Эти форты должны обеспечить достаточно надёжную защиту залива от прорыва нежелательных гостей. Маловероятное, но все-таки возможное событие и мы должны быть к нему готовы. Фултон вернулся к демонтажу машину, и скоро у нас должна была появиться лесопилка. С её помощью строительство пойдёт быстрее.
К сожалению, этим планам было не суждено сбыться в намеченные сроки. Через три дня после ухода флейта, а именно седьмого июня тысяча восемьсот шестого года, у нас началась эпидемия кори. И одной из первых заболевших стала моя жена, Мария Мануэла.
Глава 3
Двадцать первое июня тысяча восемьсот шестого года, Миссия Долорес, Верхняя Калифорния.
— Доброе утро, дорогая.
— Доброе утро, ты опять всю ночь не спал?
— Что делать, больных много, а врачей наоборот всего трое. Ночью была моя смена.
— Еще и я тебя подвела.
— Чем же?
— Заболела.
— Не говори глупости. В этом нет твоей вины. Корью очень легко заразиться. А теперь пей, — я беру только что принесенный кувшин с отваром и наливаю целую кружку.
— Не хочу, надоел он мне, — Мария нарочито надула губки, получилось забавно, но мне не до смеха.
— Вот сейчас ты меня подводишь. Пей давай. Я уже говорил, сейчас тебе надо пить не меньше галлона жидкости, а лучше даже больше.
— А почему нельзя просто воды?
— И это я уже говорил. Это отвар из трав, который помогает тебе справится с болезнью. Он не устраняет причину, но помогает бороться с симптомами.
— Эх, ну хорошо, давай сюда.
Не знаю, что там может не нравиться, вкус и запах вполне себе ничего, но у каждого свои предпочтения.
Мария Мануэла выпила большую кружку отвара, и я подал её тарелку с завтраком. Аппетит у неё появился, это хорошо, совсем скоро она поправится.
— Ты сейчас пойдёшь отдыхать? — спросила она, прежде чем приняться за еду.
— Конечно, я же не железный, — соврал я жене. Нет у меня времени для отдыха, совсем нет. Сотни людей от меня зависят.
* * *
Мэтр Абенамар, на наше счастье он, как и я переболел этой гадостью в детстве и имел иммунитет, приступил к выполнению моей просьбы и тут же выявил второй случай кори. Он думал, что это первый, но когда онпришёл с этой новостью ко мне, то узнал что это уже второй больной. Первым была Мария Мануэла.
Она проснулась посреди ночи от того что у неё жар, и нет бы сразу разбудить меня! Нет, она решила подождать утра, «ведь ты так устаёшь и я решила тебя не будить», зла не хватает! Странный и глупый поступок умной женщины, надеюсь, что в будущем этого больше не повторится.
Так или иначе, когда я проснулся, Мария сообщила что у нее температура. Я еще раз померил, да почти тридцать восемь,
— Открой рот, — так и есть пятна Бельского-Филатова-Коплика, хорошо различимые и не оставляющие сомнений. Это корь, — ты заразилась корью. Немедленно в постель, теперь тебе нельзя с людьми контактировать, по меньшей мере, две недели.
— Что теперь будет?
— К сожалению, прямо сейчас у меня нет лекарства. Та сыворотка которой я пользовался на английском судне изготавливается из крови заболевших, но уже выздоравливающих людей, — сказал я имея ввиду свое подобие сыворотки Дегквица. Поэтому скорее, что я буду брать кровь у тебя, чтобы помочь другим, как бы ни ужасно это ни звучало, но это так. Других лекарств нет, но симптомы я постараюсь облегчить, ты только лежи.
Как только стало известно о первых случаях кори, я тут же запретил любые контакты с местными. Скорее всего было уже поздно, кто-то из моих людей точно заразил жителей Миссии Долорес, но это всё равно поможет в в борьбе с распространением инфекции. Затем мы организовали карантин, изолировали больных и стали ждать обнаружения новых случаев.
