своей прочностью, ну или толщиной. И как же мне повезло, что это оказался как раз мой случай!
Недогорыныч вновь попытался достать меня лапой, но я вовремя отскочил, а там и ушёл перекатом, разминувшись с его хвостом. Вот же неугомонный! Ч-чёрт! И опасный!
Змееящер на мгновение замер горделиво вскинув голову. Вот только это вовсе не связано с гордостью. Я метнул «Ледяной шар» ровно в тот момент когда его челюсти разомкнулись, чтобы исторгнуть из себя пламя. Вместо струи огня, пасть окутало облачко быстро истаявшего пара. Есть!
Я вновь рванулся вперёд, и раздосадованный змееящер попытался оторвать мне башку. Вот только в этот раз, я не собирался подставляться и несмотря на стремительность происходящего и тот факт, что уступаю противнику в скорости и реакции всё же сумел задействовать свой козырь. Увернувшись в последний момент я выбросил вверх свой тесак, одновременно активируя «Стилет». На этот раз клинок с лёгкостью прошёл через подбородок, и проломившись через нёбо достал до мозга.
Недогорыныча тряхнуло так, что меня отбросило в сторону, словно тряпичную куклу, но перегруппировываясь в полёте, я уже знал, что победил, и это была всего лишь предсмертная судорога.
— Ты опять за своё, Бекас? — подошёл ко мне рассерженный старшина.
— Андрей Платонович, они мертвы, — кивнув в сторону всё ещё дёргающегося в конвульсиях земееящера, произнёс я.
— Прошу прощения, Олег Борисович. Но это ни в какие ворота не лезет, — сдал назад старшина.
— В какие именно? Хочешь сказать, что мне надлежало находиться за спинами артельщиков и разить тварей оттуда?
— Именно это я и хочу сказать.
— Я мог убить этого врага и я его сразил. Мне нужно набираться опыта в схватках, и лучше всего это получится сделать сражаясь лицом к лицу.
— Ну так и отправлялся бы в дикие земли в одиночку.
— Без прикрытия? Ты меня за умалишённого держишь, Андрей Платонович?
— Но и эдак поступать не годится.
— Я не в армии и не в дружине, чтобы ходить строем. И закончим на этом. Просто помни, что терпеть меня осталось недолго. Вот дойдём до Покровска и распрощаемся.
Понятно, что командует он. Но всему есть предел. Он ставит задачу, я её решаю так, как считаю нужным. Согласен, подобный подчинённый головная боль для любого командира. Однако, я такой какой есть, и другим становиться не собираюсь. К тому же, как бы там Авдеев не бухтел, но факт остаётся фактом — благодаря именно моей активности в этом походе в его артели обошлось без ранений и Басову так и не пришлось использовать свои способности.
Старшина ещё разок боднул меня недовольным взглядом, после чего решил, что попусту теряет время и приказал подтянуть двух магических ящеров к змееящеру. Я пока не в курсе сколько мы возьмём с обратившихся тварей, но уверен, что от многого придётся отказаться, а уж об обычных хищниках и говорить нечего.
Туши подцепили к повозкам и битюги подтащили их к месту стоянки. Я вооружился своим арбалетом и взобрался на верхнюю площадку, устроившись рядом с бойцом у стреломёта. Моя «Поисковая сеть» всего лишь четвёртого ранга, и работает на сорока пяти шагах, но Басов будет занят на разделке. Без алхимика там вообще не обойтись. Так что, будем больше полагаться на глаза, уши и нос.
К слову о последнем. Я усилил своё обоняние до возможного предела, и едва активировав пассивку, за малым не блеванул. Рептилии и без того воняли отвратно, теперь же и вовсе смердели нещадно. Но минут через пять я уже вполне притерпелся и стал отличать другие запахи, а через десять их вонь и вовсе проходила фоном. Так что, это чувство теперь так же работало на обеспечение нашей безопасности.
Тем временем Басов принялся… нет, не за разделку туш. Для начала Николай Михайлович провёл инвентаризацию уже добытых ингредиентов, и начал избавляться от образцов подешевле. Увы, но всё упирается в тару, которая у нас уже забита под завязку. Обзаводиться же дополнительными повозками Авдеев не желал.
На тварей охотятся уже не первый век и за полученный опыт уплачено большой кровью. Так что, всё уже отработано от и до. Есть желание взять ещё одну повозку, нужно увеличивать и артель. Потому как мало добыть, нужно ещё и сберечь. Причём не только трофеи, но и свою жизнь. А чем больше артель, тем она неповоротливей, и ещё множество иных факторов.
С обратившихся ящеров мы возьмём только их вместилища, ну или сферы, содержащие ману, а так же способные к её аккумулированию. Они же идут и на изготовление амулетов. Теми же картами могут воспользоваться только одарённые, простецам не суметь их активировать. Зато руны запитанные от маны в сферах очень даже работают и с лишёнными дара.
К слову сказать, при совпадении рангов, объём вместилища людей и тварей отличаются раз эдак в десять в пользу последних. То есть, если перворанговый одарённый обладает резервом в пять единиц маны, то у соответствующей твари целых пятьдесят. Неслабо, правда. Они-то как раз и идут на амулеты.
Ну и такой удивительный момент, что у людей подобных сфер нет. Вместилище есть, и располагается оно под вздохом, но оно не материальное и с гибелью одарённого попросту исчезает. Учёные полагают причиной этого то, что магия в наш мир была привнесена из другого, через многочисленные разломы, начавшие появляться на Земле шесть веков назад. Церковь утверждает, что даром обладает душа, отмеченная дланью господней.
Твари являются порождениями другого мира, и появляются в нашем с завидной регулярностью через эти самые разломы и пробои. Вторые не так значительны, существуют недолго. Зачастую через них проходит одна тварь, после чего он исчезает. И увы, пробой может случиться даже посреди крепости, города или предместий, а тогда и до больших бед дойти может.
Одарённые люди оказались слабее тварей, но сумели компенсировать это благодаря разуму. Пришельцы используют сырую ману, давя своей мощью. Люди научились делать это концентрируя свои незначительные силы.
К примеру, тот же ящер атакует огнём, расходуя большое количество маны, словно поливая водой из шланга. Человек же, нашёл способ изготовить на этот шланг насадку многократно уменьшив струю и увеличив напор. Таким образом он добивается даже большего эффекта, и при меньших расходах. Как-то так.
Закончив с подготовкой тары, Басов принялся за разделку туши змееящера. И начал вовсе не со сферы, а с ливера. Стоит только извлечь вместилище маны, как ливер твари начнёт стремительно терять свои полезные свойства. Так что,
