— Нет, я брала интервью у жильцов в центре города. Во что она одета?
Дженни наклонилась вперед и посмотрела через свое плечо на Сьюзан, которая ковырялась зубочисткой в зубах, и произнесла тихим голосом:
— На ней футболка с Ханной Монтаной с низким вырезом, который она, возможно, сделала сама, и пурпурные штаны из кожзаменителя.
— Не думаю, что могу поверить тебе сейчас, — ответила я, стараясь сдержать смех.
С ухмылкой на лице Дженни вытащила свой телефон и показала мне фотографию, на которой Сьюзан разговаривала с курьером из «Объединенной службы доставки посылок», ее живот свисал спереди футболки Ханны Монтаны и пурпурных штанов.
— О боже мой, — произнесла я, прикрывая рот. — Это самая потрясающая вещь, которую я когда-либо видела.
Я только собралась взять телефон, чтобы посмотреть поближе, когда мистер Много-Лижусь запрыгнул на мой стол и начал использовать мою клавиатуру как когтеточку.
— Фу, убирайся отсюда. Кыш! — пыталась я прогнать его.
Он спрыгнул с моего стола, но не раньше, чем выковырял «Д» на моей клавиатуре, и унес ее с собой.
— Вот маленький ублюдок! — взвигнула я, пока он стремительно убегал за дверь, но не раньше, чем улыбнулся мне, с буквой «Д» во рту. — Теперь у него мои «Д» и «И». Как, черт побери, я должна писать и создавать статьи о кошках в такой обстановке?
Качая головой и смеясь, Дженни сказала:
— Он ненавидит только тебя, ты это знаешь, правда?
— Я один раз случайно наступила ему на хвост. Он будет мстить мне за это всю мою жизнь?
— Конечно будет. Эй, как думаешь, он пытается наложить проклятие?
— Что ты имеешь в виду? — спросила я.
— Ну, у него твои «Д» и «И», должно быть, он пытается наложить какое-то проклятие.
— Вероятно, «сдохни, сука, сдохни», — пошутила я.
— Для этого ему нужно много «С».
— Ну, дай знать, если увидишь, что другие кнопки клавиатуры исцарапаны до смерти, мы сможем раскрыть его план, прежде чем он начнет действовать.
— Хорошо, — пообещала Дженни с улыбкой. — Итак, я пришла сюда, чтобы тебя кое о чем попросить.
— О, нет. Мне не нравится этот взгляд на твоем лице.
Дженни подняла руку и сказала:
— Прежде чем ты скажешь «нет», просто выслушай меня. Я знаю, тебе не нравятся все эти свидания вслепую, но я знаю парня, который будет идеален для тебя.
— Дженни... — протянула я.
Я ходила на свидания, но не на свидания вслепую. Мне не нравилась возможность неловкого момента, когда ты встречаешь свою пару и видишь, что он не только ниже на фут, чем сказал тебе, но у него на подбородке родинка, которая подмигивает тебе всякий раз, когда он улыбается.
— Подожди, прежде чем ты скажешь «нет». Я должна сказать тебе, что он не похож на Маркуса.
Маркус был последним парнем, с которым она меня сводила, с «подмигивающей» родинкой на подбородке.
— Он друг Дрю и недавно в городе. Мы сказали, что отведем его повеселиться и подумали, что ты захочешь пойти с нами. Мы собираемся на свинг...
Черт бы ее побрал, черт бы ее побрал! Она знала, я люблю хороший свинг, и я редко туда ходила, потому что никогда не могла найти партнера, который был бы хотя бы наполовину приличным.
— Он знает, как танцевать свинг?
— Некоторые называют его Фред Астер1, — ответила Дженни, пошевелив бровями.
— Ты говорила, Маркус выглядит как Энди Гарсиа2, когда на самом деле он выглядел как Пи-Ви Херман3, так что извини, если я не могу по-настоящему доверять твоему мнению.
— Я говорила тебе, что когда впервые встретила Маркуса, то была пьяна, хорошо? На мне были очки из текилы. Я извинилась за это, теперь мы можем двигаться дальше?
— Ладно. Когда вы собираетесь идти? — спросила я, чувствуя опасения, но каким-то образом взволнованная возможным свиданием.
— В эту пятницу, — завизжала она, пока хлопала в ладоши.
Думая о своих вариантах, я кивнула головой, указывая на нее пальцем, пока она не стала слишком воодушевленной.
— Не придавай этому большое значение. Я иду лишь потому, что уже давно не танцевала свинг.
— Ееееее! — снова завизжала она, хлопая в ладоши и прыгая вверх и вниз. — Ты идешь на свидание!
— Ты утомила меня, — произнесла я, пока указывала ей жестом уйти. — Я должна закончить эту статью, если хочу выбраться отсюда вовремя, и прежде чем мистер Много-Лижусь вернется организовать мою смерть.
Кивая, она встала и сжала руки у груди.
— Ты полюбишь Аттикуса!
— Аттикуса? — спросила я, но она ушла раньше, чем смогла ответить на мой вопрос.
Лишь от его имени я уже начала нервничать из-за пятницы, и кем может быть этот Аттикус. У Дженни, ей-богу, были хорошие намерения, но пару на свидания вслепую она обычно цепляла на углу Жуткого Суда и в Переулке Лузеров, но это лишь потому, что это были друзья ее парня, а он был далеко не самый успешный парень, не то чтобы я могла судить. За всю свою жизнь я много раз была на свиданиях вслепую. Я друг, никогда не девушка, и я была согласна с этим, пока не поняла, что мне двадцать три, я все еще девственница и сексуально неопытна как подросток с плакатами Джастина Бибера на стенах.
Я закончила свою работу, избегая взглядом мистера Много-Лижусь и его компании, которая, казалось, собиралась в углу, составляя на стене план игры своими когтями, пока катали по кругу шарик кошачьей мяты. Я сразу заволновалась о своей клавиатуре и просто молилась, чтобы она пережила эту ночь.
Пока ехала домой на метро, думала о своей жизненной ситуации. В настоящее время меня запугивал двадцатифунтовый (прим. ред. примерно 9 кг) полосатый кот с чертовщинкой в глазах; моя работа, которая оплачивала счета, была ужасной, чтобы считаться в моем резюме за настоящую работу, а моя сексуальная жизнь просто не существовала. Мне нужно было измениться и по-крупному.
В мои двадцать с хвостиком, я должна была рассматривать сексуальные свидания с чрезмерно пылкими джентльменами и похотливыми самцами, которых может предложить Нью-Йорк, вместо того чтобы встречаться со своими книжными парнями, даже если они были единственными типами мужчин, которые могли по-настоящему удовлетворить меня. Они были идеальны.
Разношерстные люди входили и выходили из метро, слушая музыку на своих телефонах, печатая сообщения, а некоторые даже зажимались в углу. Будучи извращенкой, я наблюдала, как парочка с увлечением обнималась, их руки двигались вверх и вниз по телам друг друга, они едва отрывались, чтобы дышать...
Я хочу этого! Хочу знать, какого это, провести языком по горлу парня. Я хочу знать, как выглядит эрегированный член в действии, вместо того, чтобы читать об этом. Если я собиралась выбраться из сумасшедшей жизни кошачьей дамочки, и наконец написать любовный роман, над которым работала несколько лет, тогда мне нужно испытать жизнь; мне нужно заняться сексом!
