Глава 2
Я готовилась к выпускному балу с особой тщательностью, ведь я так долго его ждала, целых шесть лет. Мама с отчимом и Анной приехали ещё вчера, и вот-вот мы все должны были встретиться в гостиной и отправиться в академию, где произойдет вручение дипломов, а затем и бал, на котором будут танцы. А я так люблю танцевать! Только одно меня расстраивало и немного волновало. Произошла путаница с моим дальнейшим распределением, и до сих пор было не ясно, куда же все-таки я должна отбыть после коротких выходных. Надеюсь, что в понедельник мне об этом скажут. Но я решила сегодня не забивать себе этим голову, и, улыбнувшись своему отражению, поскакала в гостиную.
— Какая же ты у меня красавица! — сказала мама, увидев меня. — Твой отец гордился бы тобой.
Отчим на слова матери только хмыкнул, а Анна, комкавшая от нетерпения подол своего платья, услышав слова матери, надулась и спросила.
— А я что, не красавица?
— Конечно же, красавица, — улыбнулась в ответ мать.
А вот я себя красавицей не считала. Девушка я обычная, среднего роста, с полноватой фигуркой и выпуклостями в положенных местах, на мой взгляд, даже слишком… Я очень похожа на папу. Лицо обычное, серо-голубые глаза, меняющие цвет в зависимости от фона и настроения, курносый нос и пухлые губы. Моей гордостью были волосы, густые, черные, немного вьющиеся и достающие струящимся водопадом почти до талии. Только вот в академии их постоянно приходилось заплетать в косу или хвост. Там ведь только попробуй прийти с распущенными, сразу обкорнают.
А вот Анна была похожа на маму, такая же стройная, тонкая блондинка невысокого роста с нежными чертами лица. Вот они у меня обе красавицы, а я так, на их фоне — провинциалка. Но сегодня, возможно, и меня можно было назвать красавицей, с прической, легким макияжем и в обалденном бирюзовом платье, которое словно морская волна струилось по моей фигуре, обнимая ее в талии и расширяясь к низу подола. Платье мы с мамой выбирали вместе, когда я его увидела — просто влюбилась и даже не захотела смотреть на другие варианты, а мама и не уговаривала.
И вот, наконец, мы отправились в академию. Она нас встретила столпотворением людей, шумом голосов, и тихой музыкой. Ненадолго оставив родных, я пошла к своей группе, и мы начали ожидать начала церемонии вручения дипломов. Ребята были в прекрасном настроении, и всем не терпелось поскорее получить дипломы и преступить к торжественной части. Мы стояли и тихо переговаривались, когда на трибуну во главе с ректором начали выходить преподаватели. Они расселись за длинным столом, и началась церемония вручения. Первым с речью выступил ректор, говоря быстро, кратко и по существу, за что я его всегда и уважала. Потом слова взяли несколько преподавателей, отмечая, что в этом выпуске есть и диплом с отличием. Вот с этих отличников и началась церемония. Пока дождалась своей очереди, чуть не заснула.
— Аданита Штар, — произнес с трибуны ректор, и я рванула в его направлении, улыбаясь до ушей.
— Поздравляю, Аданита, — сказал ректор, пожимая мне руку и протягивая диплом.
— Спасибо господин Шторф! — просияла я в ответ.
Сойдя со сцены, я подошла к своим родным, и мы вместе стали ждать окончания церемонии. И вот теперь время полетело с бешеной скоростью. Я даже не запомнила, как окончилось вручение, да и банкет пролетел, как одно мгновение, потому что в ожидании танцев есть особо и не хотелось. Если что, потом будет стол с закусками, вот и перекушу.
Все! Дождалась! Танцы!
Первый танец пришлось танцевать с отчимом. Он был так горд и так задирал нос, что мне было просто смешно и так хотелось пройтись по ногам, еле себя сдержала. Потом меня стали приглашать одногруппники, и понеслось… И вот, когда я была полностью расслаблена и неимоверно счастлива, возле моего уха отчетливо произнесли:
— Хай, чувиха…
Я застыла изваянием, а передо мной нарисовался, кто бы мог подумать, Кейн Кросс…
— А тебя не узнать, — продолжил он, — И куда делась та чумовая неформалка?
Издевается, подумала я, а глянув в его глаза, поняла — точно издевается.
— Простите. Вы меня, наверное, с кем-то перепутали? — решила пойти в несознанку я.
— Ага, как же, перепутал, — улыбался парень и так сочувственно закивал мне, мол ври, ври деточка, а я постараюсь сделать вид что поверил. — Побольше ври, лапуля, — продолжил он, — и возможно я поверю. — Но вот только за дипломом ты выходила, а вызывали Аданиту Штар, — и щелкнул меня по носу…
— Ты здесь один, или с кем? — спросила я, видя, что притворятся бесполезно, и почему-то начала нервно оглядывать зал.
— Или с кем… — прикалывался надомной парень, а увидев вопросительный взгляд, сжалился и сказал. — Мы тут всем семейством. А вот, кстати, и они, пришли поздороваться с твоей маменькой, — а это уже прошептал на ухо и развернулся, вместе со мной в их сторону.
Черт, черт, черт… И чего их принесло? Не сидится некоторым дома. Но увидев удивленные взгляды, направленные в мою сторону, улыбнулась и сказала.
— Здравствуйте.
Три пары глаз рассматривали меня с удивлением и недоверием, и я могла их понять. Мне стало так стыдно, что я опустила глаза и не знала куда деться. Выручил меня Кейн.
— Пойдем, потанцуем, — сказал он и протянул мне руку.
Я ухватилась за нее как за спасительный якорь и рванула на танцпол, протащив парня на буксире за собой.
— Полегче, — ухохатывался он, — это я вообще-то должен тебя тянуть, а не ты меня, я же пригласил.
— Да мне все равно, ты или я, — возразила ему, — лишь бы подальше от твоих родственничков.
— Ты их так боишься? — задал он вопрос, тут же становясь серьезным, и увидев, как я покраснела, с улыбкой выдал. — Да тебе стыдно!
— Да, — психанула я. — Мне стыдно. Надеюсь, пока мы танцуем, они отойдут и забудут о моем существовании.
— Я бы на твоем месте на это не рассчитывал, — произнес он, глядя куда то поверх моей головы. — Мой братик сделал на тебя стойку, как только ты вышла за дипломом, и все это время не выпускал из виду, что для него не свойственно, — задумчиво произнес он.
Я в недоумении уставилась на Кейна, но этот паразит только мне загадочно улыбался и томно вздыхал. Когда закончился танец, он проводил меня к матери, рядом с которой стояла вся его семейка и мило болтала.
— Нита, деточка, а куда тебя распределили после академии? — задал мне вопрос Эдвард Кросс.
— Я не знаю. Произошла какая-то путаница с моими бумагами и мне сказали, что сообщат и пришлют документы только в понедельник, — ответила я ему. А он посмотрел на сына и ухмыльнулся. И тут как назло зазвучал вальс.
