– Когда мы были детьми – да, – не выдавая своих эмоций, ответила Люсия.
– Мне интересно узнать, как ты жила все эти годы.
– Вот как! Интересно, почему же ты тогда ни разу не позвонил и не написал мне. Если бы ты хотел наверстать упущенное, ты не стал бы вызывать меня в свой кабинет, словно я в чем-то провинилась.
Его щеки покраснели еще сильнее и глаза заблестели.
– Но я…
– Ты даже ни разу не вспомнил обо мне за все эти семь лет, пока шел навстречу своим миллиардам. Неудивительно. А теперь ты злишься на меня, потому что я работаю на Корретти. – Она покачала головой. – Может, ты мне ничего и не обещал, но ты самый настоящий лицемер.
– Теперь ты разозлилась на меня, – заметил он.
Люсия через силу усмехнулась:
– Разозлилась? Много чести! Да, я злилась на тебя какое-то время. Но сейчас мне досадно, что ты так мной командуешь! И если ты думаешь, что причинил мне боль, когда просто-напросто сбежал тем утром… – Она резко замолчала, у нее перехватило дыхание.
Она больше не могла притворяться, что события семилетней давности оставили ее равнодушной.
Ее взгляд застыл. Надменно вздернув подбородок, Люсия изо всех сил старалась показать Анжело, что ее чувства к нему прошли. Он не причинит ей боль вновь! Прикрываясь маской злости, Люсия надеялась скрыть муки страдания.
– Прости меня, – вдруг сказал он, но в его голосе не было и ноты сожаления.
– Простить за что?
– Ну… – Анжело осекся. Во взгляде пробежала тень какой-то тусклой эмоции. – За то, что вот так сбежал от тебя.
Люсия тяжело выдохнула. Она не ожидала от Анжело извинений. Воцарилось молчание. Он смотрел на нее в ожидании ответа.
– Скажи что-нибудь, в конце концов, – потребовал он.
– Что ты хочешь от меня услышать?
– Для начала ты могла бы сказать, что прощаешь меня.
– С какой стати?
Он разинул рот. И если бы не свинцовая тяжесть на ее сердце, она бы рассмеялась.
– Что? – тихо переспросил он.
– Только потому, что ты наконец-то соизволил извиниться передо мной, не значит, что я тебя прощаю.
Его слова едва ли были искренним извинением. Люсия ждала большего. Она заслужила гораздо большего.
Но Анжело был не способен на большее. «Прости» не могло ничего изменить. Зачем он попросил ее зайти в кабинет? Видя его мрачное, раздосадованное лицо, Люсия подумала, что знает ответ.
Она была всего лишь одним из пунктов в списке его дел. Анжело было нужно вернуться на Сицилию, купить отель, прояснить ситуацию с Люсией. Он просто хотел сбросить груз со своих плеч, чтобы двигаться дальше. И она должна быть благодарна за то, что он удостоил ее своим вниманием.
Люсия сделала глубокий вдох:
– Вот ты и ответил, Анжело. Ты выяснил все, что хотел. Можешь дальше заниматься своими делами и наслаждаться жизнью. Мне нужно идти работать.
Анжело так и не понял, как сильно Люсия страдала из-за него. Удивительно, что он поверил, будто ей все равно. Она просто злилась. Нужно было прекратить весь этот маскарад, прекратить притворяться.
– Люсия, ведь уже прошло семь лет.
– Именно.
– Все это время меня не было на Сицилии.
– Ты мог бы позвонить или написать по электронной почте. Мы живем в двадцать первом веке, Анжело. Если бы ты захотел, ты нашел бы способ связаться со мной.
Он сжал губы, а она только покачала головой:
– Не нужно передо мной оправдываться. Та ночь для тебя ничего не значила. Я не строю никаких иллюзий.
«Больше не строю никаких иллюзий», – подумала Люсия.
– Получается, ты и не ждала от меня звонка?
– Нет, не ждала. Но дело в том, что ожидания и желания – совершенно разные вещи.
Его взгляд на мгновение задержался на ней.
– Чего же ты хотела? – тихо спросил он, но Люсия не отвечала.
Ей было слишком тяжело говорить об этом: о своих пустых мечтах и надеждах, ведь тогда ей было ясно, что Анжело не вернется. И даже теперь, когда он стоял напротив нее, она не собиралась открывать ему свою душу.
– Ты мог хотя бы попрощаться.
– И это все?
– Я сказала «хотя бы». – Люсия отвела от него взгляд, силой заставляя себя подавить эмоции. Ей становилось тяжело дышать. – Сейчас это уже не имеет значения. – Каждое слово болью отдавалось в ее груди. – Если ты позвал меня, чтобы извиниться, то ты это уже сделал. Спасибо тебе за это.
– Но ты так и не приняла мои извинения. – Он изучающе разглядывал ее с ног до головы.
На мгновение Люсия закрыла глаза, стараясь собраться с силами.
– Тебе это так важно? – наконец поинтересовалась она.
Глаза его сузились, губы сжались еще сильнее.
– Почему ты спрашиваешь?
– Не сказав ни слова, ты исчез из моей жизни на семь лет, Анжело. Получается, мои чувства очень мало значат для тебя. – Он нахмурился. – Я тебя ни в чем не виню. И я больше не злюсь на тебя.
– А мне кажется, наоборот.
«Ему кажется», – раздраженно подумала Люсия. Если бы все было так просто. Если бы это было всего лишь чувство злости и обиды, а не вечная мучительная боль.
– Это только потому, что мы снова встретились. – Ей было тяжело смотреть ему в глаза. – Какое тебе дело до этого?
– Просто снова увидев тебя, мне захотелось… все исправить.
Исправить? Можно подумать, его жалкие извинения заполнят пустоту в ее душе, избавят ее от боли. Неужели Анжело правда думал, что сможет все исправить?
Он ничего не знает. Он не имеет ни малейшего понятия о том, что ей пришлось перенести за все эти годы. И Люсия не собиралась показывать ему свою слабость.
– Я полагаю, на этом наш разговор окончен, – твердо произнесла она.
Анжело едва кивнул:
– Я тоже так думаю.
Прежде чем выйти, Люсия посмотрела на Анжело. Ее взгляд говорил «прощай». Теперь у каждого своя жизнь: она – горничная, а он – миллиардер. Она больше не узнавала в этом высокомерном, враждебно настроенном мужчине в дорогом костюме того мальчика, с которым когда-то дружила. Печальный взгляд и кроткая улыбка исчезли. Где тот мальчик? Счастливые моменты остались в прошлом. Все кончено.
Анжело был холоден и спокоен, как всегда. Люсия поняла, что теперь он стал для нее незнакомцем. Ее вдруг охватила невыносимая печаль. Она закрыла глаза. Ей так не хватало того прежнего Анжело. Но время не повернуть вспять.
Открыв глаза, она увидела, что Анжело, нахмурившись, смотрит на нее. У него были красивые губы – такие полные, чувственные и мягкие. С ее стороны было глупо думать об этом в такой момент.
– Мне можно идти? Или ты хочешь еще что-то сказать? Если так, то говори сейчас, потому что, если ты еще раз вызовешь меня в кабинет, в отеле пойдут слухи.
– Слухи? – Анжело стал хмурым, как туча.
Люсии не стоило этого говорить. Он не знал о том, как ей было тяжело работать здесь в первое время. Все считали ее очередной девочкой для развлечений, прислуживающей семье Корретти. Так же говорила и мать Анжело.
