с Андреем шумно выдохнули. По их спинам бегали мурашки. В одной из спален кто-то тихо плакал. Дрожа, Стёпа повернулся к Андрею, собираясь сказать что-то, но тот его опередил.
– Он слеп. Монстр слеп.
Стёпа непонимающе посмотрел на друга.
– Ты всё это время стоял со включённым фонариком, – Андрей указал на телефон, который его Стёпа сжимал в руке. Тот с ужасом поднял руку.
Довод Андрея оказался ужасающе убедительным, ведь чудовище прошло прямо рядом с ними. К тому же, будь монстр зрячим, мальчишку у двери он бы тоже заметил. Стёпа, тяжело дыша, сполз на пол. Его сознание заполнили мысли о том, что было бы с ними, если бы монстр действительно видел. Он постарался выбросить их из головы и спустя пару минут медленной паники поднялся на ноги.
– Мы могли бы попробовать прикончить эту громадину, – сказал Андрей, прохаживаясь туда-сюда по коридору.
– Мы же не собираемся гоняться за монстром с мечом на перевес?.. – пробормотал Стёпа, всё ещё не до конца пришедший в себя.
– Ну…, – начал Андрей, но решил не договаривать.
– Может, нам стоит заставить его каким-то образом протаранить стену? Видел, у него огромные рога – задумчиво произнёс Стёпа.
– Нет, не вариант, – ответил Андрей, выглядывая в окно.
– Почему?
– Ты правда думаешь, что монстр будет пытаться забодать нас до смерти? Ты видел его рога? Они тонкие и ветвистые. А лапищи видел? Длинные с огромными когтями. К тому же, ты сам предположил, что эта тварь – разумная. Он может просто не купиться на попытки пробить им стену. Да и реакция у него слишком хорошая, чтобы так рисковать, – недовольно фыркнул Андрей. Стёпа в ответ лишь разочарованно вздохнул.
Они стояли посреди коридора и пытались придумать хоть какой-нибудь выход из положения. Однако ситуация казалась… безвыходной. Что можно было сделать, будучи запертыми в огромном тёмном замке наедине с кучей испуганных подростков и жутким огромным монстром? Ответа на этот вопрос ни Стёпа, ни Андрей придумать пока что не могли.
Они двинулись по коридору. Смысла торчать там и ждать чего-то не было. Внимание Стёпы вновь привлекла огромная двойная дверь в конце коридора. Он подошёл к ней и осторожно, опасаясь, как бы дверь не закрипела, отворил её. Воздух внутри оказался настолько спёртым и пыльным, что Стёпа тут же закашлялся.
– Да, сюда давненько никто не заходил, – морщась, произнёс Андрей.
Войдя внутрь, они очутились в огромной зале с узкими стенами и высоким потолком, скрывавшемся во мраке. В дальнем её конце было расположено громадное окно. В свете полной луны были отчётливо видны очертания залы. Она была практически пустой: ни на полу, ни вдоль стен не было никакой мебели. Только бархатный ковёр, поеденный молью, устилал пол.
Посмотрев на стены, друзья заметили висящие на них огромные картины. Это были многочисленные парадные портреты людей в красивых одеждах и с надменными лицами. Некоторые из них уже совсем обветшали, другие казались почти не тронутыми временем.
– Никаких следов погрома, – заметил Стёпа.
– Видимо, наш рогатый друг сюда не заходит.
– Либо заходит очень осторожно…
Стёпа принялся медленно идти вдоль стены, разглядывая картины. Один за другим он проходил портреты живших в замке леди и лордов. Они все смотрели на него пустым, бесстрастным взглядом, выражавшим лишь мёртвое величие ушедших времён.
Пройдя весь зал, Стёпа обнаружил, что последний портрет, висевший прямо у окна, был скрыт занавеской из тёмного бархата. Вероятно, кто-то пытался уберечь картину от выцветания в солнечных лучах. Он заметил, что из-под нижнего края шторы льётся тускло-золотое свечение. Молодой человек нахмурился и сдёрнул занавеску с картины. Перед ним предстал очередной портрет в резной деревянной рамке, с краёв которой свисали слабо светящиеся нити. Они выглядели точно так же, как в комнате с камином. Нити, плавно переливаясь, спускались с верхней рамки прямо на пол.
– И всё-таки, что это за хрень? – спросил подошедший Андрей.
Но внимание Стёпы было приковано вовсе не к нитям. Он пристально смотрел на картину под ними. Портрет во весь рост изображал женщину в пышном платье. У неё было бледное лицо и тонкие поджатые губы. В руках женщина сжимала… что-то. Довольно большой, судя по очертаниям, предмет, расположенный в её руках, был… выжжен с картины. Вместо него на портрете было огромное обгорелое пятно, словно кто-то намеренно испортил портрет горящей головёшкой. Рядом с женщиной на картине была изображена маленькая девочка в чёрном платье и с длинными тёмными локонами. Внизу, под рамкой картины, была прибита к стене металлическая дощечка с выгравированной на ней подписью: “Рождение Этора. Последняя леди.”
– Как думаешь, она всё ещё живёт здесь? – произнёс Андрей, разглядывая женщину на картине.
– Это ребёнок? – не обращая внимания на вопрос друга, Стёпа указал на пятно.
Андрей пожал плечами.
Закончив осматривать портретную галарею, они вышли обратно в коридор. Оглядевшись по сторонам, они направились в сторону, куда несколько минут назад умчался монстр с телами двух своих жертв. Дойдя до конца холла, они очутились на просторной лестничной площадке. На этот раз перед ними предстала не узенькая винтовая лестница для слуг, а широкие каменные ступени. Они поднялись на один этаж. Затем на следующий. Ребята всё поднимались и поднимались, преодолевая один пролёт за другим. В этом тёмном заброшенном замке парадная лестница казалась единственным местом, не пострадавшим от бесчинств обитавшего в нём чудовища. Впрочем, причина, вероятно, крылась в том, что на лестнице почти ничего не было. Лишь несколько рыцарских лат стояли на площадках. Но ступени были столь широкими, что монстру, должно быть, без труда удавалось по ним пройти, не сшибая ничего на своём пути.
Поднявшись на пять этажей вверх, они вышли к огромному балкону. Точнее, к чему-то, что много лет назад им было: теперь некогда огромное панорамное окно было заколочено досками, а роскошные диванчики и кресла были изодраны и перевёрнуты. Из-под обломков резных столешниц виднелись осколки разбитой посуды. На стенах печально висели старые картины, словно спрятавшиеся во мраке от увиденных ими ужасов. Балкон являл собой довольно плачевное зрелище. Впрочем, справедливости ради нужно было отметить, что плачевным казался весь замок.
Они поспешили покинуть балкон и направились в примыкавшие к нему комнаты. Одну за другой они преодолевали многочисленые гостиные, как и весь замок, пребывавшие в разрушенном и разгромленном состоянии: мебель была разломана, статуи разбиты или изувечены, даже пол и стены в некоторых местах покрыты выбоинами или длинными царапинами. Исходя из увиденного, можно было сделать вывод о том, что скорее всего, гоняясь за своими жертвами, он громил всё подряд без лишних сожалений. «Интересно, был
