протирать тело Кэра. От их прикосновений тело аурлийца бил озноб.
Знаний, полученных от Лазара и других жителей Долины, было достаточно, чтобы понять, что сейчас его омывают представители эльфийской расы. Некогда великий народ, попав в рабство Империи, теперь проклинал свое бессмертие. Практически никому из них не удалось сохранить рассудок. Со временем, не выдерживая страданий и позора, каждый из них уходил в себя, превращаясь в безвольную марионетку, способную выполнить любой приказ. Несмотря на все их старания, Кэр все еще ощущал исходящий от него неприятный запах.
В ближайшие несколько дней отступница так и не появилась. Аурлиец уже мог позволить себе некоторые телодвижения, но подняться с кровати все еще был не в силах, даже при помощи Уве. На четвертый день в комнату вошла она. Немного поведя носом, отступница подошла к окну и распахнула ставни, впуская в комнату свежий воздух. Усевшись в свое кресло у потухшего камина, она легко провела рукой, предлагая аурлийцу занять место в соседнем. Следовавший по пятам Уве что-то прошептал ей на ухо, давая понять, что дела Кэра еще не настолько хороши, чтобы он мог позволить себе столь далекое путешествие из одного конца комнаты в другой.
Не скрывая своего недовольства, женщина подошла к стулу, стоявшему возле кровати аурлийца. Даже в такой ситуации лейтенант не мог не оценить ее красоту. Кожаный корсет, надетый поверх красной туники, подчеркивал ее тонкую талию. Высокие сапоги доходили практически до середины бедра. К одному из них крепились ножны для небольшого кинжала. Острые контуры лица подчеркивали ярко-голубые глаза. Длинные белоснежные прямые волосы были собраны в хвост. Однако Кэр не обманывался, за этой красотой таилась большая опасность.
— Рада, что тебе удалось выкарабкаться, — произнесла она на языке древних без малейшего акцента.
— Расскажи мне все, — аурлийцу было по-прежнему тяжело говорить, и он не собирался тратить немногочисленные силы на конкретные вопросы.
— Какой резвый, тебе жизни не хватит, чтобы выслушать все, что я могу рассказать, — отступница хитро прищурилась, отказываясь играть по предложенным Кэром правилам.
— Кроме меня кто-то выжил? — задавая этот вопрос, Итан уже и сам понял, что прекрасно знает на него ответ, но девушка из вежливости покачала головой.
Возникла пауза. Вопросы в голове Кэра соревновались в очередности, перемешиваясь и не давая ему рассуждать последовательно. Отступница изучала ногти на своей руке, делая вид, что это действие интересует ее значительно больше, чем собеседник.
— Как тебя зовут? — спросил аурлиец, чтобы потянуть время и успокоить творящийся в голове беспорядок.
— Минна, — ответила она, не оставляя у лейтенанта сомнений в том, что имя ненастоящее.
— То существо, что спасло мне жизнь… Кто оно?
— Наконец-то нормальный вопрос, — расхохоталась отступница.
— Хотелось бы получить на него ответ, — сказал Итан, стараясь скрыть проникающие в голос нотки озлобленности.
— Лазар рассказывал вам о том, что наш мир лишь маленькая частица пустоты? Ресурс в войне порядка и хаоса?
Кэр кивнул, давая понять, что подобное слышит не впервые. Увлекшись ожиданием того, что сейчас узнает, он даже не обратил внимания на легкие отголоски боли при этом мельчайшем телодвижении.
— Когда один из миров приближается к черте, за которой его ждет лишь бесконечный хаос, в мире появляется существо, подобное тому, что ты встретил. Слуга хаоса прокладывает путь для армии, целью которой является планомерное уничтожение всего живого. Ведомый своим проводником, хаос питается страданиями гибнущего мира.
— В тот день я увидел подобное существо не впервые. Почему в таком случае мы все еще живы?
— Что-то пошло не так. Первый демон появился здесь, когда наш мир начал отсчет третьего десятка тысячелетий. Прорыв образовался во время огненного дождя, принесшего новые народы. Демон Аскх оказался свободен в своей воле и посчитал несправедливым уничтожение мира. Чаша весов порядка и хаоса в тот раз покачнулась лишь по нелепой случайности, поставившей наш мир на пути осколков десятков разрушенных.
— Я знаю, что Аскх умер не своей смертью. Что произошло? — сказал Итан, вспоминая легенды аборигенов острова Хольта.
— Аскху было интересно наблюдать за тем, как в одном мире будут уживаться те, кто в одном мире оказаться никак не должен был. Можно назвать это своеобразным дьявольским экспериментом. Демон решил, что наш мир достоин второго шанса, и стал его хранителем. Мы были в безопасности до тех пор, пока Империя не начала свою войну, не оставившую в стороне никого.
— Тогда появился второй демон?
— Верно, ее звали Белиус. Первый из слуг хаоса уже ждал свою сменщицу. За прожитые в нашем мире тысячелетия Аскх полюбил его. Он надеялся убедить ее оставить этот мир нетронутым. Слова не помогли. Защитнику удалось показать соратнице всю ценности этого мира, лишь отдав за него свою жизнь.
— Но в бою он не погиб, — отметил Кэр, заставив отступницу впервые посмотреть на него с интересом.
— Умер он действительно не сразу. Существ, подобных ему, вообще не просто убить, но рана, нанесенная в том бою, была смертельна. Годами она отравляла его плоть, прежде чем окончательно свести в могилу. Своей цели он между тем достиг, заставив Белиус прислушаться к его доводам и пощадить этот мир.
— Откуда тебе обо всем этом известно? Даже Лазар не упоминал ни о чем подобном, — с подозрением покосился на собеседницу Кэр.
— Я знаю об этом, потому что впоследствии Белиус стала моей наставницей и учителем. Она и поведала мне историю Аскха. Перед смертью он взял с Белиус обещание позаботиться об этом мире.
Сознание Кэра вернулось к временам пребывания на острове Хольта. Лабиринты священной пещеры дикарей, необычные останки, медальон, подаренный аурлийцу вождем по случаю свадьбы его дочери. Лейтенант дотронулся до висящего у него на груди артефакта.
— Перед тем как потерять сознание, я видел демона. Это была Белиус? На ее шее висел точно такой же медальон. Для чего он? — стоило Итану коснуться украшения, как в голове всплыли новые детали воспоминаний, спровоцировавшие очередной поток вопросов.
— Наш мир куда более хрупок, чем может показаться на первый взгляд. Существа, подобные Аскху или Белиус, обладают такой силой, что их поступь способна разрушить саму его материю. Хаос жаждет насладиться агонией медленно погибающего мира, извлекая из него максимум, а не сжечь все дрова за раз. В подобных артефактах демоны заточают большую часть своей силы. Думаю, именно медальон на твоей шее заставил Белиус сохранить тебе жизнь. Другого объяснения у меня нет.
— Так, значит, сейчас нашему миру нечего опасаться?
— Боюсь, что планов на будущее строить не стоит. Совсем скоро после битвы при Вормсе мой учитель почувствовала изменение в балансе сил. Белиус опасается,
