Но внутренне Джошуа признавал, что он, человек, создавший одно из самых успешных предприятий, вошедший в мир богатства и власти, контролирующий целую империю, все еще чувствует себя ребенком рядом со своей старшей сестрой, все еще подсознательно ищет ее одобрения.
Возможно, он хочет доказать, что на него можно положиться? Что-то внутри него прошептало: да, он хочет быть надежным мужчиной.
И Джошуа как бы со стороны услышал свои тихие слова, сказанные без всякого энтузиазма:
— Дети могут погостить у меня.
Даниелла Сприннер скептически взглянула на него.
Он слишком поздно осознал все последствия своего приглашения.
Мисс Принни, строгая няня с чувственными губами и загадочными глазами, будет тоже гостить у него.
Перед ним открывался вход в тот мир, который уже давно мог бы принадлежать и ему. Когда-то он не позволил другому малышу войти в свою жизнь.
Своему сыну.
Он хотел быть лучшим мужчиной, достойным доверия сестры, но кого он обманывал? Он потерял веру в себя, в свою способность принимать правильные решения, уже много лет назад. Сестра даже не подозревала о беременности его университетской подруги.
Джошуа почувствовал, как затаил дыхание, надеясь на то, что Денни Сприннер догадается отказаться от его импульсивного предложения. Если бы он мог забрать свои слова обратно!
— Очевидно, в данный момент нам придется где-нибудь остановиться, — сказала она, и отсутствие энтузиазма в ее голосе в точности соответствовало его настроению. - На сегодня детям достаточно путешествий и неопределенности.
И жизнь Джошуа в этот миг тоже стала неопределенной. А он не любил, когда что-то в его хорошо организованном мире выходило из-под его контроля.
ГЛАВА ВТОРАЯ
Денни сидела на заднем сиденье такси, в груди ее кипел гнев. Как только увижу Мелани, убью ее, решила она — и тотчас опомнилась.
Такие мысли — ужасное поражение для женщины, которая гордится своим хладнокровием и непоколебимым спокойствием, по крайней мере в профессиональной сфере. И думать так в отношении Мелани означало лишь крайнее замешательство. Мелани всего лишь за несколько коротких месяцев стала для Денни кем-то гораздо важнее, чем просто работодатель.
Но спокойствие духа оказалось слабой защитой против такого мужчины, как Джошуа Коул. Он был воплощением мужественности и сексуальности с этой его ослепительной улыбкой, нефритовыми глазами, с точеными чертами лица, словно из камня вырезанным подбородком, величественной осанкой, дорогой изысканной одеждой, облегающей мускулистое тело. Все это, вместе взятое, могло смутить даже мать Терезу!
Денни знала о том, что у Мелани привлекательный брат. В доме Мэйнардсов она видела две его фотографии, но они совсем не подготовили ее к встрече с ним во плоти.
На одной фотографии ему было лет двенадцать — худой светленький мальчик, никакого намека на то, каким он станет. На другой фотографии Джошуа был в футбольной форме, выглядел вызывающе дерзким и самоуверенным. На этом снимке угадывался уже слабый отблеск того человека, которым он ныне стал.
Для Мелани Джошуа был несносным младшим братишкой, который ловко избегал ее мудрого сестринского руководства. Денни думала, что он владелец какого-нибудь туристического агентства, но совсем не президент крупнейшей международной развивающейся компании. Прочитав статью в «Народном обозрении», она испытала шок. Фотографии этого мужчины просто завораживали: он излучал какой-то магнетизм, в его дымчато-сапфировых глазах скрывалась потрясающая чувственность. Весь его облик говорил о редкой уверенности и силе.
Мелани никогда не упоминала о том, что брат ее считается «самым сексуальным холостяком в мире», хотя его холостяцкий статус, похоже, постоянно раздражал ее.
В статье имя Джошуа упоминалось наряду с именами самых богатых и красивых женщин, таких как актриса Моника Белливью, певица Карла Кенсингтон и богатая наследница Стефания Вингер-Стоун.
К тому времени, как они должны были приземлиться в аэропорту, Дениелла Сприннер, невозмутимая натура, уже порядком нервничала насчет предстоявшей встречи с Джошуа Коулом. Теперь она знала, что это надменный и могущсственный человек, у ног которого — весь мир и разбитые женские сердца.
Мелани совершила ужасную ошибку, направив се с детьми к нему. Ведь Его Величество даже не встретил их в аэропорту, скрывшись за Золотой Стеной, ограждавшей его от всяких досадных мелочей.
Нo почему же она не воспользовалась его предложением сразу уехать в Вистлер? Не потому ли, что крупные отели и маленькие дети плохо сочетаются друг с другом? Не потому ли, что она и дети сильно устали и это было не лучшее время для принятия решений?
Совсем нет. В нем было нечто, чего она совсем не ожидала.
Он не был столь надменным и потрясающим. Что-то мелькнуло на его лице, когда он прижал к груди Джейка. Это «что-то» говорило о том, что жизнь его была не такой безоблачной, какой могла показаться на первый взгляд.
Прекрати, строго сказала она себе. Они проведут с ним вечер. А завтра, отдохнув, она решит, что ей делать. Первоначальный план больше не годился. Провести с ним неделю? Какой ужас!
Но Мелани и Райану она не скажет ничего. Им нужно спокойно отдохнуть. И в интересах ли детей проводить время с дядей, которому явно некомфортно с ними? На самом деле его успех базируется на создании свободного от детей мира!
А как насчет нее? Сколько времени женщина, у которой в жилах бурлит горячая кровь, сможет находиться рядом с таким мужчиной и не влюбиться в него?
Прекрати, уныло повторила себе Денни. Он богатый и могущественный человек, и рядом с ним на фото ни разу не было такой женщины, как она.
Неизысканной, неискушенной, полноватой.
Она дотронулась до медальона, висевшего на цепочке, и почувствовала боль. Этот медальон должен был защитить ее.
Брент подарил его перед тем, как уехать в Европу.
— Это залог обещания, — сказал он. — Я его выполню.
Наверное, было бы лучше снять медальон, ведь теперь он был символом нарушенного слова. С другой стороны, он до сих пор защищал ее от беды, напоминая об изменчивости человеческого сердца, особенного мужского.
И, кроме того, Денни не была еще готова снять медальон. Каждую ночь она по-прежнему смотрела на фото, спрятанное в нем, испытывая боль потери и в то же время трепетно надеясь на то, что Брент осознает свою ошибку...
Возможно, главную ошибку сделала она сама. Верила в свои чувства к Бренту даже после того, что испытала в детстве. Разрыв се собственных родителей происходил очень тяжело. Их любовная страсть со временем превратилась в жгучую ненависть, которая разрушала все, к чему они прикасались, включая их детей.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