Которые постоянно выявлялись, и к концу третьего дня у нас на карантине находилось почти пятьдесят человек, а еще через два дня четыреста. На этом, впрочем, распространение инфекции остановилось, сработали вовремя организованные карантинные мероприятия.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Конечно, ни о какой работе по плану говорить не приходилось, сначала надо справиться с эпидемией, а потом уже строить, развивать и создавать.
Чем еще, помимо сыворотки можно помочь больным корью сейчас, когда нет ибупрофена, парацетамола, аспирина и прочих достижений цивилизации? Только одной вещью, вернее двумя, но они связаны.
Обильное теплое питье, при том не просто питье а отвар растений содержащих салицилаты плюс отвар цитрусовых. Второе мы изготовили очень быстро, в Миссии Долорес были хорошие фруктовые сады. С моря дул достаточно сильный ветер и для защиты от него построили стены за которыми росли и апельсины и лимоны, то что нужно сейчас.
Да. с цитрусовыми проблем не было а вот с природными заменителями аспирина пришлось повозиться, прежде чем их изготовить. Я вообще, сначала сомневался что удастся хоть что-то сделать, но природа Калифорнии мне очень сильно помогла.
Отвар у нас получился трехкомпонентный: кора калифорнийского родственника осины, местная ромашка и побеги салмонберри, ягодного кустарника из того же семейства что и обычная малина. Это варево мы готовили буквально тысячами литров, каждый день пока шла эпидемия. Пришлось организовывать целые заготовительные экспедиции по местным лесам, что бы обеспечить нужное количество ингредиентов.
Мария Мануэла болела очень тяжело, пару дней температура держалась больше тридцати девяти градусов. И как бы мне не хотелось, я не мог всё время находиться у ее постели, слишком много людей нуждались в помощи, поэтому спал я по два-три часа в день. Впрочем, она справилась и пошла на поправку. И стала капризничать. Но это очень хорошо, значит всё в порядке.
Мы справились, вспышка эпидемии была потушена, карантин и сыворотка Дегквица сработали великолепно. Правда, не обошлось и без потерь, два взрослых и один ребенок вот какую цену мы заплатили. Вполне в пределах статистики двадцать первого века и фантастически мало для века девятнадцатого где от этой напасти люди гибли тысячами.
Особенно большие потери от эпидемий кори несли индейцы, не имевшие никакого представления что это такое и как с этим бороться. Да и не могли они ничего сделать, по большому счету. Единственной действенной мерой является карантин а его организация невозможна без государства. Которого у коренных жителей Северной Америки не было.
Вернуться к выполнению намеченных планов по строительству поселения на южном берегу пролива, рядом с Миссией Долорес, мы смогли только в начале августа.
* * *
Первое сентября тысяча восемьсот шестого года.
— А не плохо работает, Роберт! — пытаясь перекричать визг циркулярных пил, сказал я Фултону.
— Да, мистер Гамильтон, производительность выросла в двенадцать раз, только успевай дерево подвозить.
— Прекрасно, просто прекрасно! Огромное вам спасибо. И зайдите ко мне вечером. Есть разговор.
Ну хоть что-то идет по плану. Фултон как всегда меня радует. Он демонтировал-таки машину «Флориды» и, проведя ее тех. обслуживание, установил на лесопилку. Теперь она работает круглые сутки и пилит, пилит, пилит.
Строительства форта на южном берегу пролива идет полным ходом. Думаю, что к концу сентября мы закончим и сразу приступим к сооружении такого же на северном берегу.
Параллельно с этим строится и наш поселок. В центре поставим школу, именно она станет центром притяжения всего поселения, рядом две церкви, католическая и православная для моих греков, больница и многофункциональное здание. В нем планируется мэрия, большой зал для собраний и банк. Раз уж мы в Калифорнии то не надо забывать о наиболее ценном с точки зрения людей этого времени ресурсе, о золоте.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Золота тут много и примерно понятно, где его искать. Но прежде чем заняться его добычей, мне необходимо поставить под контроль местные испанские миссии. Вот почему мы сразу не пошли вглубь залива, а остановились тут, в Миссии Долорес.
