Вообще ему не позавидуешь, сначала Резанов тут все под себя подмял и крутил им как хотел. Теперь вообще я с двумя сотнями солдат, обидно должно быть. Но мне его обиды до лампочки. Пусть спасибо скажет за деньги и молчит в тряпочку.
В начале октября из Новоархангельска вернулся Плетнев с еще одним грузом угля и первыми русскими переселенцами с Аляски. Это послужило знаком того, что пора мне уже отправлять экспедицию на восточный берег залива. Искать железо и место для будущего форта Росс.
Интерлюдия 2
Первое сентября тысяча восемьсот шестого года. Флорида, недалеко от Сент-Августина.
— Приветствую тебя, Аахйя, вождь народа семинолов.
— Приветствую, Текумсе, вождь народа шауни. Зачем ты здесь?
— Красные мундиры воюют с синими. И нам нужно решать что делать дальше.
— Но ты и так союзник англичан, ты уже выбрал сторону.
— Этого мало, США слишком сильны. Англичане не победят, если на их стороне будут только племена великих озер.
* * *
После провокации устроенной Гамильтоном на Ямайке в британской колониальной администрации произошел раскол. С одной стороны там было достаточно здравомыслящих людей, которые понимали, что США не причастны к тем событиям и сейчас не время для попытки реванша за поражение двадцатилетней давности.
С другой стороны имелись и ястребы, призывавшие к немедленному объявлению войны, морским бомбардировкам американских городов и наступлению на Вашингтон.
В итоге сначала был принят компромиссный вариант и первого марта, одновременно с началом путешествия Гамильтона английские эскадры, базировавшиеся на Карибских островах и в Канаде вышли в море. Их целью было прекращение американского судоходства и установлению блокады над американскими портами.
При этом к блокаде побережья США смогла приступить только канадская эскадра из четырех фрегатов. Карибская же была начисто разгромлена возле Барбадоса неизвестными кораблями американцев.
В ответ на это четырнадцатого марта президент Джефферсон на заседании конгресса объявил что «топор английского дровосека снова занесен над древом американской свободы и надо приложить все усилия, чтобы не дать сторонникам диктатуры победить».
Уже через неделю, в сторону Йорка (Торонто), столицы британской провинции Верхняя Канада, выступил большой отряд из почти двух тысяч пехоты и тысячи драгунов под командованием вернувшегося на военную службу генерала Хамптона. Это были практически все наличные силы американцев на тот период. Предполагалось, что этот отряд сможет, выйдя из Нью-Йорка обойти озеро Онтарио с севера и выйти к Йорку.
Одновременно с этим американское правительство объявило экстраординарный сбор добровольцев в бывших тринадцати колониях и в недавно присоединенной территории Луизиана. В последней, формирование большого отряда было поручено губернатору, а теперь еще и генералу Уилкинсону, заочному врагу Александра Гамильтона.
Отряд генерала Хамптона был наголову разгромлен двадцатого апреля возле городка Кингстон. При этом американцы имели численное преимущество. Им противостояли всего около двух тысяч англичан под руководством полковника Айзека Брока. Но сказалось и лучшая подготовка английских солдат и то, что полковник Брок был лучшим военачальником, чем Хамптон.
Его полк, набранный еще в Англии, ударил точно в центр американских позиций и опрокинул стоящую там бригаду территориальной милиции. Ополченцы не выдержали и побежали. Спустя каких-то пятнадцать минут их примеру последовали и остальные американские части.
Во время боя и последовавшего за ним преследования, было убито почти полторы тысячи американцев, а тысяча взята в плен. В Нью-Йорк вернулось не более пяти сотен человек.
Больше боеспособных наличных сил у правительства США не было, оставалось ждать пока будут сформированы новые добровольные полки и бригады.
