Оскар извинился, отошел к ним, остановил одного из стражей порядка. Криста как приклеенная метнулась следом. Всего лишь поддержать знакомую, а не из-за приступа любопытства.
— Кража драгоценностей, милорд, — услышала она краем уха, утешая леди Лестрейдж и предлагая ей успокоительные капли. — Виновный задержан… У него нашли одну из брошей мадам… Она подтвердила, что это именно ее украденная вещь… От остального, к сожалению, он успел избавиться… Мы отправим магов-поисковиков осмотреть пути, но как вы понимаете…
Карета оказалась широкой, удобной, с хорошими амулетами против жары и не трясло совершенно. Но вот спутники! Мужчины одним словом. Разве можно быть такими ограниченными и ничем не интересоваться? Для них весь мир открыт, а они только и говоря о скачках, спорте и картах. Ладно, это тема для беседы ничем не лучше других, но они уже добрых два часа их обсуждают! И это женщин обвиняют в пустословии и сплетнях?!
Это прекрасный пол думают только о моде и нарядах? Да эти двое джентльменов разбирались в кроях сюртуков лучше, чем прожженная шмоточница Амели в новой коллекции Ворта! И могли до хрипоты спорить: где лучше покупать перчатки: на Риджент-стрит или же на Бонд-стрит. Криста подозревала, что они и понятия не имеют, что перчатки могут быть из собачьей кожи, а не только из молодого козленка. И что белые перчатки приобретут не выходящий из моды бежево-желтый цвет, если их вымочить в настойке шафрана.
Миранда сделала вид, что задремала, и никто не стал тревожить «ребенка». То, что ребенок уже был пойман опекуном за ухо при попытке устроить диверсию и разнообразить путешествие, — некоторым малознакомым личностям знать не обязательно. Оскар же молча кивал.
Когда его спросили, что он думает об универсальных магазинах Хэррода, где можно купить все и сразу, или же лучше покупать все в частных лавочках, проверенных временем, то он ответил, что идея весьма выгодна, но он лучше разбирается в торговле деревом и судостроении. Молодые люди многозначительно переглянулись.
Иногда маг вставлял какие-то замечания или же спрашивал что-то совершенно нейтральное. Например, какая обычно погода в этих местах или что изменили в доме. И правда ли, что леди Элизабет подавала прошение в королевскую канцелярию, чтобы поместье признали историческим достоянием?
— О да, — с важным видом подтвердил Эдуард. — Мать очень гордится домом и готова говорить о нем часами. Вы слышали о мистере Фергусе Брауне?
— Тот самый Браун? — многозначительно уточнил Джошуа Блек.
Криста понимающе улыбнулась. Она блондинка, ей положено улыбаться и выразительно молчать.
— Именно, дорогой друг! Он уже больше месяца живет у нас в поместье. Сначала он оценивал картины, найденный в одной из запертых комнат в западной башне, а сейчас готовится к реставрации наиболее интересных из них. Ждет, пока придут особые краски из Паризии. У него много наград и почетных грамот. Я не помню и десятой доли из того, чем его наградили и где, но он обязательно вам об этом расскажет.
— Как интересно, — Криста вынуждена была хоть что-то сказать, потому что Оскар лишь задумчиво постукивал пальцами по набалдашнику своей трости. И зачем она ему, он же не хромает? Или это очередной выверт моды?
— Если вы интересуетесь искусством средних веков и возрождения, леди Криста, — надулся от важности Эдуард. — То вам точно не будет скучно в Лидс-мэнор. Мистер Браун убежден, что из находок получится уникальная коллекция.
— Дорогая? — эта ремарка так не вязалась с образом Оскара, что Криста не сдержалась, нахмурилась.
— По словам нашего искусствоведа, денежная ценность экспонатов ничто по сравнению с историко-культурной ценностью.
— Я с удовольствием посмотрю на находки.
Тем более, что история Кристе всегда была интересна.
