Лис пришел в тот же вечер, как и во все последующие. Он очень удивился, увидев меня, поговорил о чем-то с Джетом, а потом вдруг принялся разглагольствовать на тему, как хорошо видеть в таверне новые лица. Я сначала его игнорировала, но после работы он беззастенчиво потянул меня к своему столику (несовершеннолетнюю девчонку!) и налил сока. Я выпила его и налила немного вина. Лис, кажется, обалдел от такого зрелища, попробовал изобразить моего папочку, но я честно сказала все, что об этом думаю. В общем, мы подружились и больше не спорили на этот счет. Ну не могла же я ему сказать, что лунная сила нейтрализует почти любой алкоголь! Ну, а тот, что действует на меня, я и так знала к тому моменту.
Одевшись, я спокойно вышла из комнаты, заперла ее на ключ, присовокупив простейшее охранное заклинание, и накрыла его «невидимкой». Вряд ли, конечно, кто полезет ко мне — одиночке, отшельнице, но осторожность никогда не помешает.
Охранник внизу не возражал — отбой давали в десять вечера. Я, конечно, не вернусь до этого времени, но окно откроется, стоит потянуть за нить заклинания. Мой путь лежал в темные переулки, таверна со странным названием «Джохо» предназначалась не для всех, и Джет принципиально стоял на своем, когда я предложила повесить яркую вывеску, чтобы привлечь больше посетителей.
Я шла привычными улицами — каждый вечер хожу, в конце концов. По освещенным улицам шли прохожие, кто-то с работы, кто-то просто прогуливался, парочки целовались, дети что-то радостно кричали и сбивали с ног всех, кто не успел уйти с их пути. Я завернула в темный переулок и смогла спокойно вздохнуть. Было полнолуние, так что даже на неосвещенных улочках не было темно, и я чуть улыбнулась. Луна к лунной силе, в полнолуние я всегда чувствовала себя особо могущественной, словно могла горы смять и моря выпить. Обманчивое ощущение всесилия до добра не доводило, но я научилась бороться и с этим. Времени было предостаточно.
И все бы шло нормально, как вдруг из одного дома — полузаброшенного, там жили нищие, раздался чавкающий звук. Я замерла. Нет, конечно, это просто местные что-то активно поглощают, но больше похоже, что кого-то есть зверь. Я зачем-то посмотрела на луну и решительно прошла мимо, едва не переходя на бег. Да ну, в Гестоле безопасно, здесь Академия и сыщики, тут не может быть тварей. Мы учили общие защитные заклинания, да, просто против какого-нибудь мелкого беса они сработают, а если это тварь пострашнее — уже хуже. Чавканье вдруг прекратилось, но я не рискнула обернуться. На фиг надо! Побыстрее до таверны, а там можно и Лиса уговорить проводить меня обратно. Он, конечно, просто человек, но с ним все равно спокойнее, чем одной возвращаться по темным улицам. Я не замедлила шаг, когда позади раздался цокот — как когти по металлу стукнули. Ну ладно, мне не мерещится, а отрицать очевидное — себе дороже. Я резко обернулась и пару раз моргнула, желая, чтобы все-таки мне это привиделось. Так нет же, угрюмая псина с вздыбленной черной шерстью на загривке, красными глазами и окровавленной пастью упорно шла на меня. Медленно, чуть не облизывалась. Вот же зараза. Если я побегу, она в два прыжка меня догонит. Я вспомнила практически все защитные заклинания и принялась поспешно чертить щиты. Сразу несколько, но они казались такими жалкими, что сразу стало ясно — не выдержат. Собачка своим массивным лбом пробьет как нечего делать. Но умирать-то не хочется! Я снова посмотрела на луну. Нет, вряд ли заклинание невидимости сработает, собака чует запах. Если выживу, надо посмотреть, как полностью скрыть свое присутствие и от зверей тоже. Если выживу — замечательное замечание! Заме-заме! Оставались только атакующие заклинания. Щиты исправно висели, выстроились передо мной хлипкой стенкой, наслаиваясь друг на друга, а собачка все шла и шла. Даже облизнулась, зараза эдакая. Я медленно отступала. Свернуть в переулке некуда, потому что дома стоят вплотную, пусть наполовину заброшенные, но окна в эту сторону были только у первых зданий. Теперь же — сплошные стены.
