Анжелика хотела что-то сказать, но Яна вытерла ладонью слезу, невесело улыбнулась и пошла прочь, оставив Анжелику наедине со своими мыслями.
А ведь в чем-то Яна была точно права. Если поверить всему, что ей говорили, то прошел уже месяц после исчезновения. Это большой срок.
- Мы идем? – спросила Вика, выходя из магазина.
- Куда?
- Я провожу тебя домой. Могу зайти, если хо…
- Нет.
- Что же, нам все равно идти в одну сторону.
***
Придя в выделенную ей квартиру, Анжелика замерла у входной двери. План действий развалился на части. Бежать? Куда? Даже если учесть, что ей говорили неправду, с ней творилось что-то странное. А если еще и поверить всему, то она и вовсе по уши в дерьме.
Сумка выпала из рук. А на смену растерянности пришла уверенность. Анжелика сняла верхнюю одежду, села на кровать и включила ноутбук. Набрала в поисковике: «девушка умерла в метро, СПБ», надеясь, что это даст нужный результат. Долго искать не пришлось, уже на первой же странице, она увидела свое имя… Перейдя по ссылке, Анжелика прочитала статью о том, как ей стало плохо в метро, как один парень вытащил ее на станцию и вызвал скорую. Потом прибежали две девушки, подруги, как они выразились. Анжелика на этом моменте задумалась, откуда у нее вдруг появились подруги, но потом догадалась, что это были Вика и Яна. Затем девушку, потерявшую сознание, увезли в больницу, но было уже поздно. Она умерла. Далее Анжелика прочитала еще одну статью, от которой у нее пошли мурашки по всему телу. Оказывается, в больнице потеряли ее тело. Оно было найдено лишь спустя пару дней, а потом по ошибке отправлено на кремацию. То есть родственники даже не успели его опознать.
Анжелика уже едва сдерживала слезы, смотря на свое фото, прикрепленное к новости. Она вся тряслась, глаза заволокла пелена.
Кажется, она и правда умерла. Кажется, что ей говорили правду. Кажется, что она влипла по самое ни хочу. Что же делать? Что же теперь делать?
А может, она не умерла? Ее похитили! Вот только зачем? Зачем?
Анжелика прошла на кухню и взяла нож для разделки мяса. Руки немного дрожали, но она знала, что должна сделать это. Она прошла в ванную и сняла джинсы. Крепко сжала в руке нож и присела на край ванны.
Она не будет сильно себя резать. Просто маленький надрез. Теперь это ее территория, она сама это сделает, а значит, что никаких фокусов тут быть не может.
Анжелика провела ножом по бедру, скорее царапая кожу, нежели делая порез. Появилась кровь. Руки задрожали, дыхание сперло, Анжелика уже приготовилась почувствовать боль, но ничего не произошло. Она решила, что это от шока и решила промыть рану. Однако едва вся кровь ушла в слив, царапина исчезла. Анжелика замерла.
- Может и не было царапины? – пробормотала она.
Спустя секунду Анжелика вновь сжимала в руках нож. Она должна дойти до правды, чего бы ей это не стоило. Она должна понять, что тут происходит.
Она снова провела ножом по бедру, но теперь уже более уверенно и в полную силу. Хлынула кровь, сомнений быть не могло – рана глубокая. Но боль так и не приходила. Анжелика направила душ на рану, которая затягивалась на глазах. Вскоре кожа стала гладкой, словно и не было раны.
Анжелика не смогла сдержать слезы, ведь осознала, что никакой это не розыгрыш…
Анжелика села в ванну и дала волю слезам.
Она не могла понять, почему все случилось именно так, почему жизнь выбрала ее. Почему-то каждый всегда уверен, что с ним ничего плохого не произойдет. Так уж сложилось, что человек слушает чужие истории, смотрит передачи по телевидению, фильмы, потом сопереживает персонажам с тяжелой судьбой, но сам же всегда уверен, что подобные невзгоды обойдут его стороной.
Но с Анжеликой это случилось. Ее больше нет. Нет ее привычной жизни. Не суждено уже исполниться ее мечтам. Никогда.
Никогда. Какое странное слово. Какой огромный смысл оно несет.
