С моим разумом что-то не так! Он же груб со мной.
Но он выходит из меня, отстраняется и больше не прикасается. Я слышу звук застегиваемой ширинки.
Я сажусь, оборачиваюсь. Чувствую, как из меня вытекает сперма.
Он полностью одет, я голая.
Он смотрит на меня голодным злым зверем.
Я - трепетной ланью, которой никогда не была.
Мне холодно без него.
- Только посмей кроме меня принять хоть одного “пациента”. Не знаю, как ты сделала это, но пока ты не вытащишь из моего ментала паразита, будешь заперта в моей каюте. Одевайся!
Его взгляд так и спрашивает: “Довольна, что добилась своего? Надеюсь, я тебя достаточно удовлетворил”.
И это ошпаривает меня кипятком осознания патовой ситуации, в которую я попала. Унижает. Раскатывает.
Я хочу злиться, но гормоны удовольствия слишком расслабили тело. Я внутренне даю себе оплеухи, треплю, чтобы встала на свою защиту и что-то сказала в ответ этому барсийцу.
- Считаешь, что я настолько сильно хотела с тобой переспать, что что-то подсадила в твой ментал? - хриплым голосом спрашиваю я.
- Разве нет? Ради этого же землянки так стремятся попасть на корабль. - Ротор красноречиво смотрит на мою голую грудь и добавляет: - Даже на боевой.
Я закрываю соски руками, вся сжимаюсь, растерянно смотрю в пол:
- Я сойду на первой же остановке.
Меня накрывает цунами разочарования. Если бы сейчас над головой полился кислотный дождь, я бы осталась, выбрав раствориться в небытие.
- Ты будешь здесь, пока не вытащишь паразита. Поняла?
Я упрямо молчу. Думаю, как быть, но пока плохо выходит.
Ротор добавляет с иронией:
- Тем более наша первая остановка - спутник Гаркон. Задание - зачистка. Выйдешь там?
Я с шумом втягиваю воздух через нос. Выйти на Гарконе, все равно, что разрядить себе бластер в голову.
Я все еще хочу отстоять свою правду, поэтому говорю:
- Я тебе ничего не подсаживала. Не знаю, как так получилось. Но я вытащу. Постараюсь.
- Я. Очень. На. Это. Надеюсь, - чеканя слова, прожигает меня взглядом Ротор.
Я пытаюсь встать и морщусь. Внутри все дрожит. Мои внутренние мышцы не привыкли к такой сверхнагрузке.
От взгляда барсийца не укрывается моя мимика.
- Одевайся и идем за мной, - командует он.
- В твою каюту? Чтобы запер? Да ни за что! - я вскакиваю с места, забыв про дискомфорт.
Сжимаю кулаки. Голос дрожит. Да я вся дрожу!
- Отнесу голую, - спокойно смотрит мне в глаза Ротор. - На глазах у всей команды.
Он безжалостен.
И я понимаю - выполнит обещание. Поэтому быстро одеваюсь, хотя руки трясутся.
По голове стучат мысли, словно по барабану:
Он думает, что я так хотела с ним переспать, что подсадила паразита в его ментал.
Я не его йера, не его истинная. Он перепутал из-за моей застрявшей ментальной силы, которая как-то на него влияет. По крайней мере, он так думает.
- Идем.
Я обуваюсь. Иду и пытаюсь понять, как же быть. И пока мысленно мечусь, вижу, что мы оказываемся у двери с красным крестом - древним символом медицины.
Глава 3
Ротор открывает мед-блок ключ-картой и пропускает меня вперед.
Здесь стерильно, светло и все белое. Обычная обстановка для такого рода объекта: кушетка, рабочий стол с таблом, шкаф с медикаментами, капсула регенерации, несколько стоек для капельниц, приборы для анализа и микроскоп.
- Раздевайся! - командует Ротор.
То одевайся, то раздевайся. Вот еще!
Я стою, обхватив себя руками, задрав подбородок. Когда наши взгляды встречаются, спрашиваю:
- Чего ты хочешь?
Барсиец недовольно смотрит в сторону, потом снова на меня, словно теряет терпение. Подходит и начинает раздевать меня.
- Я сама, - отскакиваю в сторону.
Что он хочет? Проверить, нет ли у меня половых инфекций? Взять анализы? Или провести эксперименты по менталу?