Оставалось атаковать. Если выживу, пить не буду. Вообще. И от работы откажусь, наверное, хватит по ночам шарахаться, особенно если тут внезапно такие собачки из ниоткуда вылазят. Ну и как сыщики просмотрели? Песику, кажется, надоела игра в гляделки, и он показал зубы, ускоряя шаг. Я сплела атакующее заклинание — самое сильное изо всех, которые мы выучили, Танатос. Ну, как выучили… Нам о нем рассказали, мы зарисовали рисунок, но ни разу его не сплетали. На самом деле существовали заклинания сильнее Танатоса, оно же годилось для уничтожения бесов, которых нельзя было изгнать. А для песика годится? Он вообще кто, что за нечисть? Не бес, из другой категории, и не из Прозрачных, там больше призраки… Да твою ж мать, некогда об этом думать!
Собачка почти перешла на бег, когда «ключ» повернулся на триста шестьдесят градусов, открывая мне полный доступ к силе. Я потянулась к лунной магии, по возможности быстро, сплетая сеть, и одновременно — к луне. Ну исток она моей силы или как? Треугольник с переплетенными в немыслимом узоре нитями змеей рванулся на пса, стоило мне выдохнуть активирующее слово. Сила рванулась вверх, обжигая горло, мне на мгновение показалось, что изо рта течет что-то белое, но из-за вспышки пришлось закрыть глаза. Щиты отчетливо задребезжали, как старые стекла, начали лопаться — я чувствовала, как расползлись нити, но стоять на месте было некогда. Я резко развернулась, щурясь, бросилась вперед. Если не поворачивать в переулке налево, прямо есть выход на оживленную улицу. Может, пес не решится туда последовать? Слишком много шума поднимется.
Глаза резало, словно я решила измельчить весь лук, какой бы нашелся в городе. За спиной лопались щиты — не знаю, от чего, и отчетливо слышался цокот когтей и хриплое рычание. Кажется, Танатос только разозлил песика. Я вылетела на проспект, столкнулась с какой-то пожилой парой. Они что-то кричали вслед, но я бежала по направлению к общежитию. Нет уж, свяжусь по общему шару связи в холле общежития с Джетом и скажу, что сегодня у меня незапланированный выходной. Снова встретиться с песиком на безлюдной улице мне очень не хочется.
Глава 2
Ярко-желтые ленты с крикливыми красными надписями бились на ветру так, что Кэлу казалось: сейчас оживут и улетят. Наверное, не стоило поддаваться уговорам Риана и пить еще и виски. Он вообще не любил пить, если уж на то, на большое количество алкоголя у Кэла с детства завелось что-то вроде аллергии, но он слишком давно не видел брата, оставшегося в столице. Давно, конечно — целый месяц, что проболтался в Гестоле, маясь от безделья. Еще когда его вызвал начальник, капитан Томас, у Кэла появилось нехорошее предчувствие. Нет, его часто вызывали, в основном хвалили, выносили благодарность за раскрытые дела, к своим двадцати шести годам молодой сыщик носил звание младшего лейтенанта (что вообще было удивительно, прослужил-то всего шесть лет) и на его счету не было ни одного «висяка». Почти. Если не считать ту странную слежку за нищим, который куда-то сгинул. Кэл намеревался уже пуститься по следу не хуже гончей и вцепиться в добычу волком, как умел только он, но дело внезапно забрали куда-то в высшую юрисдикцию, и Риан на жалобы брата только развел руками. Капитан Томас тоже ничего не могу сказать, только многозначительно поводил бровями, мол, наверх забрали, ну и пусть сидят с этой головной болью, не наши проблемы. Ну да, не их, но Кэл не любил, когда ему не давали довести дело до конца, сильно не любил.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