Она больше никогда не поговорит со своей мамой. Не поругается со своим папой. Даже не зайдет в ненавистный институт, не поздоровается с одногруппниками, которых некогда ненавидела. Никогда. Этого больше не произойдет. И от того сердце едва не разрывалось на части.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
От каждого воспоминания прежней жизни грудь сдавливало все сильнее, слезы текли по щекам, тушь размазалась.
Вот мама печет шарлотку, а дедушка все шутит, что на столе еще нет главной закуски. А вот папа читает утром газету и отказывается читать новости онлайн. Ругает правительство. Дедушка с горящими глазами рассказывает ей про последний матч Зенита. А вот дед отводит ее в сторону, и они обсуждают ее рукопись. А вот и бабушка, что желает ей каждый праздник поскорее найти любовь и выйти замуж.
Даже воспоминания о преподавателях и парах приносили лишь боль. Она не любила институт, но едва осознала, что больше не вернется туда, не получит диплом, внутри стало так больно.
Казалось, что кто-то вырезал ей сердце прямо без наркоза.
Анжелика вспомнила, как жила раньше в одной квартире с родителями. Не сказать, что они сильно любили друг друга, но, тем не менее, были одной семьей. Ужинали вместе и рассказывали друг другу о том, как прошел день.
В институте она училась потому… а почему собственно? Потому что сумела туда поступить? В школе она была уверенна, что делает правильной выбор, идя на журналистику, но уже на втором курсе эта уверенность стала увядать. Ей хотелось увидеть мир, побывать в каждом уголке планеты, написать сотню книг, стать писателем… Кто же знал, что этому никогда не суждено сбыться?
Странно, что пока Анжелика училась в институте, она ненавидела каждую секунду, проведенную в храме знаний. Она не желала общаться ни с кем, кто окружал ее. Она лишь ждала окончаний мучений и после дома запиралась в своей комнате наедине с компьютером, наедине с «ее миром».
Теперь же она бы многое отдала (хотя у нее больше ничего не было) лишь бы вернуть те дни.
Она сторонилась людей. Каждого, кто хотел с ней познакомиться, она умело отшивала. Она не желала никого впускать в ее маленький мир. Она находилась там одна, и ей было комфортно.
Анжелика всегда уверяла себя, что одиночка. Твердила себе, что ей намного лучше одной.
Но она просто не умела доверять людям.
Анжелика сделала глубокий вздох, пытаясь унять слезы. Сняла с себя мокрую одежду и завернулась в полотенце. Делать что-то, планировать что-то, или еще хуже – думать, у нее не было сил, а потому она просто упала на кровать и уснула, где-то в глубине души веря, что скоро придет добрый дядечка волшебник, который устроит ее жизнь и исполнит все мечты.
========== Глава 3. Чужаки ==========
- Вставай, соня! А то опоздаешь на работу!
Анжелика вздрогнула и открыла глаза. Да, она все еще находилась в этой странной квартире, да она все еще мертва (может, это просто болезнь, а? А может, она и вовсе стала супергероем?).
Вика хозяйничала на кухне, готовя завтрак. Только сейчас Анжелика задумалась, как уже второй день подряд Вика умудрялась попадать в квартиру. У нее что, есть ключ? Непременно нужно будет отнять его.
- Яичница на столе, солнце, - сказала Вика и улыбнулась.
Анжелика лишь скорчила гримасу и нырнула под одеяло. Она уже второй день совершала стратегическую ошибку. Нужно было уходить… Хотя, у нее ведь все равно пока нет плана действий. Ей некуда идти.
- Ну же! Мы ведь не хотим опоздать, правда?
Анжелика сдалась и поднялась с кровати.
- И долго ты будешь исполнять роль моей мамочки? – зевая, спросила Анжелика.
- Пока не буду спокойна за тебя.
- Всегда… - пробормотала Анжелика себе под нос и заперлась в ванной. С прической, разумеется, была беда. Анжелика себе напомнила, что нельзя ложиться спать с мокрой головой. Сделав пучок на скорую руку, она умылась, потом отрепетировала в зеркале улыбку, которая должна всех убедить, что она в полном порядке, всему верит и не собирается никуда бежать. Потом Анжелика плюнула на это, ведь оказалась ужасной актрисой.
В магазин они не опоздали. Анжелика сама не понимала, почему вообще соглашалась приходить сюда. Обычно она делала лишь то, что хотела. А в этот список точно не входила работа в магазине всякой чепухи.
