- Лесь, еще только почувствовал, что ты впереди, а уже голова закружилась.
- На компьютере переиграл? У нас для астрономических расчетов крутейший компьютер, к которому ценой фантастических ухищрений пробираемся, находим игры, установленные научными сотрудниками в дальние и скрытые уголки операционной системы и застреваем на них, пока директор через пару дней не устраивает разгон, заставляет удалить игры и меняет систему доступа к помещению лаборатории. Обычно месяца через два ситуация повторяется.
- Почувствовал, что предстоит еще раз видеть твою крышесносную блузку. Ты в ней? Можешь руку приподнять? Немного подталкиваю руку Алеси вверх, та без жеманничанья поднимает ее выше. Обожаю, когда ситуация развивается без зацепок. Отличное ощущение, как будто ветер из невидимой энергии в лицо дует. Грудь сбоку, в приглушенном мерцающем лесном свете кажется просто огромной. Она треть мира занимает. Она движется вместе с дыханием.
Надо продолжать, а то застрянешь. Стараюсь дышать ровнее. «Отмеряю» пальцами длину (это не «плавчихи» с берега, длина впечатляет), потом «примериваю» этот размер себе к паху.
- Мы так меряемся? И кто больше?
- Подожди, полевое исследование не завершено. Надо сделать замер плотности.
Складываю ее пальцы лодочкой, прижимаю к ее груди, свою ладонь к своему паху.
- Теперь меняемся.
Я кладу ладонь ей на грудь, она мне на пах.
- Вот что такое самый счастливый человек на Земле. Это теперь я, вы не поверите.
Немного отступаю и кланяюсь:
- Надеюсь, мы продолжим наши исследования. Мы все втроем смеемся. Честно говоря, участие Марины в качестве зрителя породило у меня больше всего сомнений в успехе предприятия. Но ставка на то, что подруга в такой системе отношений между девушками вполне порадуется наблюдению, оказалась интуитивно верной.
- Теперь надо добраться как-то домой.
- Есть холодная вода, я не все выпила по дороге.
- Разве нас, горцев, охладит холодная вода? Хо хо. Снова хохочем. Смех отлично сбрасывает накал ситуации.
В течение нескольких недель лаборатория перекочевывает на восточный гребень ложки. На западном гребне тянутся невысокие «внутригорные» скалы, на которых мы с парнями устроили экстремальную тарзанку: половина маршрута над нашей площадкой, половина — над высоким обрывом. Восточный выходит к резкому сухому обрыву, поросшему сосенками и колючим кустарником, продираться через который очень неудобно. С запада, со стороны тропинки какого-то явного маршрута сюда нет (идя, ты как бы возвращаешься, а кому это интересно) и, когда двигаешься по нему, обычно выходишь выше и упираешься все в те же колючие кущи. Но если пойти по нетиповому маршруту, сначала на восток, а потом через невзрачные заросли сдать в сторону моря и дальше на восток, окажешься у входа в пещеру, внутри которой — о удивительно — нет древних захоронений. Вход в нее очень маленький и неудобный — только ползком. А вот вокруг скалы, окружающей пещеру — отличное место. Прямо посередине поляны перед пещерой островок чистого кварцевого песочка, в котором всегда лунки муравьиных львов. Среди заросшей сочной зеленой травкой, что редкость, поляны — несколько молодых сосенок, вокруг дубки, над пещерой и выше — более крупные сосны. Дует свежий ветер и при этом довольно солнечно, но не слишком жарко. Место настолько пронизано какой-то внутренней теплотой и гармонией, что приятно здесь оказаться почти в любое время года. Среди прочего отведенная под онанизм — не в вагончике же этим заниматься, ей-богу — поляна отлично подошла для всевозможных импровизированных танцев впритирку и ярмарки самых экзотических видов взаимоудовлетворения руками. Люди, живущие в лесистых горах с хорошим климатом — редкая порода, которая может заниматься этим, похоже, ровно так как это скорее всего делали многие тысячи лет наши молодые предки до появления цивилизации — в полной гармонии и свободе.
Спустя пару месяцев счастье в таком формате начало несколько надоедать Алесе. Я каких-то попыток «двигаться дальше» не проявлял, приняв правила игры, которые устраивали.
По самой высокой части приморского города проходит к новой ялтинской трассе запущенная дорога, за развязкой начинается усеянная камнями тропа на гору, где расположен наш поселок. По сторонам — проросшие выгорелой, выцветшей травой бугры, на которых тут и там растут дикие сливы.
- Садись, Петро, подвезу до поселка. Ян, цыганский или по крайней мере околоцыганский персонаж, приостановил отечественный, но мощный мотоцикл с яркими хромированными частями и красной окраской бака и рамы.
- Да ладно, мне дойти не проблема.
- Садись, разговор есть. Проедемся, там в спокойной обстановке засядем-поговорим.
- Хорошо, Ян, раз есть разговор, то поехали.
Ян поехал не старой дорогой — довольно пологой «вертушкой», а вылетел на новую трассу, хорошенько разогнался и повернул, резко наклонив корпус машины, на очень крутую дорогу, ведущую мимо старого «почтового ящика» - когда-то военного поста немного южнее нашего поселка, с каким-то проржавевшим оборудованием, которое не то, чтобы охраняла — около которого жила необщительная семья с несколькими собаками. Я на горных дорогах много наблюдал стилей вождения, включая «пьяную технику ночью с выключенными фарами», но такой скорости с мелькающими то справа, то слева обрывами и резкими наклонами мотоцикла на горных поворотах еще не встречал. Если бы не горные лыжи с шести лет и мои лазания и походы с некими подобиями медитаций на ультраотвесных обрывах — я или бы приехал, ничего не соображая; или просто слетел где-нибудь по дороге.
Ян в моих глазах был чем-то вроде «главаря преступного мира», хотя в таком возрасте это было бы нереально. Скорее, понятно, ловкач в области автомобилей, и шире вообще замков, разных манипулятивных схем, которые меня не слишком интересовали, так как были чрезмерно социальны, завязаны на слишком много контактов. От этого человека шел одновременно дух опасности и ощущение, что сам он по природе личность позитивная и незлобная. Скорее это была такая «карьера», которую он не мог избежать, но к которой относился с долей иронии.
- Ты знаешь, что у меня с Алесей?
- Могу задать точно такой же встречный вопрос.
- Хорошо, спрошу: ты знаешь, что я с ней встречаюсь?
- Меня это не интересует.
- Зато меня интересует, что тогда у вас с ней.
- Ничего из того, что могло бы привести к необратимым последствиям.
- Меня это в любом случае не устраивает.
- Что ее устраивает? Знаешь, я наблюдал со стороны за их семейкой. Ее папаша — один из командующих этим строительным монстром, «смупом» или как там его. Знаешь, что происходит с такими девушками в подобных семейках? Родня заталкивает их на конкурс красоты и она выигрывает. Или сама, или с добавкой деньгами. После этого к ней сватают будущего гарантированного начальника милиции скажем Ялты, сына начальника милиции Ялты. Дальше начинается жизнь в стиле «полная чаша» - квартира в центре, особняк у моря. Выходы на какие-то концерты типовые, на лучшие места. Родня довольна, короче. Инвестиция удачная. Потому что муж гарантированно будет ценить, даже если и гулять преизрядно налево. Знаешь, это как собак не рекомендуется бесплатно отдавать, чтобы новые хозяева не мучили, берегли свои вложения. Простая житейская логика. И социальный статус почти полностью гарантирован.
