Из нескольких десятков ПИАР-консалтинговых фирм, рекламирующих сегодня свои возможности вести избирательную кампанию «под ключ», лишь единицы способны в полном объеме и методологически грамотно отработать полевую составляющую избирательной кампании. Это те фирмы, которые опираются на структуры партийного типа. Остальным это просто не по плечу и поэтому они либо игнорируют оргмассовую составляющую, ограничиваясь чисто рекламными технологиями, либо лишь имитируют перед клиентом ее проведение. Тем самым заранее обрекая себя и клиента на неиспользование 50 % ресурсов в плане агитационного воздействия на электорат.
Не так давно на выборах мэра крупного южного города мне довелось наблюдать работу одной неплохой московской пиаровской группы, которая вела, на мой взгляд, очень перспективного, хотя и не раскрученного, кандидата. Москвичи, правильно наметив стратегическую линию кампании и удачно простроив имидж кандидата, грамотно отработали агитационно-рекламную составляющую. Они тонко провели линию политического лоббирования, добившись на заключительном этапе поддержки своего кандидата серьезными лидерами общественного мнения. Тем не менее с поставленной задачей (выход во второй тур) не справились. И все из-за того, что нужная информация о кандидате так и не дошла до большинства жителей города.
Политическая реклама в СМИ, на которую так рассчитывали москвичи, хотя и была в содержательном плане вполне добротной, однако использованных для ее демонстрации эфирного времени и газетных площадей оказалось явно недостаточно. Кандидаты, у которых коммуникативный ресурс СМИ был побогаче, вырвались вперед.
Пиарщики обязаны были это предвидеть. И постараться компенсировать недобор за счет грамотно спланированной и четко отлаженной полевой работы. Однако опыта такой работы у них не было. В результате нанятые и оплаченные агитаторы по большей части простаивали. Нескоординированность агитационно-рекламного и полевого направлений работы, непродуманная тиражная политика выпуска и распространения агитационно-полиграфической продукции привела к тому, что через сеть агитаторов позитивная информация о кандидате дошла всего до 40 % избирателей (10% - из рук в руки и еще 30% - через почтовые ящики). При том что по законам жанра в каждую квартиру должно было попасть как минимум 3 агитационных материала от кандидата.
Потом в оправдание говорилось: все равно, мол, листовки люди выбрасывают, не читая. В ответ можно было бы сказать: одну из трех большинство все-таки прочитали бы…
В моей ранней практике есть одна из самых знаменитых в современной России избирательная кампания, выигранная исключительно за счет полевого направления. Это – победная кампания Сергея Мавроди в Мытищинском избирательном округе 1994 г. Именно после этой кампании я уверовал в преимущество полевого направления перед всеми другими направлениями работы избирательных штабов.
Главной задачей кампании Мавроди было нейтрализовать в сознании электората имидж жулика, прочно укрепившийся за руководителем АО МММ. Стратегическую линию по трансформированию имиджа Мавроди по схеме обманщик поневоле — талантливый предприниматель, ставший жертвой бездарного правительства Черномырдина — гонимый финансовый гений, способный вывести экономику страны из тупика реализовали в основном за счет организационно-массового направления. Именно на агитаторов была возложена миссия донести необходимую информацию до избирателя. Роль СМИ в агитации было решено свести к минимуму из-за опасения снятия с дистанции.
В книге Е. Малкина и Е. Сучкова «Основы избирательных технологий» (2-е издание) на стр. 24 утверждается, что для победы Мавроди на выборах в Госдуму в 1994 г. ему хватило голосов вкладчиков АО МММ, проживавших на территории округа. Это легенда, не более. Хотя нельзя не согласиться с тем, что победу основателю знаменитой финансовой пирамиды обеспечили именно вкладчики. Только не те, о которых говорят уважаемые мной авторы замечательной книги. Творцами победы Мавроди стали агитаторы из числа членов «Союза акционеров АО МММ», как минимум трижды и на совесть «проутюжившие» каждую квартиру, каждый частный дом в округе. Надо было видеть, как работали эти люди, как они «рвались в бой». Сотни вкладчиков по утрам буквально осаждали избирательный штаб, выбивая для себя «маршруты» и агитационные материалы. Они искренне верили, что если Мавроди победит, у него будет больше возможностей вернуть им долг.