У британцев, впрочем, дела тоже были не сильно лучше. Отряд полковника Брока, названного «Спасителем Канады» хоть и разгромил американцев, но был потрепан и ему требовалось пополнение.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Таким образом, к первому мая противники не могли везти никаких наступательных действий и начали активные переговоры с индейцами, британцы с конфедерацией Текумсе, а американцы с «пятью цивилизованными племенами».
Британцы могли сказать, что у них всё получилось. Текумсе сходу принял их предложениие и его воины, коих поначалу было не очень много, всего около трех тысяч, принялись нападать на американских колонистов на территории Иллинойса и Мичигана. Не то чтобы этот индейский вождь был большим поклонником британской колониальной империи, вовсе нет, просто Текумсе справедливо считал британцев меньшим злом по сравнению с США.
А вот у американцев дело с коренными жителями континента не заладилось. У них был преданный сторонник среди индейцев, вождь племени чокто Пуштамаха, он выступал за всемерную поддержку Вашингтона. Но неожиданно для себя Пуштамаха обнаружил, что семинолы, а вслед за ними и крики с чероки заявили о своем нейтралитете.
Всё лето обе стороны судорожно наращивали свои силы, американцы довели численность армии до десяти тысяч, а англичане до пяти. Конгресс утвердил командующего армией, им стал вновь возобновивший службу генерал Халл и американцы уже собрались снова выступить на Йорк, но пришла шокирующая новость.
Текумсе взял Детройт. А вслед за ним и еще несколько фортов, что лишило противника контроля над западными озерами.
Наступление на Йорк пришлось отложить, и американцы выступили к Детройту. Это позволило полковнику Броку захватить форт Ниагара и Огденсбург, что существенно укрепило позиции англичан.
Детройт был передан англичанам, воины Текумсе отошли и рассеялись по окрестным лесам, а сам он отправился в во Флориду, к семинолам, верховный вождь которых в очень резкой манере отказал Пуштамахе.
* * *
— Значит, ты считаешь что англичане не победят американцев? — спросил Ахайя.
— Я в этом уверен, они более умелые воины, а их предводитель, полковник Брок, намного лучше руководит, чем все командиры американцев, но силы слишком не равны.
У англичан могут быть небольшие успехи, особенно с нашей помощью, но рано или поздно эта война закончится в пользу американцев.
— Ты думаешь, они захватят земли англичан?
— Нет, но и англичане не добьются успеха.
— Так в чем же дело?
— Это плохо для нас, американцы продолжат давить на племена возле озер, и нам придётся уйти со своей земли. А потом заставят и вас. Особенно после того как вы отказали Пуштамахе.
— Я понял, а теперь мне нужна тишина, чтобы подумать.
Ахайя молча смотрел на огонь через клубы дыма и думал, вернее вспоминал.
Именно это говорил ему Белый Дух: «настанет время и вас заставят уйти со своей земли, часть из вас уйдет на болота, а часть на северо-запад, где многие погибнут». Вот какие слова говорил отец его внука, прежде чем отправиться на запад.
Именно из-за этих слов Ахайя отказал Пуштамахе и не послал своих воинов на помощь синим мундирам. А теперь перед ним сидит этот воин с севера и говорит то же самое.
— Ты так уверен в своих воинах, что оставил их без вождя? — Ахайя решил сменить тему чтобы немного потянуть время и посмотреть на Текумсе.
— Да, и полковник Брок знает об этом. Мои воины без меня займутся и уже занимаются мелкими поселениями американцев, нигде, особо не задерживаясь и не подставляя себя под удары. Когда я вернусь, неважно с каким ответом, мы снова соберемся для битв с американцами.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Понятно. Вот тебе мой ответ. Ты не первый, кто говорил мне об опасности которую несут американцы, если бы эти слова я услышал бы только от тебя, ни один мой воин не сдвинулся бы с места. Но тому человеку я верю, тем более, что я ему очень обязан. Поэтому я, Ахайя, говорю сейчас от лица всех семинолов. И мой ответ такой: я встану рядом с тобой Текумсе.