Испуганным взглядом еще раз оглядываю помещение. Не похоже, чтобы тут были шапки, щипцы и прочие предметы экзекуции для менталистов.
Я уже это однажды проходила. Теперь до дрожи боюсь. Лучше умру, чем еще раз лягу на исследовательский стол.
- И? - спрашивает Ротор. - Все же помочь?
Я медленно снимаю с себя форменный комбинезон и обувь. Замираю, прикрывшись руками. Снова унижение. Снова я готова биться головой об стену.
- На кушетку, - командует он.
- А тут нет врача? - спрашиваю я, озираясь. - Что ты со мной хочешь сделать?
- Док вышел по моему приказу. Ложись, Наяна. Я теряю терпение.
Я ложусь на кушетку, все еще стараясь прикрыться руками, хотя понимаю, как глупо это выглядит. Но ничего не могу с собой поделать!
Ротор подходит к моим ногам, хватает за щиколотки и тянет на себя. Складывает мои ноги в коленях и раздвигает их, словно я на приеме у гинеколога.
Я пытаюсь сопротивляться. Честно. Но когда он резко кричит на меня на своем языке, то я цепенею.
Ладно, что я дурю? Он же уже все видел. И, вроде, ничего преступного делать не собирается. Может, очередная проверка на йеру? Может, он засомневался?
Вон, в его руках крем. Он зачерпывает его пальцами, а потом дотрагивается до моих половых губ.
Я вздрагиваю. Не знаю куда деть взгляд.
- Все припухло. Если не намазать, будет болеть, - говорит он. - Тем более, это твой первый раз.
Я не пойму, он обо мне заботится? После того, как грубо взял?
Подушечки пальцев Ротора дотрагиваются до моих внутренних половых губ, и я еще раз вздрагиваю. Из-за крема прикосновения кажутся особенно нежными, каким-то трепетными, но я понимаю, что это мне только так кажется. Какая нежность в таком агрессоре?
Свожу колени вместе и слышу недовольный рык Ротора. Развожу снова, уговаривая себя, что он делает мне только лучше. Ничем же не вредит. Даже заботится.
Только думает, почему-то, про меня плохо. И я потеряна, как никогда в жизни. Просто обезоружена.
Мой первый раз, такое важное событие, и вот так. И не то, чтобы мне не понравилось. Я очень даже кайфанула, но то, что происходит - это же не пойми что. Это дикий ужас.
Неприятно из-за его слов и обвинений. До слез обидно, но…
Надо немного потерпеть. Скоро я уйду в каюту и закроюсь там до остановки, на которой смогу выйти. А потом никогда не увижу эту наглую морду.
И тут я ощущаю, как пальцы Ротора ласкают мою киску, и вырываюсь из мыслей.
Я перевожу взгляд на барсийца и вижу, что он получает удовольствие, глядя на меня там и лаская пальцами. И это вводит меня в ступор.
Он зачерпывает крем и обильно мажет мои нижние губы, и его движения становятся все более интимными. Я дрожу и стараюсь не двигать попой в такт его рукам. Останавливаю себя всеми силами.
Нет. Он меня обидел. Оскорбил.
Хрен ему!
Неожиданно Ротор проникает в меня сначала одним пальцем, потом вторым и смотрит на мою реакцию. Жадно ловит мои малейшие эмоции.
Он снова заводится - я это вижу. Завожусь и я, хотя внутри мышцы до сих пор мелко подергиваются от перенапряжения, а душа болит от обиды. Я стараюсь ничем не показать, что что-то чувствую.
Ротор бросает на меня быстрый взгляд.
- З-з-заноза, - цедит он сквозь зубы.
И в это время мажет свой член кремом. Обильно так, что не остается сомнений, куда он собирается его засунуть.
Эй-ей! Опять?
Да ни за что!
Я хочу отползти к изголовью кушетки, но Ротор хватает меня за щиколотки, притягивает к себе и входит, мягко, но уверенно раздвигая складочки, наполняя меня собой полностью.
- Ах! - вырывается из меня.
Я смотрю на него с надеждой. Неужели понял, что я не озабоченная землянка и не воздействовала не его ментал? Осознал, что у него снесло крышу от меня настоящей, а не от паразита?
Глаза Ротора довольно блестят в ответ на мой вопросительный взгляд.