— О! Да что те древности! Вы от самого дома будете в восторге! Он постучал по стенке кареты, подавая знак кучеру остановиться. — Давайте выйдем, пройдемся немного и я вам кое-что покажу. Это такой зрелище… невообразимое! Я когда первый раз его увидел полчаса говорить не мог! — но тут юноша вспомнил, что он вроде как взрослый и ответственный и вообще. Открыл дверцу, выпрыгнул и предложил руку помочь леди спуститься.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Да это же замок! — Криста не сдержала возглас. — Я никогда не видела таких огромных!
Солнце клонилось к закату и слепило глаза. Девушке приходилось прищуриваться, чтобы рассмотреть раскинувшуюся у подножия холма долину, похожую на лоскутное одеяло с полями, садами, рощами и лугами. Фермы и несколько деревушек казались игрушечными. Дорога пересекала желто-зеленое поле, а затем подымалась на вершину еще одного пригорка.
А там чернела громадина замка из камня странного оттенка: на свету он казался белее белого, а в тени отливал антрацитом. Башни, коих ушлая Миранда тут же насчитала тринадцать, соединялись друг с другом тонкими крытыми галереями. Блестела крыша оранжереи. Наверное, раньше тут был и ров с водой, но теперь на его месте разбили какой-то куцый парк, не выдерживающий сравнения с великолепием дома.
— О да! — Эдуард был доволен произведенным впечатлением. — Тот дядюшка, которого ни мать, ни тем более мы с сестрой никогда и знать не знали, начал его реставрацию лет тридцать назад. Вначале он хотел просто осовременить внутренние помещения, но потом, видимо, увлекся. Начал достраивать новое крыло, снес часовню. Затем передумал, из двух этажей сделал три, в правой части снес перегородки, добавил пару лестниц и башню. Через пару лет ему и этот проект разонравился. И следующий. Он так все строил и перестраивал до самой своей смерти. Я нашел в библиотеке только самые первые планы замка, а что получилось в итоге… Не думаю, что даже мой отец это знает…
— А это что? — Миранда поглаживала своего малыша и уставилась немигающим взглядом на какую-то то ли слишком запущенную рощу, то ли редкий лес. С темными деревьями без листвы, которые как будто кто-то обрезал у заброшенного поля, перечеркнутого оврагом.
— А это особые охотничьи угодья моего отца. Я думаю, раз в Лидс-мэнор гости, то он обязательно устроит охоту в ближайшие дни.
— Не сезон, — буркнул маг, которому тоже что-то в лесу не понравилось.
— Мой отец хозяин на своей земле, — гордо задрал нос юноша. — Он может позволить себе некоторые вольности.
— А кто же еще соизволит приехать к вам в гости? — Оскар был безупречно вежливым. — Я наслышан о гостеприимстве лорда Лэнгфорда.
— Кроме вас? — уточнил Эдуард. — К сожалению, у нас обычно гостит намного больше благородных дам и господ, но этим летом мама пригласила только самых близких. И вас, разумеется…
— Когда так говорила моя мачеха, — тихо прошептала Миранда. — Это означало, что будет человек пятьдесят, не меньше.
Криста чуть склонила голову. Что ж, блондинки всегда улыбаются.
Перед тем как забраться обратно в карету, девушке показалось, что одна башня стала немного выше остальных. Но ведь такого не может же быть. Просто показалось.
Глава 2.
А это пшеница,
которая в темном чулане хранится
в доме,
который построил Джек.
Вблизи замок оказался еще более величественным, а парк странным. Удивительная зелень газонов соседствовала с высушенными дубами и буйноцветущими кустами.
В просторном холле гуляло эхо, со стен смотрели химеры, они же сторожили перила у лестниц и прятались под сводами потолка. Тяжела люстра свисала вниз, блестя тысячами бронзовых подвесок. Солнечный свет щедро лился сквозь узкие окна, расчерчивая пол желтыми линиями.
Криста осторожно ступила на каменную мозаику, но потом заметила, что ближе к середине помещения камень сменяется простым дубовым паркетом. Без всякого дизайнерского замысла, будто архитектору так захотелось.
Хозяин встречал их шумно и весело. Он радостно поприветствовал прибывших господ, рассыпался в комплиментах леди Эванс, попытался дружелюбно ущипнуть «деточку» за щеку, но пришлось покровительственно похлопать по макушке.