В семьи пенсионеров посылали пожилых агитаторов, молодежь «обрабатывали» молодые. Если в какой-то квартире с агитатором не стали разговаривать, на завтра туда шли внешне «более подходящие» посланцы избирательного штаба. Агитаторы из Союза акционеров (а в последние две недели в округ выезжало ежедневно до 2 тысяч членов Союза) шли к избирателям с мольбой: мы верим Мавроди, поверьте и вы! Они несли избирателям округа телеграммы и обращения с аналогичной просьбой со всех уголков России и СНГ. Это действовало. Это в конце концов и обеспечило победу. К сожалению, надеждам большинства агитаторов из Союза акционеров не суждено было сбыться. Мавроди с ними так и не расплатился.
Глава 2.
Агитатор как класс в избирательном процессе
2.1. Вопросы чистоты терминологии
Итак, оргмассовая (полевая) составляющая избирательной кампании – это то направление работы, для осуществления которой привлекаются агитаторы.
В избирательной практике и книгах по избирательной тематике для обозначения агитаторов упорно употребляются термины «добровольцы» («добровольные помощники») и «активисты». А еще – «волонтёры».
Зачем агитаторов обзывают добровольцами или активистами – понятно. Тем самым кандидаты как бы демонстрируют общественности наличие у них некоей социальной базы, а заодно пытаются убедить избирком в своей непорочности в плане расходования избирательного фонда, полагая, что добровольчество в избирательных кампаниях равнозначно бесплатному энтузиазму.
Все это ерунда и лукавство. По понятным причинам лишь у коммунистов есть актив добровольцев-энтузиастов. Да и тот обслуживает преимущественно партийный список. Даже на своих мажоритарщиков коммунистический актив на безвозмездной основе работать не любит. Для причисления всех остальных «активистов» и «добровольных помощников» к добровольцам оснований ровно столько же, сколько для причисления крокодилов к парнокопытным.
В массовом порядке добровольцы в современных российских избирательных кампаниях проявились лишь на заре демократии – 1989-91 гг. У советской интеллигенции так велико было желание покончить с политической монополией КПСС, что они день и ночь абсолютно бесплатно «утюжили» квартиру за квартирой, агитируя за демократов. Добровольчество как явление агитационно-избирательного энтузиазма иссякло вслед за разгоном Ельциным системы Советов народных депутатов. И хотя многие из бывших демократических добровольцев продолжают свою «утюжку» – но теперь уже на профессиональной основе, агитируя за кого и за что угодно, лишь бы деньги платили. При этом по-прежнему не любят, когда их называют агитаторами – не нравится этот «совковый» термин.
Вряд ли можно назвать добровольцами агитаторов из «Союза акционеров АО МММ», о которых я упомянул выше. Хотя эти люди «рвались в бой» абсолютно добровольно, никто их не подгонял и практически не контролировал, они все же больше напоминали рабов, которым пообещали свободу, если они сделают конкретную черную работу.
Насчет термина «волонтёр». В переводе с французского «волонтёр» - это лицо, добровольно поступившее на военную службу. Что ж, если у Вас не вызывает неприятия бытующее сравнение избирательной кампании с маленькой войной, то почему бы не назвать бойца избирательного фронта волонтёром (в современном русском –«контрактник»). Единственно, надо иметь в виду, что нанимается волонтёр на службу добровольно (т.е. его не рекрутируют насильно), но платить за службу оговоренную в контракте сумму ему все равно должны регулярно.
Самый подходящий термин для обозначения людей, непосредственно занимающихся агитацией среди населения, на мой взгляд, – агитатор. И если кого-то смущает «совковое» происхождение термина (а в советское время агитаторами именовались общественники избирательных комиссий, которым поручалось выверять списки избирателей накануне выборов), то совершенно напрасно. Сегодня люди, которые по поручению избирательного штаба кандидата ходят « от двери к двери», клеят листовки и плакаты, работают в пикетах и т.п., – это в самом прямом, в самом непосредственном смысле - агитаторы, потому что своими действиями они способствуют тому, чтобы избиратели проголосовали за их кандидата.
