Читаем без скачивания Прайс-лист для издателя - Чингиз Абдуллаев

– Да, – кивнул Дронго, – несколько минут назад. Его зарезали.

– Какой кошмар! – всплеснул руками неизвестный. – Я не знаю, кто это такой, понятия не имею. Можно, я уйду, чтобы не связываться с полицией? Я вас не выдам, честное слово.

– Это не я его убил, – мрачно ответил Дронго. – Но уйти отсюда вы сможете только в том случае, если покажете мне свои документы.

– Что?!

– Документы. Я должен увидеть их, чтобы убедиться в вашей невиновности.

– Да, да, конечно. – Мужчина торопливо достал водительское удостоверение.

– Ральф Альбринг, – прочел Дронго имя и фамилию неизвестного. – Вы работаете на ярмарке? – спросил он, возвращая документы.

– Нет. Я приглашенный эксперт.

– Эксперт? – удивился Дронго. – По каким же проблемам?

«Неужели и этот незнакомец, которого так выворачивает наизнанку от одного вида убитого, может быть экспертом по преступности?» – несколько озадаченно подумал он.

– Наше издательство из Дрездена будет проводить презентацию альбома по парковому искусству народов мира, – пояснил Альбринг, – а я – эксперт по парковому дизайну.

– Понятно, – улыбнулся Дронго. – Вам действительно лучше уйти, чтобы не иметь неприятностей с полицией.

– Вы меня отпускаете? – удивился дисциплинированный немец.

– Конечно. Идите…

Альбринг сделал два шага по направлению к выходу и неожиданно обернулся:

– Почему вы меня сразу отпускаете? А если я причастен к этому преступлению?

– Тогда это убийство не было бы для вас такой неожиданностью, и вы отреагировали бы гораздо спокойнее, – заметил Дронго, показывая на раковину.

– Да, конечно, вы правы, – чуть покраснел Альбринг, – извините меня еще раз. Я лучше пойду, – и быстро вышел из помещения.

«Обязательно пойдет в полицию, – добродушно подумал Дронго. – Немцы – люди аккуратные и пунктуальные. Достаточно неправильно где-то припарковаться или нарушить правила дорожного движения, и вы сразу увидите добродушную старушку, которая записывает номер вашей машины, чтобы сообщить об этом в полицию. Для бывших советских людей это называлось плохим словом «стукачество». Для немцев это обычная практика сотрудничества добропорядочных граждан со своей полицией. Дронго вспомнил, как переехавший в Нюрнберг его двоюродный брат рассказывал ему о первых днях, проведенных на немецкой земле. Когда однажды вечером они вместе с детьми сделали немного громче звук телевизора, чтобы вместе посмотреть популярную программу, к ним сразу постучались сотрудники полиции. Оказывается, соседи мгновенно отреагировали на шум и вызвали патруль.

На следующий день двоюродный брат встретил этого соседа и обратился к нему с вопросом:

– Зачем вы вызвали полицию? Вы могли просто постучаться ко мне, и я сразу бы убавил звук телевизора, если он вам так мешал.

– А зачем мне вас беспокоить? – искренне удивился сосед. – Я сразу позвонил в полицию, чтобы они приехали.

Они так и не поняли друг друга. И Дронго не сомневался, что добропорядочный специалист по парковому дизайну Ральф Альбринг обязательно сообщит в полицию об убийстве и неизвестном иностранце, который разговаривал с ним по-английски.

Через минуту в помещение буквально ворвались сразу несколько человек вместе с Дюнуа. Кроме самого профессора, здесь был Уотсон, а также трое неизвестных немцев, один из которых оказался руководителем службы безопасности книжной ярмарки Вольфгангом Грисбахом. Еще через несколько минут в помещении появились сотрудники полиции, затем приехала бригада экспертов, и, наконец, по-явился сам начальник городской полиции герр Хайнц Фюнхауф, который тепло поприветствовал Дюнуа, несмотря на прискорбные обстоятельства встречи. Он был выше среднего роста, уже седой, грузный, кряжистый; носил очки и страдал одышкой.

Им отвели специальную комнату для консультаций. Пока Фюнхауф ждал донесения экспертов, он успел познакомиться с Дронго, не скрывая своего хорошего отношения ко всем коллегам Дюнуа, и сообщил ему:

– Мы сейчас просмотрим все записи систем видеонаблюдения, но там, в коридоре, не было никаких камер. Кому придет в голову устанавливать их над входом в туалет или на служебных лестницах?

– Ты распорядился, чтобы фиксировали всех, кто выходит из павильонов? – спросил Дюнуа.

