Она раскрыла второй билет — и глазам своим не поверила.
Но нет, ошибки быть не могло. На втором билете не ее имя.
Настоящее время
Воскресным сентябрьским утром Фейт бодро шагала по тротуару. Она шла, обходя пьянчуг, все еще спавших у дверей, и тихонько напевала себе под нос. Прошлое оста лось в прошлом, и теперь у нее новая жизнь, которая ей нравится. К тому же она обожала осень, и ей даже казалось, что в воздухе уже чувствуется запах опавших листьев.
Вчера они отлично провели время в баре, и она совершенно выбросила из головы Адриана Рейфела и его обвинения. После скандала в пятницу вечером полицейские то и дело заглядывали в бар, но Фейт начинала петь песню о полицейских всякий раз, когда кто-нибудь из них появлялся на пороге, и посетители смеялись, не обращая особого внимания на блюстителей порядка. Фейт же была рада появлению мужчин в синей форме. Она решила, что это удержит Адриана от не обдуманных шагов.
Фейт не хотела думать об Адриане Рейфеле, не хотела портить такое чудесное воскресенье. Сейчас она за несет пакеты с продуктами к Энни, а затем поедет в одну гончарную мастерскую — говорят, там много интересного, так что не исключено, что ей удастся подыскать подходящие экспонаты для большого ноябрьского аукциона.
Поднявшись по ступенькам, она открыла дверь при юта и тотчас же услышала веселый детский смех, доносившийся со второго этажа. Этот смех согрел ее сердце, но тут же появилась и боль…
Фейт прошла в коридор и увидела кудрявого мальчика лет восьми. Он с радостным криком пробежал мимо, что бы предупредить Энни о ее приходе. И тотчас же на ступеньках лестницы и в коридоре стали появляться дети. Они улыбались ей, и Фейт улыбнулась им в ответ. В свои первые визиты она покупала детям конфеты, но потом поняла, что книжки они ценят гораздо больше сладостей. Сегодня Фейт принесла и то и другое.
Узнав одного из мальчиков, Фейт отдала ему пакет со сладостями и направилась к кабинету Энни. Дети тут же окружили мальчишку, стараясь не шуметь, чтобы не бес покоить взрослых, спящих в соседней комнате, принялись делить добычу.
Фейт быстро прошла по коридору и вошла в кабинет Энни. Шумно выдохнув, она опустила в кресло оставшиеся пакеты. Энни заглянула в пакеты и улыбнулась
— Фейт, ты просто спасительница! — воскликнула она. — Твои родители должны были назвать тебя Чарити[2].
— Так они назвали мою сестру. — Фейт достала из пакета толстый свитер ручной вязки и протянула его Энни. — Если бы я не видела свидетельство о рождении моего отца, я бы поклялась, что они придумали и фамилию Хоуп. Нераскаявшиеся хиппи.
Энни взяла свитер и сказала:
— Спасибо тебе. Но я вовсе не замерзла.
— А я замерзаю при одном взгляде на тебя. — Фейт смеялась. — У тебя здесь холоднее, чем на улице. Да, как дела у девочек и их мамы?
— У них все в порядке, — ответила Энни. — Тот чело век знает, как обращаться с детьми. Он полицейский?
Фейт в изумлении уставилась на приятельницу
— Какой человек?
— Тот, который называет себя Куинн. Разве не ты его прислала? Я видела его в твоем магазине и решила, что он не случайно появился здесь вчера вечером. Его трудно не запомнить, сама понимаешь.
— Говоришь, Куинн? — переспросила Фейт. Она не знала человека с таким именем, но догадывалась, о ком идет речь. — А как он выглядит? — спросила она на вся кий случай.
Энни посмотрела на нее с недоверием:
— Ты хочешь сказать, что не знаешь этого парня? Не ужели ты полагаешь, что я могла пустить к детям… какого-то педофила?
— Что он тебе сказал? — допытывалась Фейт. Энни пожала плечами.
— Сказал, что недавно вышел из тюрьмы, что ему не где остановиться и что он будет мыть посуду у О’Рили, пока не сможет снять квартиру. Я не поверила в эту историю, потому что видела его у тебя. К тому же он не похож на тех, кому негде остановиться. Во всяком случае, он не из тех, кто живет здесь, у нас.
Фейт молча кивнула. Да, Адриан Рейфел действительно не из тех, кто живет в приюте для бездомных. Правда, суд мог конфисковать все его имущество. Воз можно, он и впрямь был разорен. Но как бы то ни было, он появился здесь не случайно. Да, конечно же, не случайно…
— Человек, которого ты видела в моем магазине, не полицейский, — сказала Фейт. — И я понятия не имею…
— Доброе утро, миссис Николс, — раздался приятный баритон. — Неужели с самого утра облегчаете свою вину благотворительностью?
«Будь ты проклят. Будь ты трижды проклят». Фейт повернулась — и невольно отступила на шаг.
— Моя фамилия Хоуп, — заявила она. — И советую вам оставить меня в покое.
— Неужели действительно Хоуп? — Адриан усмехнулся. — Значит, Фейт Хоуп занимается благотворительностью?
Фейт отступила еще на шаг, — казалось, от этого человека исходят электрические разряды.
— Полагаю, вам здесь нечего делать, — заявила она. — И пожалуйста, оставьте меня в покое.
— Я, наверное, схожу в полицейский участок и занесу пончиков Джо, — сказала Энни. — Может, что-нибудь ему передать? — Она выразительно взглянула на Адриана.
— Я не думаю, что мистер… — Фейт осеклась. — Не думаю, что мистер Куинн захочет беседовать с полицией. Полагаю, он проявит благоразумие и оставит нас в покое.
Фейт с облегчением вздохнула, заметив, что Адриан сделал шаг к выходу.
— Да, я уйду, — сказал он. — А вы останетесь здесь, чтобы разбрасывать хлебные крошки, раз уж живете за счет вдов и сирот. А может, ваша подруга захочет кое-что узнать об источнике ваших доходов?
— Все, что у меня есть, я заработала честно. Я никому ничего не должна объяснять.
— Заработали? Что ж, жизнь с Тони, возможно, заслуживает вознаграждения. Но не за счет вдов и сирот.
Энни в изумлении уставилась на Адриана. Затем решительно шагнула и потянулась к телефону. Фейт поняла, что подруга хочет позвонить в полицию, однако не стала ее останавливать. «Пусть звонит, — подумала она. — В конце концов, он сам виноват».
— Мистер Куинн, мистер Куинн! Теперь вы со мной поиграете?! — В кабинет вбежала девочка с косичкой и обвила своими крошечными ручками ногу Адриана.
Фейт вдруг почувствовала, что к глазам ее подступают слезы. Судорожно сглотнув, она попятилась к двери. Адриан наклонился и погладил малышку по щечке.
— Лучше попроси Сисси, чтобы она почитала тебе одну из новых книжек.
— Но я хочу играть с тобой, — заявила малышка. Фейт взяла свою сумочку и кивнула Энни.
— Мне пора. Поговорим позже. — Пройдя мимо Адриана и прильнувшей к его ноге девочки, она быстро миновала коридор и вышла на улицу.
Свернув за угол, Фейт направилась к своей машине. И вдруг услышала за спиной шаги. Но она не хотела с ним разговаривать! Не хотела напоминаний о прошлом. Так почему же этот человек преследует ее? Почему не хочет оставить ее в покое?
