал лица...
Красота девушки не отличалась яркостью, не будоражила душу внезапными фантазиями, не отнимала дар речи, не повергала мужчин ниц, но, однажды разглядев ее, ты становился преданным ценителем такого простого и чистого человеческого совершенства.
— Ваше Высочество, — тихо обратился к Рафику доктор.
— Да, да... Я уже ухожу, — кивнул принц. — Я просто должен был убедиться, что с мисс Уинтерс все хорошо. Она и мистер Макдоналд с этого момента мои особые гости. Информируйте меня обо всех изменениях в их состоянии.
— Будет исполнено, Ваше Высочество, — ответствовал лечащий врач.
— Вы пришли? — раздался голос мисс Уинтерс.
Рафик присел рядом с ее кроватью, взял в свою ладонь перебинтованную руку.
— Я не мог не прийти, маленькая страдалица, — бесконечно нежно ответил Рафик. — Не думали же вы, что я вас тут брошу.
Сухие губы чуть растянулись в тихой грустной улыбке.
— Смела ли я надеяться, Ваше Высочество? — робко произнесла смущенная его нежностью девушка.
— Теперь вы сами убедились, что наша особая пациентка чувствует себя удовлетворительно, Ваше Высочество. Полагаю, после вашего визита она быстрее пойдет на поправку. Я прав, мисс Уинтерс? — спросил доктор, чем смутил девушку еще сильней.