– Грисбах уже отдал приказ, как только мы узнали о случившемся. Но все равно все проходили через электронные турникеты, где фиксировался их выход, поэтому через два часа мы будем знать, сколько человек покинули ярмарку именно за те несколько минут, когда вы обнаружили убитого. А вы сами никого не видели у туалета?

– Видели, – ответил Дюнуа, – неизвестного молодого человека в кожаной куртке. Мне кажется, он был немного не в себе.

– Сумеете его узнать?

– Конечно.

– Я распоряжусь, чтобы вам показали все записи наших камер в залах четыре и четыре-один, – предложил Фюнхауф и добавил: – Хорошо, что вы оказались там в этот момент.

– Как будто нарочно, – вздохнул Дюнуа, – словно преступления ходят за нами по пятам.

– Я тоже об этом подумал, – поддержал его Дронго. – Но мне кажется, что дело не в том, что мы их к себе притягиваем, просто мы реагируем на все не совсем так, как обычные люди. Ведь любой посторонний, кто увидел бы подобную картинку, мог испугаться, сбежать или постараться не вмешиваться. А мы всегда оказываемся в эпицентре подобных проблем. Если хотите, виной тому наше неравнодушие.

– Красивые слова, – снова вздохнул Дюнуа, – хотя, наверное, ты прав.

В комнату вошли двое. Один, очень высокий мужчина, который, казалось, ростом был даже выше самого Дронго, – Вольфганг Грисбах; и другой, чуть выше среднего роста, – инспектор Пауль Меглих.

– Что у вас? – обратился к ним начальник полиции.

– В кармане убитого нашли его документы, – сообщил Меглих. – Это Марк Ламбрехт, гражданин Германии, проживает в Майнце. Его супруга – Ева Ламбрехт, работает в канцелярии бургомистра Майнца, а он был частным предпринимателем, возглавлял небольшое издательство, состоявшее всего из восьми человек. Ему сорок шесть лет. Пока удалось узнать только это.

– Какой оборот у его издательства?

– Небольшой. Они занимаются выпуском пособий по строительству. Такие прикладные книжки. В издательстве работает только восемь человек.

– Это издательство было зарегистрировано для участия в книжной ярмарке? – мрачно поинтересовался Фюнхауф. – Где находится их павильон?

– Нет. Оно слишком маленькое, – ответил Меглих.

– Тогда как здесь оказался Ламбрехт?

– Пришел по приглашению книгоиздательской фирмы из Гамбурга «Баухауз». Они специализируются на выпуске книг по строительству и архитектуре, – пояснил Грисбах. – Сейчас мы найдем руководителя компании и пригласим к нам на беседу.

– Пригласите его ко мне, – решил начальник полиции. – Мои гости настолько опытные и известные эксперты, что, возможно, нам даже не понадобится проводить специальное расследование, – улыбаясь, добавил Фюнхауф.

– Он пришел сюда еще до открытия, – продолжал Грисбах. – Мы пытаемся проверить, с кем именно он мог контактировать, но для этого нужно просмотреть все записи с камер наблюдения. За один день мы можем не успеть.

– Введем данные на погибшего в компьютер и постараемся быстрее его найти, – предложил Меглих.

– Действуйте, – дал «добро» начальник полиции, – к вечеру у меня должны быть первые результаты.

Когда Грисбах и Меглих вышли, он взглянул на своих коллег и, словно размышляя вслух, спросил:

– Интересно, кому могла понадобиться смерть Ламбрехта, этого несчастного мелкого издателя из Майнца?

– Прикажи, чтобы нам принесли какие-нибудь сандвичи, – попросил Дюнуа, – я ничего не ел с самого утра. Ждал обещанной встречи с тобой.

– Сейчас распоряжусь, – поднял трубку телефона начальник полиции.

В комнату вошли Брестед и сопровождавшая его фройляйн Зудхоф. Она представила американского издателя начальнику полиции, и Брестед сразу запричитал:

– Какое счастье, что с вами все в порядке! Наверное, убийца просто спутал вас с этой жертвой и случайно убил оказавшегося там посетителя, который не имел никакого отношения к нашим книгам… Фройляйн Зудхоф мне уже все рассказала.

– О чем вы говорите? – удивился Дюнуа. – При чем тут книги?

– Видимо, есть силы, которые не хотят презентации наших книг, – заговорщицки понизив голос, пояснил Брестед. – И они решили убрать вас, как руководителя группы авторов, чтобы сорвать презентацию. Я думаю, что мы так и дадим эту новость в газеты.

«Вот мерзавец, – весело подумал Дронго, – он даже из смерти неизвестного человека собирается сделать рекламу своим книгам».

Очевидно, так же подумали Дюнуа и Фюнхауф.

– Это убийство не имеет никакого отношения к презентации, – твердо заявил Дюнуа.