Лэсситер удобно устроился на одном из стульев. Перед ним стоял стакан виски, осушенный наполовину.
— Ты меня застал врасплох, — сказала она, как будто имела дело со старым знакомым. — В это время обычно никогда не бывает гостей. Ты хочешь остаться на ночь?
Лэсситер чувствовал, как его возбуждение растет. Ни на одно мгновение он не задумывался, что этот трактир мог быть ловушкой. Как, однако, человек может ошибаться!
— Ты здесь живешь одна? — спросил он.
— Пока да, — ответила она. — Мой муж уехал на некоторое время. Я сама справляюсь в лавке.
— А поля?
— Эти посевы растут сами. А до уборки урожая он вернется.
— Он уехал надолго?
— Он ищет золото в Монтане, — сказала она. — Он все еще твердо верит в большую удачу.
Она обошла вокруг каменного прилавка, налила виски и опрокинула его в себя, как будто это была вода.
— Ты можешь тут переночевать, если у тебя есть желание, — сказала она затем как бы погодя. — Я думаю, ты сегодня все равно далеко не уедешь.
— Я принимаю приглашение, — сказал он.
Она засмеялась.
— Это не приглашение, мой дорогой. Это тебе будет кое-что стоить.
— Сколько?
— Две.
— Против этого нечего возразить.
— Я имею в виду, естественно, две сотни.
Она снова обошла вокруг каменной стойки, покачивая бедрами. Было явно видно, что под этим платьем ничего не было надето.
— Хорошо, все в порядке, — сказал он. — Ты мне нравишься, и ты удивительно откровенна.
Она приблизилась своей возбуждающей походкой и встала совсем вплотную к нему, как будто ожидала, что он будет дальше действовать без особых церемоний.
У него все еще не возникало никаких подозрений. В конце концов, он не в первый раз переживал подобное. Страстная женщина, которая жаждала мужчину, — нормальное явление. И наконец, он сам не был каким-то приблудным бродягой.
— Меня зовут Луа, — сказала она, и ее глаза заблестели.
— Лэсситер, — промолвил он и обнял ее за талию.
В следующее мгновение она сидела у него на коленях. Платье как будто само скользнуло вверх почти до начала ее бедер.
— Ты мне нравишься, Лэсситер, — выдохнула она со стоном. — Мне кажется, ты совершенно потрясающий парень. — Она прижалась губами к его рту и одновременно переменила свою позу с какой-то кошачьей мягкостью, а ее раскинутые ноги уже обвили его бедра.
С этого момента разговоров больше не было, любые слова — лишние в этой ситуации. И Лэсситер все еще не думал ни о чем дурном. С ним не случилось ничего такого, чего бы не могло произойти с любым мужчиной. В такие минуты рассудок отключается.
Что за огонь тек в жилах этой женщины? Именно такой представлял ее себе Лэсситер, когда увидел у пруда.
Когда первый необузданный порыв* был позади, к нему снова начал возвращаться рассудок.
— Когда, по-твоему, могут быть гости?
— Сегодня их уже не будет.
— Ты уверена?
— Люди бывают здесь только по определенным дням, — улыбнулась она. — Ты можешь совершенно не беспокоиться. Нас никто не потревожит до завтрашнего вечера.
— Тогда я могу без всяких помех искупаться, — отметил он.
— Само собой разумеется. Я тоже иду с тобой.
Они вышли наружу и немного позднее уже плескались в прохладной воде бассейна, который был искусно облицован камнями.
Луа прижалась к нему и обхватила его под водой своими длинными, стройными ногами.
— Ты классный парень! — простонала она одобрительно. — Даже холодная вода на тебя не действует…
Они засмеялись. Время летело незаметно. Солнце стояло уже низко, когда они наконец вышли из бассейна.
В зале Лэсситер снова оделся.
— Но теперь я зверски голоден, — сказал он. — Однако прежде я позабочусь о своем коне.
— Я за это время приготовлю что-нибудь, — сказала она и исчезла на кухне.
Лэсситер вышел наружу и расседлал буланого жеребца. Потом он поставил его в загон. Он не обращал внимания на окрестности, все его мысли витали вокруг страстной Луа, этого рыжеволосого ангела в глуши.
Постепенно темнело. Когда он вернулся в трактир, там соблазнительно пахло жареным мясом. Они ели роскошное жаркое из баранины и пили крепкое красное вино.
— Ты мог бы остаться и дольше, если пожелаешь, — сказала Луа.
— Мне нужно еще кое-что сделать, — возразил он. — Я должен поехать в Мексику. Важные дела.
— Я понимаю.
— Что?
— Нечистые дела, — хихикнула она с удовольствием, — Могу заключить любое пари.
— Я произвожу такое впечатление?
— Ты можешь мне ничего не выдавать. Оставь свои секреты при себе. Это твои дела.
Она была явно уязвлена. Он молчал. Через пару минут она снова заговорила.
— Я могла бы дать тебе несколько неплохих советов, — сказала она. — Я ведь знаю кое о чем, что происходит здесь в пограничной местности.
— Да? И что могло бы быть для меня интересным?
— Весьма вероятно, я помогла бы тебе устроиться на работу. Дальше к западу живет богатый владелец ранчо, который постоянно ищет подходящих людей. Ты когда-нибудь слышал о Кинсберге?
— Не имею понятия. Кто это?
— Могущественный скотовладелец. Он чертовски богат. Ты можешь заработать у него приличные деньги.
Он выпил глоток вина и посмотрел ей в глаза. В них появилось выражение, которое ему не понравилось.
— Я могла бы свести тебя с ним, Лэсситер, — сказала она. — Но ты, конечно, сначала хочешь поехать в Мексику.
— Это я мог бы сделать и позднее, — размышлял он. — И примерно сколько мог бы я заработать у Кинсберга?
Кинсберг был тем человеком, который его интересовал. Кинсберга подозревали в том, что он с широким размахом вел торговлю людьми. Отсутствовали лишь решающие доказательства против него. За ними Лэсситера и послали в разведку из седьмой бригады.
И теперь ему представился шанс установить контакт с Кинсбергом. Ничего лучшего нельзя было и пожелать.
Луа смотрела на него все более странно, и затем сказала после небольшой заминки:
— Может, ты наконец перестанешь играть в прятки, амиго? Ведь ты же приехал только ради Кинсберга, тебе нужна его шкура. Признайся, и я помогу тебе.
Он увидел, что его разгадали. Лишь теперь у него как будто пелена спала с глаз.
— Таким образом, ты разыгрывала передо мной представление, — сказал он. — Тебе дали задание у меня все выведать.
Она серьезно кивнула:
— Да, Лэсситер, так как от этого зависит мое существование. Эта ферма относится к владениям Кинсберга. Если я не сделаю того, что он требует, со мной будет здесь покончено. А я тут чертовски хорошо зарабатываю. Но теперь я решилась помочь тебе, Лэсситер. Я все время размышляла об этом. Ты мировой парень. Я не хотела бы, чтобы они тебя убили.
